Чтение онлайн

Они казались мне чудом, объединяющим нас и людей, мостиком, соединяющим наши миры, шансом, данным всем нам, чтобы понять друг друга и стать лучше. Неужели за ними только наблюдают? Не может быть! Наверняка у нас есть какая-то служба, которая занимается контактами с ними.

Я стала с еще большим нетерпением ждать следующего курса.

Когда он начался, однако, я не услышала ни слова не только о такой службе, но и самих детях. А также о многом другом, описанном в истории сумасшедшего Анатолия.

Преподаватель, знакомящий нас со структурой небесного сообщества, чем-то напомнил мне Франсуа, с которым работала Татьяна и у которого тоже был свой Ангел. Тот тоже умел так представить то, о чем говорил, что у слушателей глаза загорались и слюнки текли.

Этот преподаватель рассказывал нам о подразделениях нашего сообщества, их целях и задачах - и у нас перед глазами вставали одухотворенные лица хранителей, заботливые - целителей, ответственные - администраторов, а также мужественные лица Ангелов из службы внешней защиты и суровые - Ангелов из службы внештатных ситуаций.

Но он ни разу не упомянул наблюдателей. Хорошо, я из истории поняла, что это было засекреченное подразделение - наверно, новым Ангелам о нем знать пока не положено.

Но он и о темных Ангелах умолчал. Из воспоминаний их представителя, Макса, я поняла, что они находятся в оппозиции к руководству нашего сообщества, но ведь существуют они вполне открыто и даже частенько сотрудничают со службой внешней охраны! И если они в какой-то мере противодействуют другим подразделениям, почему нас сразу об этом не предупреждают?

Я не стала запрашивать дополнительные материалы по этому предмету. У меня вполне могли спросить, откуда у меня взялись сведения о более широкой структуре наших подразделений. Что-то настойчиво подсказывало мне, что о той истории, которую я читала, говорить не стоит. Если ее сочтут неподходящей для моего ознакомления, могут просто отобрать. А я уже представить себе не могла, что не узнаю ее конца.

Я вернулась к своему чтению и опять не могла поверить своим глазам. Ангел-хранитель совершил акт насилия в отношении своего коллеги - наблюдателя. И другие Ангелы не только не заклеймили его позором, а даже одобрили его поступок! Хорошо. Возможно, Ангелы, находящиеся на земле, от людей агрессией заразились, но их еще и во время служебного разбирательства оправдали!

Дальше я уже вообще ничего не понимала. То, что Ангелы объединились для защиты детей, казалось мне совершенно естественным, хотя для этого и более цивилизованные способы можно было найти. Но они же потом тут же детей от себя отослали и вернулись к своим обычным мелким взаимным придиркам! И еще удивлялись, что дети им доверять перестали!

А вот когда я дошла до части Стаса, Ангела из внешней охраны, мне пришлось просто остановиться. То, что хранитель опустился до насилия, можно было списать на пагубное земное влияние. Но небесное руководство, планирующее насилие по отношению к ангельским детям? Глава службы внешней охраны, на глазах которого эти дети выросли, разрабатывающий детали этого насилия? Люди, оказавшиеся единственными посвященными в эти планы и оставшиеся один на один с угрозой потерять своих детей? Татьяна, просящая Стаса воплотить эти планы в жизнь и лишь сообщить ей об этом заранее?

Я вдруг поняла, что мне уже абсолютно все равно, как Анатолий потерял свою Татьяну. Я вдруг поняла, что не встану с земли возле этого дерева, пока не узнаю, что случилось с детьми. При мысли о том, что с ними все же что-то случилось, у меня возникло чувство, рядом с которым былое раздражение показалось легким бризом на фоне урагана.

Я читала, перелетая глазами со строчки на строчку, и невероятно возросшая после моего пробуждения скорость чтения вовсе не казалась мне достаточной.

Новогодняя вечеринка.

Предупреждение Стаса о готовности операции.

Скандал между Анатолием и Игорем из-за машины.

Ночной разговор между Татьяной и Анатолием.

Решение поехать к Татьяниным родителям.

Ожидание Анатолия в машине.

Появление Татьяны и ее слова о записке детям.

Эта записка…

Я моргнула и метнулась глазами по странице. Больше о записке там не было ни слова. Это и понятно - последнюю часть написал Анатолий, а записку детям оставила Татьяна…

Но я видела эту записку прямо перед своими глазами! Всего несколько строчек. Обращенных к Игорю. О том, что Татьяна с Анатолием любят его…

Нет…

О том, что мы с моим ангелом любим его, что он не должен сердиться, что мы уехали без него, и что мы всегда делали и будем делать все, чтобы помочь ему.

Мне не нужно было дочитывать историю до конца.

Я увидела нашу машину, едва ползущую в снежном буране.

Я увидела моего ангела, напряженно всматривающегося в белесую мглу.

Я увидела, чуть левее, едва различимые в ней пятна света от фар идущего нам навстречу грузовика.

Я увидела свою руку в перчатке, лежащую на руке моего ангела, вцепившейся в руль - в тот последний момент, когда я резко повернула влево этот руль…

Глава 7. Ожидание

Когда я понял, наконец, что делать, я просто поверить не мог, что это заняло у меня столько времени. Как я мог забыть, кто я? Я пытался напомнить Татьяне о любой своей ипостаси, кроме самой главной.

Да уж, неслучайно разрешают нам работать в видимости на земле в виде редчайшего исключения. Расхолаживают льготные условия, распыляют земные проблемы внимание, затмевают человеческие искушения истинные приоритеты.

А ведь мелькнула однажды мысль, что нельзя на Татьяну давить - нужно дать ей самой вспомнить, кто она. И дневник ее уже сколько времени под рукой был. И перечитывал я его раз сто, буквально видя каждую из описанных ею сцен…

И все равно, по земной уже привычке, стал навязывать ей другие сцены, которые мне важными казались. В конце концов, столько лет на земле она отдавала мне право принятия решения, что это право уже казалось мне естественным и неотъемлемым. Даже после того, как в самом конце она все решила по-своему.

Вот так однажды, в полном и ясном сознании, я признал, что заставить Татьяну вспомнить - себя, меня, нас - мне не удастся. И пусть только кто-то теперь заикнется о моей безграничной самоуверенности! Я и еще дальше пошел. Исключил себя из центра новой стратегии. Публично признал, что единственной по-настоящему важной частью ее жизни, которую никакие чистки до конца уничтожить не смогут, является наш сын. И смиренно попросил всех своих земных соратников-соперников помочь мне воссоздать именно эту часть ее жизни.

Они меня не подвели. Хотя каждый, конечно, по-своему. Но ожидаемо. В конце концов, их я тоже уже более-менее изучил. Знал, в целом, как к каждому подойти и чего мне это будет стоить.

Тоша, конечно, сразу согласился. Я был уверен, что в мое отсутствие Марина всю власть в нашем подполье захватила, и он наверняка уже понял, насколько ему комфортнее было под моим ненавязчивым руководством. И за моей надежной спиной, между прочим.

К Марининым условиям я тоже был готов. Когда это она упускала случай воспользоваться моим безвыходным положением? Если быть совсем честным, я куда худшего ожидал. Например, моего письменного - и кровью подписанного - обещания Татьяну на землю вернуть, а самому в родных пенатах остаться.