Чтение онлайн

Особист кивнул мне, мол, начинай первым.

— Здесь вы ошиблись дважды. — сказал я дружелюбно улыбаясь немцу, — во первых, наша страна не ратифицировала эту конвенцию, во вторых, мы не являемся частями Красной армии. Мы партизаны, нерегулярный вид войск, поэтому не обязаны соблюдать правила ведения цивилизованной войны.

— А у моего коллеги, — я показал на особиста, — немецкой бомбой убили жену и детей. Он поклялся убить тысячу ваших солдат. Что ему какая-то непонятная конвенция?

Особист достал набор хирурга: скальпели, ножи, крючки и начал раскладывать их на скатерти, внимательно с видом конченного психа глядя на немецкого офицера.

— Сейчас он подождёт минуту-другую и начнёт аккуратно нарезать вас на части. В частности, он собирает отрезанные пенисы германских солдат. — сказал я и содрогнулся от отвращения, ярко представив себе садистскую картинку. — Это очень печально, но вряд ли я смогу его остановить без аргументов. Он хороший храбрый солдат, а то что немного увлекается… кто из нас без греха?

— Что вы хотите знать? — спросил лейтенант нервно. Он хотя и истинный ариец, но абсолютно не верил в свою способность выдержать жесткий полевой допрос. И тем более не хотел принимать участие в операции по кастрации без наркоза в качестве пациента.

— Ваше имя, звание, какие задачи вам ставило командование. Какие есть еще военные объекты в радиусе 50 километров от Каунуса? — спросил я после секундного размышления.

— Вальтер Штудт, Оберштурмфюрер СС, дивизия «Мёртвая голова», задача охранять депо от партизан. Другие военные объекты? Дайте карту покажу. — он поморщился, разглядывая трофейную немецкую карту. — Здесь расположена нефтебаза, здесь мастерская по ремонту танков, здесь большой советский военный аэродром, который наши переоборудовали под ремонтную базу. Туда переправляют все самолеты группы армий «Север» с небольшими поломками, которые можно устранить на месте, не отправляя на завод-изготовитель.

— Численность охраны?- тут же подключился особист. Скальпели он отложил, маньячную рожу поменял на деловую. Оказывается он тоже очень хорошо говорит по-немецки, гораздо лучше чем старшина Пухов.

— Не знаю, — пожал плечами Фриц, — честно не знаю. Аэродром наверно около роты, мастерские и нефтехранилище может быть чуть побольше. Нас самих здесь вокруг депо неделю назад было всего около взвода. Командование решило серьёзно усилить охрану от партизан всех важных объектов, поэтому сами считайте сколько может быть охраны на этих объектах.

— Корнеев, — крикнул особист, — забери фрица и присматривай чтобы не убежал.

Боец с ППД, бородатый и основательный, вошел в кабинет, ткнул стволом в немца и сказал:

— Пшли, гад.

— Какие хорошие цели нам нарисовал, товарищ Вальтер, — сказал особист с удовлетворением в голосе, глядя на карту. — Какую думаете выбрать?

— Мастерские и нефтехранилище рядом с городом и депо, аэродром немного подальше.

Здесь мы изрядно нашумели, поэтому есть смысл навестить немецкую Люфтваффе, пока фрицы вокруг Каунуса прыгают как ошпаренные. Через пару дней когда они успокоятся и устанут, тогда вернёмся.

— У нас бензин заканчивается, — заметил особист.

— Тогда сначала заедем на нефтебазу заправиться. — я спокойно пожал плечами.

— И сожжём заодно? — обрадовался особист.

— Только если нас раскусят и откажутся заправлять. — ответил я с улыбкой и разъяснил удивлённому особисту: — Мы с машинами захватили в том числе и документы дающие право получать бензин. Если мы сожжём нефтехранилище, то, разумеется, лишим немцев бензина, но также лишим его и себя, а заодно лишим себя мобильности. Я бы оставил нефтехранилище напоследок. Авось сможем еще не один раз здесь заправиться.

— Звучит разумно, товарищ старшина. — согласился особист.

— Жаль, что придётся обмануть этого Вальтера с обещанием ему долгой и счастливой жизни. — сказал я немного невесело.

Как ни странно спас эсэсовца особист Беляков:

— Товарищ старшина, грохнуть обер-лейтенанта мы всегда успеем. — он задорно улыбался во все свои зубы, но глаза у него оставались мертвенно холодные. — Вы обратили внимание какой у него шикарный акцент? Берлинский. Как у диктора немецкого радио. Слушаешь и аж мороз по коже идет, настолько чистый арийский говор. Вы ему жизнь обещали, пусть с нами покатается, бойцов языку поучит. А после того как мы этот аэродром нахлобучим, да рембазу для танков пощупаем, то и отпустим камрада на все четыре стороны с двумя аккуратными ранениями.

Идея мне понравилась, но видимо я не смог скрыть своё искреннее удивление.

— А чего вас так поразило, товарищ старшина? Я, конечно, понимаю что после 37 года среди армейских возникла у нас, особистов, нездоровая репутация, но тех маньяков, которые творили непотребство, давным-давно зачистили. Сейчас карать можно только на основании твёрдых доказательств, а дела шить и лепить — верный способ самому попасть в лагеря или на расстрел, а лично я жить хочу.

Мы собрали трофеи, прихватили своих погибших чтобы похоронить их чуть позже и покинули депо.

Вальтер Штудс пытался было возмущаться тем что я нарушил своё обещание, когда его грузили в кузов Опель Блитца.

Однако его быстро успокоил особист:

— Наоборот, комрад Вальтер, чтобы сохранить тебе жизнь, нам придётся неделю тебя повозить с собой. Иначе ты ведь расскажешь своим куда мы собрались, и нам организуют жаркую встречу.

Немец подумал и успокоился.

Глава 35

13.50 16.07.41

По пути к аэродрому я запросил у Голоса текущую информацию о состоянии дел на фронте.

Не смотря на наше уже довольно долгое отсутствие на территории Белоруссии, партизанское движение там только разгоралось.

Целая немецкая дивизия СС, потеряв покой и сон, гонялась за партизанами, но их количество только увеличивалось благодаря деятельности полковника Борисова, который прежде чем встретился с целым полком СС и погибнуть со своими бойцами смертью храбрых, успел освободить и частично вооружить до 30000 военнопленных, превратившихся в сотни летучих отрядов, разлетевшихся по всей Белоруссии и северу Украины.

Логистика группы армий Центр настолько ухудшилась, что немцы были вынуждены снабжать 2 и 3 танковые группы как Паулюса под Сталинградом, практически исключительно воздухом.

Это сильно повлияло на скорость и силу танковых клиньев.

На настоящий момент враг так и не смог ни окружить, ни взять Минск.

Кроме того из-за возросшей нагрузки на транспортную авиацию, у немцев серьёзно увеличились небоевые потери среди "Юнкере' Ju-52, основных лошадок Люфтваффе.

В наступлении на Ленинград у них тоже образовалась некая задержка от эталонной истории моего мира. Логистика хоть и просела меньше чем в Белоруссии, однако, рейд воспрявшей из небытия 125 дивизии Богайчука заставил немцев снять часть резервов с фронта на несколько дней.