Чтение онлайн

Раскрыв рот, она выдохнула дрожащим дыханием, и он почувствовал, как ее мышцы живота вздрогнули. Ее бедра дрожали по обеим сторонам, пока она играла со своим швом. Когда она подняла палец вверх, она нашла маленький пучок нервов и сжала бедра, стоная.

Черт возьми.

Зевандер ударил кулаком по кровати, его мышцы ослабели.

Она погладила свой клитор, который, если бы он сам доставлял ей удовольствие, подвергся бы мучениям его языка, но он не осмелился опустить туда лицо. Каждая клеточка его воли сопротивлялась.

Когда она снова провела пальцами по своему холмику и нашла маленький вход, скользкий от ее возбуждения, он выдохнул стон. Липкие соки покрывали ее пальцы, и, черт возьми, она имела наглость засунуть пальцы в рот, обернуть их языком и высосать.

Его язык покалывал от ее сладкого вкуса.

Она легла на подушку, закрыла глаза и снова загнула пальцы внутрь себя.

Зевандер упал на колени рядом с кроватью, высота которой доходила ему до груди, открывая такой интимный вид, что он мог почувствовать восхитительный аромат апельсина, смешанный с пьянящим запахом возбуждения. У него потекли слюнки, он скрежетал зубами, пока желание внутри него сжимало его позвоночник.

Прикоснись к ней. Попробуй ее. Трахни ее.

Мягкие стоны вырывались из ее губ, когда она погружала мокрые пальцы в свою узкую киску, возбуждая электрический клубок нервов внутри нее. Мокрый хлюпающий звук ее пальцев, возбуждающих ее, подтолкнул его к тому, чтобы залезть в штаны и взять в руку зверя, который просил, чтобы его в нее вогнали. Чтобы без пощады пронзить эту набухшую плоть.

Ее тело дернулось, другая рука сжалась в кулак, словно она тоже его почувствовала. Дыхание стало прерывистым, она погружалась быстрее, моча пальцы, стоная и извиваясь от удовольствия. Мышцы напряглись, он чувствовал, как в ней нарастает кульминация.

– Veni’adj meh, Lunamiszka.
– Приди ко мне, моя маленькая лунная ведьма.

Ее бедра дрожали, она судорожно задыхалась, задерживая дыхание, пока ее тело поднималось. Выше. Выше.

В его ухе раздался отдаленный рык, и он оглянулся, чтобы увидеть тени, скользящие по стенам. Занавески по всей комнате задрожали, словно их взъерошил порыв ветра, хотя окна оставались закрытыми. Скрежет привлек его внимание к канделябру над головой, который дрожал, пламя мерцало, отбрасывая тени на нижнюю часть балдахина. При звуке треска он повернулся к месту, где зеркало на стене раскололось пополам — одна половина показывала ее лежащей на кровати, другая — его рядом с ней, с руками, засунутыми в брюки. Он уставился на ее смутное отражение, разглядывая лишь бледный силуэт ее руки, яростно двигающейся в ней. Напряжение в ее мышцах отражало его собственное, скручиваясь, как слишком туго натянутая резинка.

Зевандер восхищался ее раскрывающейся тьмой, словно отрывая лепестки черной розы.

Она выпустила надрывный вздох облегчения в тот момент, когда стенки ее влагалища запульсировали вокруг ее пальцев. Еще один спазм, и ее стенки сжались еще сильнее — второй оргазм.

Сжав челюсти, он выпустил стон, его кулак обхватил его твердый член, сжимая металл вдоль проколотой нижней части. Он наклонился вперед, его живот напрягся от спазматической боли, которая сжимала его яички.
– Блядь!
– Теплые струи спермы брызнули, покрывая верхнюю часть его руки. Пульс за пульсом заставлял его сжимать зубы от того, как чертовски хорошо это было.

Без единого движения его плоти. Прошло много лет с тех пор, как он испытывал такое облегчение.

Она выгнулась вверх с криком, который вызвал еще одну волну его освобождения на ее бедрах.

Черный дым поднялся вверх, поднимаясь из ее руки, и скользнул обратно под его кожу с приятным толчком, который заставил его стонать.

Ее рука упала на бок.

Ее глаза снова закатились до белизны, а затем закрылись.

Она обмякла.

Его мышцы напряглись, и он наклонил голову к ее лицу. Почувствовав слабое дыхание на своей щеке, он выдохнул с облегчением и провел чистой рукой по ее лицу, откинув влажные волосы, прилипшие к коже. Легкая вибрация пробежала по его кончикам пальцев и пронзила его пах, вызвав приятное покалывание. Он уставился на ее губы, так сильно желая поцеловать их.

Она была воплощением совершенства.

Как жадно он ее желал. Его маленькая лунная ведьма.

Завтра она отправится с Долионом в Каликсар с камнями, где будет в безопасности и под защитой. Далеко от магов, которые ее преследовали.

Вдали от опасности.

И, что самое важное, вдали от него.

ГЛАВА 50 МАЭВИТ

В виске пульсировала боль, и я поморщилась, впиваясь пальцами в болезненное место. Позевав и потянувшись, как кошка, я почувствовала, как хрустнули кости, и перевернулась на спину. Боль пронзила мои бедра, и я подняла голову, чтобы обнаружить, что мое нижнее белье растянуто между ногами, словно я сняла его в какой-то момент ночью.

Влажность под мной заставила меня потрогать кровать, и я ахнула. Я что, обмочилась ночью? Я подтянула нижнее белье и понюхала руку, не уловив ни малейшего запаха мочи, а вместо этого сладкий, пьянящий аромат. Аромат, который я хорошо знала по ночам, когда ласкала себя.

Мои мысли вернулись к прошлой ночи. Последнее, что я помнила, — это как прыгала на кровати с Алейсеей, а потом почувствовала сильную усталость. Я потеряла сознание или заснула? Конечно, я не стала бы трогать себя, будучи полностью без сознания... но я не могла вспомнить ни одного момента.

Мне пришла в голову мысль, что Рикайя говорила о том, чтобы запереть мою дверь, чтобы не разбудить мужчин в доме. Я сосредоточилась на боли между бедрами, которая могла бы указывать на то, если меня как-то насиловали, но ничего не было. Ни боли, ни дискомфорта. Ничего, кроме ошеломляющего чувства расслабления, словно я спала два дня подряд.

Я села на кровати и заметила зеркало напротив, которое было разбито, как будто в него что-то бросили. Свечи лежали опрокинутыми на столике рядом с моей кроватью, а высохший воск стекал по краям, не доходя до пола. По комнате были разбросаны перья... и я смутно вспомнила, как махала подушками в сторону РикайИ.

Боже, что мы наделали?

Я встала с кровати и выпрямила свечи. Собирать перья с пола было все равно что гоняться за порывом ветра, так как они разлетались вокруг моих рук при каждом моем движении, но мне удалось собрать большую часть беспорядка в кучу, которую я сложила в плетеную корзину рядом с диваном. Остановившись перед зеркалом, я провела пальцем по зловещей трещине и задалась вопросом, как она туда попала.

В ванной комнате я подошла к изысканному ночному горшку, узкие стены окружили меня, когда я закрыла за собой дверь. Несмотря на все древние детали, которые хранил Эйдолон, я была впечатлена современной сантехникой. Вместо цепочки, за которую я обычно тянула, чтобы смыть воду дома, здесь был украшенный латунный рычаг, который почти не издавал звука, когда его нажимали.

Закончив свои дела, я разделась, приняла ванну, а затем надела тренировочную форму. После быстрого завтрака из овсянки с молоком я направилась в тренировочную комнату, но обнаружила, что Зевандера там не было.

Опять.

Разочарованная, я направилась к библиотеке замка и по дороге увидела Рикайю, растянувшуюся на бархатном диване в одной из гостиных и поедающую яблоко. Как только ее взгляд встретил мой, на ее лице появилась хитрая улыбка.

– Как ты спала, Беллитула? — спросила она, явно развеселившись.