Чтение онлайн

Сработало.

Теперь чудище будет сладко спать до утра и видеть во сне свою ведьму. Осталось только понять, где спать буду я.

Ещё днём, лорд Тарвин собрал нас всех на построение и объявил, что этаж закрыт на ночь, и кто покинет комнату после полуночи, будет исключен.

Вылететь с Отбора в первый же день не хотелось. Судя по тому, как наклюкался наш жених после встречи с бывшей, зрелище предстоит похлеще, чем на “Холостяке”.

“Кого выберет принц Фердинанд? Давнюю возлюбленную или юную невинную нимфу? Запретная любовь или долг перед Империей?”

Зазвенел в голове голос ведущего, и я невольно улыбнулась.

Нет, ну как такое пропустить?

В моей прошлой жизни таких страстей не было, а тут — вип-билеты в первый ряд. Только жалование нужно просить вперед. Завтра же утром. Чтобы хватило надолго.

Вот бы ещё узнать, сколько это “надолго”.

Повздыхав над тем, что завтра придётся идти к Монике советоваться, я ещё раз осмотрелась.

Точнее, осмотрела то, что обычно пряталось за слоями чёрной ткани.

Теперь-то можно… Поглазеть. Хоть чуточку. Краешком глаза.

Да и ничего такого особенного не видно.

Ну, подумаешь, мужик. Даже почти не голый. Подобие трусов скрывало всё, что могло бы быть крайне неприличным. Взору открылась только широченная спина и… и то, что ниже.

Было даже обидно. Такое тело и такому гаду. Красивому гаду, но абсолютно бесчувственному, холодному и безжалостному.

Посочувствовав его будущей жене, я накрыла принца простынкой и убрала подушку. Если свернуться калачиком, можно поместиться.

Кровать у меня одна. Амулет остудил пыл этого мужлана, а спать очень нужно… хоть и не особо хотелось.

Зная это бессердечное чудище, он даже не извинится. Скажет, что был слишком пьян и перепутал мою комнату с комнатой любовницы.

А потом…

А потом, несмотря на бессонную ночь, отправит меня на испытание, завалит бумажками и будет гонять с поручениями.

Пытаясь сдвинуть полуголого начальника, я быстро пожалела, что артефакт, облегчающий вес, крепится только к предметам. С удовольствием слевитировала бы его на пол и спокойно поспала.

Увы, мужчина был обезврежен и тихо похрапывал.

Стойкий запах дорогого алкоголя заполонил комнату, я открыла окно и посмотрела на сияющий дворец.

Красиво. И так же обманчиво. Красивые лица с черной душой.

Под громкое сопение Фердинанда я надела блузу, натянула штаны для прогулок верхом и свернулась калачиком у изголовья.

***

Сном это сложно было назвать.

Я отключилась, устав думать обо всём на свете, а просыпалась неохотно и почему-то в мужских объятиях.

Странно… амулет должен был обездвижить Фердинанда до утра. Но куда там, он сграбастал меня и прижал к себе, заключив в медвежью хватку.

То-то я спала, как возле печки. Огромная грудь грела даже без одеяла, а ещё от этого гада почему-то приятно пахло.

Совсем не перегаром, как от мужа, когда тот посидел на корпоративе.

Голоса, грохот и даже чьи-то возмущенные писки заставили очнуться от созерцания спящего чудища.

— Всем подготовиться к проверке комнат! Правила Отбора нарушены! На этаже был мужчина без допуска, и он вошёл в комнату! — прогремел голос секретаря Императора.

Судя по писку, раздавшемуся следом, Рамон Тарвин явился не один. Главный сплетник Академии, декан Эвелиус, прибежал, учуяв свежий скандал.

Пока Рамон и Эвелиус носились по коридору с артефактами, я выпуталась из хватки всё ещё спящего Фердинанда.

Сомневаюсь, что в общежитие на этаж участниц проник кто-то, кроме чудища.

Собрав его вещи и сложив простынь, ринулась к кровати.

Пока очередь дойдёт до меня, есть шанс разбудить виновника утреннего кипиша.

— Вставайте, господин ректор. Да вставайте же, — тормошила мужчину.

Кулон давно потух, а пьяное чудище все еще спало.

У нас пять минут. И ещё две, пока я скажу, что не одета. Хотя нет… Кричать, что не одета, пока этот тут, будет глупо.

Вряд ли ректор полезет в окно. Третий этаж — невысоко, но его заносчивость не позволит.

Он быстрее признает Отбор сорванным и женится на мне, чем сбежит через окно.

“Скорее придушит, чем женится,” — подсказала интуиция, и я с ней согласилась.

Быстрее придушит, чем женится или сбежит.

Умирать совсем не хотелось, а потому я перестала тормошить массивное плечо, взяла графин и опрокинула прямо на лицо спящему чудищу.

Мужчина громко засопел и открыл один глаз.

— Рамон, я шею тебе сверну… Наплюю, что брат расстроится, — промымрил он, спокойно переворачиваясь на живот.

По-хорошему не вышло.

Мокрая постель и чужая комната принца не смутили. Зато смутила я, когда прыгнула верхом ему на поясницу и принялась трясти что было духу.

— Да вставайте же вы! Император расстроится намного больше, когда до него дойдёт скандал, что вы обесчестили свою ассистентку! Вставайте, Фердинанд, быстрее вставайте, у нас проверка! — тормошила массивные плечи, оставляя борозды от ногтей.

Кажется, слово “обесчестил” и женский голос заставили монстра очнуться.

Выдохнув “Юлианна”, он резко развернулся, поймал меня, не позволяя слететь, вскочил с кровати и осмотрелся.

Моя скромная фигура, обвивающая ректора ногами, ничуть его не беспокоила. Так, листик в волосах запутался.

Несколько мгновений Фердинанду понадобилось, чтобы проснуться, протрезветь и сменить растерянность на гнев.

Когда наши взгляды встретились, стало немножко жутко. Меня будто в бездонное болото окунули — ни вздохнуть, ни пошевелиться.

Однако, как всегда, его это не волновало.

Зато, по всей видимости, волновал гнев Императора.

— Мы поговорим потом, Юлианна. Кто там? — кивнул он на дверь.

— Декан Арсо и лорд Тарвин, — тихо прошептала я, наконец отмирая.

Ругнувшись, ректор принялся шагать по моей комнате.

Ну как шагать — два шага, и он почти упирался в стену.

Не с первой попытки Фердинанд заметил, что я упираюсь в его грудь, пытаясь встать на ноги. И не с первого раза осознал, что та самая грудь совершенно голая, а брюки отсутствуют.