Чтение онлайн

— На английском, немецком, польском, русском… — начала перечислять Сонька.

— Стоп, дальше не надо! — Айс забрал у нее инструкцию. — То, что и требовалось доказать! Пойду попрактикуюсь.

И, захватив в нагрузку куклу, направился с ней к выходу.

— А мне что делать? — раздался сзади виноватый Сонькин голос.

— А ты сиди здесь и молись, чтобы обоим Казарянам в этот вечер перепало что-нибудь поинтереснее телевизионных передач!

Казарянам и перепало: они второй день не вылазили из борделя на окраине Эчмиадзина, меняя девочек и напитки — «поминали» Айса и Соньку. И собирались остаться здесь на третий день — именно на столько написал майор вышестоящему начальству заявление с просьбой об отпуске «за свой счет по семейным обстоятельствам». Все-таки жгла обида за незаслуженные оскорбления в свой адрес, и ее надо было чем-то залить. Вот так вкупе все и собралось… И теперь папаша и сынок соревновались, кто за одну ночь перетрахает больше девок — до телевизора ли здесь? Судьей был сам хозяин борделя — давний должник майора за то, что тот обходил стороной его заведение во время различных комиссий и облав. Но заходил «в свободное от работы время». Так что здесь Казарянам ни в чем отказа не было, сынок был под папиным «крылышком».

Но таково уж Провидение: ему было угодно собрать их обоих во время «перекура» после очередного траха именно в гостиной борделя, где под потолком на трех цепях с подставкой висел цветной телевизор. И именно в него ткнул пальцем глава семьи после второй стопки отечественного коньяка.

— А ну, включи эту бандуру — что там нового снаружи?

И увидел новое — обоих «покойников», оживленно обсуждающих с телевизионщиками проблемы наследства, опекунства и спонсорства. Он захватил самый конец передачи — Соньку снимали уже без Барби, — но и того, что увидел, ему хватило: глаза майора полезли на лоб, как после стакана денатурата.

— Эдька! — заорал он своему отпрыску, — Ты посмотри на экран! Кого же мы тогда поминаем?

— А ну, — уже хозяину, — сделай полный звук!

— …таким образом, — распиналась девица-репортер, — в заключение короткого репортажа из номера гостиницы нашего города Гукасяна хотелось бы еще раз от души поздравить Соню с ее пятнадцатилетием, а также с приятной покупкой. От себя пожелаем ей и ее опекуну Олегу Грунскому счастья, здоровья и, — она довольно двусмысленно ухмыльнулась с экрана, — конечно же, любви…

После этого пошел прогноз погоды на завтра. Таким образом — задержись майор на очередной девочке пару минут дольше — может быть, так бы и протрахал свою Судьбу. Но — Провидение- Эдик Казарян с неохотой оторвался от созерцания минета, который ему артистично исполняла худосочная брюнетка: даже во время «перекура» он хотел показать старшему, кто из них настоящий гигант секса.

— Да брось ты их, пап, на хрен они нужны! Ну сбежали и ладно!

— Как это ладно? — запенился майор, — Они же меня накололи, как школьника какого-нибудь! А честь семьи? Да и деньги при них немалые — вон как вырядились оба! И Камо, старый козел, где-то возле них обретается — нюхом чую! Короче, как рассветет — двигай в этот Гукасян, и чтоб я о них больше не слышал: ни по телевидению, ни в газетах… нигде, одним словом. Ты меня понял?

— А почему я? — вскинулся сынок, — Это, вообще-то, работа твоих людей, а я простой шоферюга. Да и что я один с ними сделаю?

— Почему один, я тебе четверых асов сыска в подмогу дам. А мне послезавтра срочно на месте надо быть, комиссия очередная с проверкой приезжает. Так что вопрос решен: поедешь ты! — это уже был приказ не отца — начальника.

Эдик заглянул в жесткие осоловевшие глаза отца и внутренне содрогнулся.

«Этот не пощадит! В случае чего — как Иван Грозный своего сына… за непослушание!» — пришла трусливая мысль, и он поспешно кивнул, соглашаясь.

— Молодец, я знал, что ты сумеешь постоять за честь семьи! — ударился в патетику майор.

Знал бы он, на что посылает собственного сына — может, и отменил бы принятое решение. Хотя вряд ли: волки, в отличие от волчиц, не очень-то защищают свое чадо. Даже от неминуемой гибели.

С рассветом выехать не получилось: пока собирали сыскарей, потом оформляли на Эдика бумаги с соответствующими полномочиями… Документы получились внушительные — уж майор постарался, но все равно — матерые волчары-оперы, побывавшие не однажды «под стволом», смотрели на новое начальство, как на кусок дерьма: раздавить ничего не стоит, а вот вымазаться жалко. Но, как бы там ни было, к обеду во вторник все же выехали, рассчитывая застать «клиентов» еще в гостинице…

Их там не было с раннего утра. Айс, почти всю ночь провозившийся с программным мини-дисплеем, встроенным у куклы в несколько интимном месте, под грудью, встал, тем не менее, в шесть утра, разбудив и Соньку.

— Ты, надеюсь, не забыла, с кем у нас назначено рандеву на автозаправке?

— Конечно, нет! — обиделась та за свои родственные чувства. — А… как же быть со вчерашним интервью?

— Что сделано, то сделано! — вздохнул Айс, — Ничего, попробуем выкрутиться и на этот раз. Есть у меня кое-какие наметки.

По дороге на заправку купили местную газету: с первой полосы улыбалась Сонька.

— Ну все! — Айс скомкал ее и со злостью зашвырнул в первую попавшуюся урну. — Теперь нам отсюда надо крутить педали, чем скорее, тем лучше! Ты стала знаменитостью местного масштаба, что нам, конечно, не на руку.

Камо встретил их за полтора квартала до места назначения. Расцеловавшись с дочерью, он долго тряс руку Айса.

— Большое спасибо, джан, за Соньку! А еще большее — за своевременное предупреждение! Я вчера звонил одному хорошему другу-соседу — эти шакалы нагрянули сразу же после нашего отъезда. Перетрясли все в доме и дворе. Не найдя того, что искали, хотели уже сжечь подворье, да соседи не дали: сгорит, мол, следом пол-округи. С тем и уехали эти гады — злые и неудовлетворенные. Ничего, пусть теперь поищут нас! — Камо злорадно захохотал.

— Не знаю, как там насчет тебя, — перебил его радость Айс, — а мы себе рекламу сделали на всю Армению. А может, даже на все СНГ с его ближним зарубежьем. Да, Сонь?

Камо с подозрением посмотрел на виновато съежившуюся Соньку. Той поневоле пришлось рассказать события последнего вечера.

— Вай, что ты наделала? — схватился за голову Камо. — Теперь вся контрразведка сюда нагрянет!

— Ну, вся не вся, но что Казаряны прибудут — это точно! Ладно, встретим! А пока…

— А пока поехали к моему брату в горы! Во-о-он его «УАЗ» стоит!

Погрузились в УАЭ-369, в просторечии именуемый «бобиком», и через полтора часа не очень приятной езды по горным дорогам были на пастбище. Хозяева примитивного временного жилища, сложенного из диких камней, встретили их радушно. После сытного угощения Камо отвел Айса в сторонку — покурить.

— Что думаешь дальше делать? Так и будете на мотоцикле добираться?

— Фью! — свистнул Айс. — Нашел о чем вспоминать! «Урал» с позавчерашнего вечера на дне пропасти, — он рассказал Камо о прорыве через пост и погоне. — Пока Казаряны думали, что загнали нас в пропасть, мы спокойно могли путешествовать по «железке». Но теперь, после вчерашнего… — Айс от души выругался.

— А может, поживете с нами, пока все утрясется? — предложил Камо.

— Нет! — покачал головой Айс. — Я уже и так засиделся на твоей родине! Да и Казаряны не успокоятся теперь — будут копать везде. И наткнутся на вас. По мне — лучше убегать нападая. Это и будет новой моей тактикой. По крайней мере, на то время, пока не избавлюсь от этой шелудивой семейки!..

Оперы из команды Эдика разведали на месте все быстро и профессионально: расположение номеров Айса и Соньки, то, что те с утра отсутствуют, и даже то, что вещи их все еще в номерах.