Чтение онлайн

Я хоть и стрелец по гороскопу, но очень похожа на близнецов, потому как вчера ложилась спать с одним настроением, а встала утром с кровати совсем с другим.

И это настроение навело меня на мысль, что всё-таки есть в моей жизни два постоянных поклонника. Это сват, генерал в отставке, отец зятя, и Вовка Мамонт – старый и давний мой приятель.

Сват вдовец. Он старше меня на шестнадцать лет. Молодцеватый такой благородный мужчинка. Ухаживает за мной с самого первого нашего знакомства.

Предлагал, и не раз, выходить за него замуж. Я может и повелась бы на его предложение, если бы не моя тяга к молодым. Ну, не вижу я себя с ним в паре.

Я на него смотрю как на папу. А что? Шестнадцать лет разницы, вполне мог бы быть мне отцом, если учесть современные нравы. Сейчас молодёжь вступает в половую жизнь чуть ли не с пелёнок. В четырнадцать лет они уже такие прожжённые в сексе, куда там нам, людям другого поколения.

Второй мой воздыхатель, или лучше сказать, главный – это Вовка Мамонт, а по-настоящему, Владимир Мамонтов. Любит меня с детства. Ещё, когда я проводила летние каникулы у бабушки, да и так просто в гости приходила.

Я об этой тайной любви и не знала бы, если бы не получила наследство и не переехала жить в бабулину квартиру. Вот тут всё и всплыло.

Оказывается, Мамонт меня всю жизнь любил, любит и сейчас. Мне, конечно, приятно, но всё равно, я очень осторожно отношусь к его признаниям. Дело в том, что Вовка получил свою кличку в тюрьме, где провёл почти все свои годы жизни, попеременно выходя на волю и снова попадая за решётку.

Да он и похож на мамонта: высокий, все метр девяносто роста, килограммов сто веса, интеллигентной и приятной наружности мужчина. Правда, наружность эта очень обманчива, особенно когда с ним поговоришь, ведь Вовка без мата слова не скажет, ну, и кушает по-простому.

Однажды пришёл ко мне в гости, а я только щи сварила. Украинские щи, на кислой капусте и с пшеном. Естественно, я старого друга пригласила к обеду. Вовку упрашивать не надо, он даже вприпрыжку побежал. Ещё бы, пахнет на всю квартиру, аж слюнки текут.

Сели к столу, а он мне говорит:

– Вась, ты извини, - вообще-то на работе я для всех Василиса Романовна, но друзья Васькой кличут. Так вот, он мне говорит: - Вась, ты извини, но я хлебаю.

– Да хлебай, хлебай, - отвечаю я ему, а сама думаю: «Кто бы тебя в тюрьме научил правилам этикета? Да, никто».

Последние пять лет Мамонт на свободе, но и свобода эта какая-то мнимая. Я так понимаю, что работает он в своей мафии рэкетиром, потому как постоянно куда-то исчезает, а когда появляется, то вечно в боевых ранениях.

Сначала в Турцию летал, разруливал столкновение бизнес интересов в секс индустрии, а на русском языке это называется – бил морду туркам за наших проституток. Прилетел весь побитый, с фингалом под глазом.

А на днях смотрю, на ноге гипс. Идёт на костылях, хромает. Спрашиваю, что, мол, такое? Оказывается, ногу поломал, когда выяснял отношение с конкурентами в балке Средней. Ничего личного, просто «люди гибнут за металл».

Нет, и с таким мужчиной я себя рядом не вижу. Не хочу оказаться под его пудовыми кулаками. Вдруг ему что-то во мне не понравится и начнётся очередная разборка. Увольте, это не для меня.

В общем, какие бы ухажёры не были, всё равно это ухажёры, а значит, я настоящая женщина, раз они имеются. Но что это мне даёт? Ровным счётом, ничего. Ведь мы с Подливой побились об заклад, кто скорее найдёт себе мужчину и соединит с ним свою жизнь. Вот только с такими клиентами мне соединять ничего не хочется.

Получается, как ни крути, а тропу охоты мне не обминуть.

9 марта, среда, 14.00: Японский городовой! Египетская сила или ё-моё.

Такого праздника, такого восьмого марта у меня ещё в жизни не было. День начался с любовных реверансов, а закончился самым настоящим мордобоем.

Наверное, от меня за версту разит феромонами. А как сказать по-другому, если восьмого марта прямо с утра на мою голову обрушился шквал поклонников. Или даже не шквал, а целый звездопад. Начну по порядку.

Первым по телефону позвонил, конечно же, сват.

– Василиса Романовна, - мы с ним, как воспитанные люди обращаемся друг к другу только на «Вы» и по имени и отчеству, - Вы такая молодая, красивая, желанная. Я Вас прошу, оставайтесь всегда красивой, любимой и желанной.

Ну, понятно, чего мог пожелать мужчина женщине, от которой всё время тащится? Только быть желанной. Настроение с утра у меня было и так чудесное, поэтому пожелания свата добавили ещё чуток радости.

– Спасибо, - смеялась я в ответ. – Буду и молодой, и красивой.

Слово желанная я специально пропустила. Зачем давать надежду хорошему человеку, а потом его же и обламывать. Не по-родственному это.

В общем, с утра в приподнятом настроении я наложила себе маску на лицо и шею, меня ждали в гости дети у себя дома со сватом, поэтому, хоть я и не собиралась его соблазнять, но наказ его должна всё-таки выполнить, то есть прийти красивой и молодой. А как выглядеть молодой без маски? Это невозможно.

Вот я с утра и наколотила желток яйца, по чайной ложке мёда и оливкового мала, и всю эту суспензию наложила себе на лицо и на шею. Да не просто наложила, а хорошенько наложила, не пожалела, наляпала так, что закапало с носа и потекло по груди.

Соответственно, и халатик надела такой, где очень хорошо открыла шею, вплоть до лифчика, причём лифчик старый, потёртый и выцветший. Лежу, жду, когда маска на лице и шее начнёт присыхать. А когда она присыхает, то стягивает кожу лица так, что говорить невозможно. Возможно только сжатыми губами букать, мукать и угукать.

И надо же, как только она засохла, раздался звонок в дверь. Если бы он прозвенел один раз, я, наверное, и не пошла бы открывать. Но звонок прозвучал дважды, а так ко мне звонят только свои: родственники, друзья, соседи.

Ни о чём не подозревая, и не глядя даже в глазок, я с жёлтой от желтка засушенной рожей и с выпирающей заляпанной грудью наружу распахнула дверь настежь и чуть не упала от неожиданности. На пороге с огромным букетом алых роз стоял – как я могла забыть? – управляющий банком, «моим» банком, арендующим мою площадь, Михаил.

Ещё в самом начале, когда я только завела дневник, я тогда сказала, что у меня с банком непростые отношения. Все года, сколько я сдаю свою квартиру в аренду, все эти года я эту аренду с постоянной регулярностью повышаю. Дело начиналось с шестисот долларов в месяц, сегодня я получаю тысячу двести евро.