Чтение онлайн

Блумфинг жил не один. У него была дочь семнадцати лет от роду. Она была рослая и грудастая, а в руках имела силу крепкого мужика. Силу она от папы наследовала. Всё другое, начиная от характера и заканчивая внешними данными, позаимствовала у матери. Даже голосом они были похожи. Звали её Линдой. Мать свою она едва ли помнила — та бросила их, когда Блумфинг был в очередной командировке. Бросила, не оставив даже записки, скинув малолетнюю дочь в приют, вытащив из дома всю мебель и мелочевку, вплоть до тарелок, вилок и ножей. Вернувшись, Блумфинг мог бы найти её, но не стал искать. «Чёрт с ней», — сказал он себе и занялся дочкой. Но Служба не оставляла возможности уделять ей много внимания. То и дело начальство срывало его на «важные Дела» и каждый раз клятвенно заверяло, что это в последний раз. Мол, они понимают его положение, но и он их понять должен: дело срочное, а послать, как всегда, некого. Продолжалось это до тех пор, пока у него истёк срок контракта. Не смотря на все уговоры и посулы, он категорически отказался подписываться на новый срок и скоро оказался в отставке. Даже после этого, к нему нет-нет, да засылали связников, с просьбой оказать Службе «услугу». Блумфинг никогда не соглашался и со временем, его оставили в покое. Устроившись в строительную фирму, разнорабочим, он был вполне доволен своим новым положением. Вечерами, занимался с Линдой её уроками, по выходным дням, ходил с ней гулять, ездил на рыбалку, а зимой катался на лыжах. В общем, был примерным семьянином и заботливым отцом.

Теперь, когда Линда выросла и заканчивала школу, «родная» Служба вновь вспомнила о нём. Прямо домой, пришёл незнакомый человек, назвался Крафтом и предъявил удостоверение сотрудника Галактической Службы Безопасности.

— Я в отставке, — сказал ему Блумфинг, — нам не о чём говорить.

— Есть, — возразил Крафт, — было бы не о чём, я не пришёл бы. Ну, а то, что вы в отставке, мне известно и без ваших сообщений. Я читал ваше досье, «Кабан».

Брюс Блумфинг усмехнулся:

— То, что вы назвали мою кличку, ещё не значит, что вы читали моё досье. А хоть бы и читали. Мне-то что с того? Читайте, хоть зачитывайтесь. Я не хочу с вами работать. Меня вполне устраивает та жизнь, которую я имею сейчас.

— Вам нравится месить бетон?

— Мне нравится заниматься своей дочерью, — в тон ответил ему Блумфинг, — а месить бетон ничуть не хуже, чем гоняться по планетам за всяким отребьем. К тому же, я вышел из формы.

— Профессионал из формы не выходит, — возразил Крафт.

Они стояли у калитки и Блумфинг закрыл бы её перед носом Крафта, если бы тот нахально не подпирал её ногой.

— У вас, что агенты кончились? — неприязненно спросил Блумфинг, выталкивая своей ногой ногу Крафта, — так наймите новых, чёрт вас побери! А меня оставьте в покое.

Он вытолкнул ногу непрошеного гостя, но тот просунул в калитку плечо.

— Но дело очень важное. Мне нужна ваша помощь.

— Да пошёл ты! — Разозлился Блумфинг и двинул Крафта так, что тот вылетел на тротуар. — Другого дурака ищите, ясно? А я работаю на стройке. Проваливайте!

Линда услышала его крик и высунулась в раскрытое окно:

— Чего так ругаешься, пап?

— Да ходят тут уроды.

— «Особисты»?

— Они, — согласился Блумфинг.

Он закрыл калитку на засов и неспеша пошёл к дому. Через несколько шагов остановился: за двором послышался визг сорвавшейся с места машины. Спустя секунду, его железные ворота с грохотом разлетелись. Во двор вломилась машина, за рулём которой сидел Крафт. Свирепея, Блумфинг рывком выдернул Крафта из машины, ухватил его за грудки и приподнял над землёй.

— Да я тебя!

Крафт был небольшого роста, худеньким и тщедушным на вид. Справиться с таким Блумфинг мог без труда. И Крафт это понимал. В качестве оправдания, он сунул к лицу фотографию:

— У меня тоже была дочь…

Разгневанный Блумфинг начал трясти его и изрыгать проклятия в виде нецензурной брани. Но на третьем, или четвёртом слове, «Кабан» умолк.

— Была? — Переспросил он и поставил Крафта на асфальт, — а ворота тут причём? Я недавно их покрасил.

Он взял фотографию. На снимке, подперев щеку, в кресле сидела девушка и лукаво улыбалась. Её волосы были распущены и стелились по плечам. Розовая блузка, серёжки в ушах. Молодая, совсем юная особа.

— И где она? — Спросил Блумфинг.

— Погибла на «КСД-3».

Блумфинг опустил фотографию и что-то припомнил:

— Дело Мартера?

— Да, — ответил Крафт.

— А я вам зачем?

К разбитым воротам выкатилась полицейская машина. Два бравых стража порядка, вошли во двор:

— Что произошло?

Блумфинг повернулся к ним и сделал предупреждающий жест:

— Мой двор — частная собственность, господа. Оставайтесь за калиткой.

Полицейские были молодыми, но не из тех, кто пасует в подобной ситуации.

— У нас есть основания полагать, что не вы хозяин дома, — парировал сержант. Предлог надуманный: оба полицейских постоянно патрулировали их улицу и знали Блумфинга в лицо. Тем не менее, этот предлог давал им основание оставаться во дворе и устанавливать свои порядки.

— Линда, — Блумфинг обернулся к дочери, — принеси мой паспорт и документы на дом.

Девушка улыбнулась, стрельнула глазами на сержанта и исчезла. Через минуту появилась, но уже не в окне, а во дворе и с нужными бумагами.

— Держи, — вручила отцу документы, а сама снова стрельнула в сержанта.

Блумфинг заметил это и нахмурился. Сержант подошёл ближе и с деловитым видом взял паспорт Блумфинга. Посмотрел и вернул обратно:

— Извините, — поднял руку под козырёк, — но, нам сообщили, что кто-то таранил ваши ворота.

— Я не сообщал, — сказал Блумфинг, передавая бумаги дочери, — у нас было пари с приятелем, сможет ли он пробить мои ворота.

— Странное пари.

— Может быть. Я его проиграл.

— Придется уплатить штраф, — сержант достал из кармана блокнот, — нарушение общественного порядка.

— Чего? — Удивился Блумфинг, — вот новости! В каком законе сказано, что я не могу сломать свои ворота?

— Вот этот закон, как раз есть, — подал голос второй полицейский, — про ворота там ничего не сказано, но издавать резкий шум в спальном районе запрещено. Если вы не согласны, проедемте к судье и решим этот вопрос.

Блумфинг решил, что к судье ехать не обязательно.

— Пишите свой штраф, — согласился он, — сколько я должен?

— Десять долларов, — ответил сержант, отрывая уже заполненное извещение, — у вас есть две недели, чтобы оплатить.

Блумфинг взял бумажку и указал за ворота:

— Я в курсе. Покиньте мой двор, господа.

— Как скажете, — сержант спрятал блокнот и оба полицейских вернулись к своей машине.

Линда проводила их заинтересованным взглядом.

Блумфинг посмотрел извещение и, поманив за собой Крафта, пошёл в дом.

— А ворота? — Линда указала на покореженное железо, — так и будут лежать?

— Позови кого-нибудь, — сказал Блумфинг на ходу, — и если кто-то появится, меня нет.

— Ты ж в отставке, — язвительно напомнила Линда, — а все «особисты» — уроды.

Блумфинг не удостоил её ответом и повёл гостя гостиную.

Плотно закрыв двери, он придвинул гостю кресло и сел против него:

— Ничего не обещаю, но выслушать могу.

Собираясь с мыслями, Крафт выдержал паузу и начал так:

— Речь идёт о деле Мартера.

Блумфинг согласно прикрыл глаза:

— Я понял. Телевизор смотрю.