Чтение онлайн

Отзываясь на мои пакостные мысли, караган зашумел еще настойчивее, а в следующее мгновение ветвь скрутила руку с кинжалом.

Но я была слишком зла. На себя и свою неуместную доброту, на чудище, которое меня не предупредило, и на зелёного монстра, который никак не хотел угомониться.

Вместо того чтобы сопротивляться, я наклонилась к извивающейся лозе:

— Послушай, сорняк-переросток. Артефакта-выхода нет. Или ты позволишь мне уйти, или я устрою из твоих веток венок. А потом… утром приду с секатором – за остальными. В моём мире из таких, как ты, плетут мебель на дачу.

Я говорила шёпотом. Но надеялась, что это странное создание слышит.

И не ошиблась.

Сначала хватка усилилась. Потом стена неожиданно притихла, и меня отпустили.

Даже не думала, что это сработает — но оно сработало. Шум утих, ростки уползли восвояси, оставив меня стоять в пустом, мрачном лабиринте.

Уже спустя несколько минут тишина, которой я бы раньше порадовалась, начала угнетать.

Дойдя до ближайшего поворота, я почувствовала, как накатывает слабость. Луна скрылась за тучами, а сил бесцельно бродить по лабиринту больше не осталось.

Воткнув кинжал в землю, я села, скрестила ноги и выставила перед собой факел.

— Помогите, — холодно произнесла.

***

Спаситель явился не сразу.

Видимо, не всех девушек ещё успели вытащить.

А когда явился — я устало уставилась в слишком знакомые чёрные ботинки.

Фердинанд присел и протянул руку:

— Вы не пострадали? — тихо спросил.

Помня, в каком виде он застал меня в прошлый раз… В этот — он явился сам. Видимо, не хотел, чтобы стражи видели моё бельё.

Но нет. Я не пострадала. Только устала — и была готова рухнуть к чудищу в объятия и уснуть, прислонившись к широченной груди.

— Нет. Я заблудилась, — уверенно соврала.

На лице принца появилась лёгкая улыбка.

— Леди Сантэй рассказала, как именно вы заблудились. Даже потребовала засчитать вам испытание, — слишком доброжелательно произнёс он.

Требовала? Кареглазая фиалка? Звучит забавно.

— У вас требовала? — не веря, я посмотрела в привычно чёрные глаза, которые задержались на моем лице.

Фердинанд кивнул — и снова улыбнулся.

Это… что, нежность?

Будто вспоминал про щенка. Или смотрел видео с котиками.

Странно. Раньше я такой улыбки у него не видела.

— Она же охрипла настолько, что на помощь позвать не могла, — еще раз уточнила я.

Фердинанд чуть качнул головой, и его голос вдруг стал непривычно мягким:

— Она очень убедительно шептала… Я отправил Мишель к целителю.

О как. Уже Мишель…

И как он произнёс её имя. С придыханием. С плохо скрываемой нежностью. Ни тебе рыка, ни холода.

Хм. Кажется, у нас появилась фаворитка.

Ну молодец, Юляша. На второй же неделе нашла ему невесту.

Принимая руку принца, я вздохнула.

Почему-то так гадко от вида довольного чудища.

Я же должна радоваться… Или нет?

Принц помог подняться, притянул к груди и достал из кармана артефакт.

— Держитесь крепче, — сухо произнес, обхватив мою талию.

“Он не рассчитан на перенос дополнительного груза,” — мысленно закончила я за него.

После всей этой нежности в адрес Мишель, это было как-то особенно обидно.

— Жалование поднимите мне минимум в три раза, — прошептала я, прикрывая глаза.

Как раз тот момент, чтобы просить повышение.

Я, может, сегодня будущую принцессу спасла. И вообще — за всё, что я вынуждена выносить, это ещё мало.

— Как пожелаете, Юлианна. Сегодня вы держались достойно. Молодец, — отозвался он. Тихо. Почти в мои волосы.

О том, что мы уже во дворце, подсказали гул женских голосов — и внезапный холод.

Принц ушёл, а я огляделась.

Злые. Потрепанные. Уставшие.

Это больше не было цветником. Совсем.

— Результаты испытания вы узнаете завтра утром. Тем, кому придет приглашение на завтрак, — попрошу не опаздывать. Остальных – без истерик – покинуть Академию, — прозвучал громогласный голос Рамона, и зал наполнили вздохи.

Я была с ними согласна: могли бы хоть покормить перед тем, как отправить домой.

Потом секретарь объявил, что всех девушек осмотрят прислужницы Пресветлого, а тех, кому нужно, отведут в целительское крыло.

Насколько я поняла Монику, эти прислужницы — что-то вроде монашек-медсестёр. Одни служат при храмах, другие помогают в больницах.

Мне осмотр был без надобности. Чудище снабдило меня маслами для ссадин с запасом.

Не дожидаясь всех объяснений, объявлений и выяснений, я поймала стража и приказала перенести меня в общежитие. Вероятно, вид у меня при этом был зверский — потому маг даже не стал спорить.

Горячая ванна, масло на царапины — и я снова забралась в постель.

Завтра начнется самое интересное.

***

Утром у порога я нашла листок — приглашение с описанием следующих испытаний.

Вот это было реально страшно.

“СТОЛОВЫЙ ЭТИКЕТ” — выведено красивым почерком мой приговор.

“БАЛ-репетиция” — второй удар почти по дых.

“Приём во дворце” — контрольный в голову.

По всем перечисленным пунктам у меня был минус.

Если со столовым этикетом Фердинанд ещё как-то может мне помочь, то с танцами, которые учат несколько лет, принц никак не поможет.

На завтрак я шла в ожидании грядущего позора.

Я, конечно, не совсем необразованная, но аристократическими замашками не страдала. В рестораны муж меня, конечно, приглашал, но отнюдь не на блюда высокой кухни. Вилка, нож, ложка.

Ну, могла я отличить бокал для вина от бокала для шампанского или стакана для воды. Боюсь, на этом познания в столовом этикете заканчивались.

Воспоминания Юлианны тоже не помогли. Кроме воздыханий по Николасу, там мало что можно было выудить.

Да и жених-предатель не слишком афишировал их отношения.

Тайные свидания в лесу, тайные встречи в кабинете Фердинанда. Никаких тебе приёмов, балов или публичных объявлений.

Роман Николаса и Юлианны остался в тени, как и все полезные лекции.