Чтение онлайн

Я снова покраснела. Я списала это на выпивку, потому что с тех пор, как мы начали танцевать, я чувствовала, как мое тело заливает волну эйфории.
– Там, откуда я родом, это грех. Причина для изгнания.

– Но как? Некоторые просто рождены, чтобы любить одного или другого, или обоих.

Я пожала плечами и икнула.
– Они так не считают.

– Мы не выбираем своих партнеров, поэтому они могут быть мужчинами, женщинами... Иногда, если двое связаны узами и один из них умирает, они могут снова связаться с противоположным полом.

– У вас есть партнеры?
– Я наконец вошла в ритм танца, плавно двигаясь вместе с ней.

– Да. Это очень сильная связь.

– Как вы узнаете, кто ваш партнер?

– Вы не узнаете, пока не поцелуете его.

По крайней мере, так мне сказали.
– Она поклонилась и снова сделала первый шаг.

– У тебя никогда не было партнера?

– Нет.

– А Зевандер? У него когда-нибудь был партнер?

– Кто-то однажды пытался. Это было сделано с помощью заклинания. Для него это было ужасным испытанием.
– Беспокойное выражение ее лица сменилось хитрой улыбкой.
– Возможно, он интересуется смертными.

Я прикусила внутреннюю сторону щеки, сдерживая желание улыбнуться.
– Твой брат слишком серьезен для этого.

– Это точно. На самом деле, я никогда не видела его с другой женщиной. Ни разу. До тех пор, пока ты не появилась здесь.

Мои щеки запылали, и от головокружения я отстранилась от нее, чтобы присесть на минутку.

Она отнесла бутылку к прикроватному столику и снова наполнила наши бокалы.

После нескольких длинных глотков мой бокал опустел.
– Должна признать, я чувствую… сильное тепло. И небольшое головокружение.

– Я тоже должна кое-что признать.

– Что?

Сжав губы, она прочистила горло.
– Тебе, возможно, стоит запереть двери на ночь. Этот ликер — своего рода афродизиак.

– Что?
– На этот раз в моем голосе не было и тени веселья.

– Что… Зачем закрывать двери?

– Потому что тебе, вероятно, захочется кого-нибудь трахнуть, а в этом замке слишком много мужчин, которые с удовольствием тебе в этом помогут. Ты, наверное, большую часть ночи будешь ласкать себя под одеждой.

– Рыкайя...
– Боже мой, я хотела плакать. Все, что она делала, сопровождалось каким-то злым поворотом сюжета.
– Почему ты... О чем ты думала, давая... Почему ты мне не сказала?

– Ты бы попробовала, если бы я сказала тебе, что это возбудит тебя, как весеннего кролика?

– Нет. Абсолютно нет.

– Ну, вот почему я тебе не сказала.
– Она пожала плечами, допила свой напиток и поставила кубок на стол.
– Это вкусно и весело. Лучший оргазм, который ты когда-либо испытаешь в одиночестве.

– Я сейчас не чувствую веселья. Я очень волнуюсь.

– Это действительно проблема, только если ты выпьешь слишком много.

– Сколько значит слишком много?

– Одна чашка даст тебе довольно хороший заряд энергии. Две — это уже немного много.

– Я выпила три.

Она широко раскрыла глаза и почесала затылок.
– Я дала тебе три? Черт возьми, я, наверное, сбилась со счета.

– Сколько времени нужно, чтобы оно подействовало?

– Обычно около часа. Может, меньше.

– О, боже мой.

– Расслабься. Нам просто нужно немного сжечь его.
– Матрас прогнулся, когда она залезла на кровать и слегка ударила меня по локтю.
– Давай. На кровать.

Нахмурившись, я оглянулась на нее, быстрое движение кружилось в моем поле зрения.
– Я не буду сжигать его с тобой на кровати.

Рикайя усмехнулась.
– Ты даже близко не мой тип. А теперь вставай. Быстрее.

Сжимая голову, я забралась на матрас и встала рядом с ней.
– И что теперь?

– А теперь прыгай!

– Я не малышка. Я не буду прыгать на кровати.

– Ладно, тогда можешь сидеть, кружиться и чувствовать себя несчастной.
– Она начала прыгать, и от шума я потеряла равновесие.

– Ты можешь прекратить? Я едва могу стоять.

– Ты не должна стоять, глупышка. Ты должна прыгать! Ууу! Ууу!

Я посмотрела на нее на мгновение, покачав головой над тем, как нелепо она выглядела. Я не смогла сдержать смешка. И еще одного.

Сдерживая желание, я прочистила горло.
– Знаешь, я всегда должна была быть разумной с Алейсей. Это утомительно.

– Если это утомительно, то перестань быть разумной и повеселись!

Скрестив руки, я только спотыкалась на матрасе. Я обнаружила, что медленно подпрыгиваю, не совсем прыгая, но это определенно лучше, чем пытаться стоять прямо, стоя неподвижно.
– Я не могу это делать. Я чувствую себя слишком...

– Старой? Я старше тебя на полтора века.
– Она прыгала все выше и выше, и я не могла не улыбнуться, видя, как она приближается к канделябру.
– Давай, старушка! Подними ноги с матраса! Это освобождает!

– Ты ударишься головой о канделябр, дура.

– Я даже близко не подойду!
– Она взяла меня за руки, несмотря на мои попытки держать их прижатыми к телу, и я быстро проиграла эту битву, когда чуть не упала на нее.

– Почему ты это делаешь?

Наконец она остановилась, и восторг на ее лице сменился чем-то серьезным.
– Я спала очень долго. Но с тех пор, как ты появилась, я не хочу спать. Я хочу прыгать, танцевать и снова дышать.

Я не знала, почему это вызвало у меня слезы, и я отвернулась, чтобы она не видела странные эмоции, охватившие меня. Возможно, потому что в тот момент она так напоминала мне Алейсею.
– Тогда давай прыгать.
– Все еще держа ее за руки, я сначала прыгала низко и легко, и ее улыбка вернулась, когда она подбодрила меня прыгать выше.

– Только пообещай мне, что твое хрупкое смертное сердце не подведет меня.

Смеясь еще громче, я прыгала все выше и выше. Мой смех превратился в хохот.

Рикайя схватила подушку и ударила меня по голове, а неконтролируемая слабость заставила меня смеяться еще громче. Между прыжками я схватила подушку и ударила ее в ответ, и взрыв перьев разлетелся по комнате.

Она кричала, смеялась и снова била меня.

Я кричала и смеялась.

Борьба усилилась, а перья летали вокруг нас, покрывая бордовые бархатные одеяла. Они попали нам в волосы, и этот вид только заставил нас смеяться еще сильнее.