Чтение онлайн

– Ха!
– фыркнул Фрэнк.
– Не похоже, чтобы он нами восхищался.

– Если, - величественно добавил Лал Али Хаваб, - вы и впредь будете такими дилетантами, как до сих пор, то как бы мне не пришлось требовать за вас выкуп.

– Вот те на, будь я проклят, - изумился Фрэнк.
– Вы только послушайте только этого маленького засранца!

– Вобби, - вмешалась Николь Хоффман.
– Вспомни, что ты говорил насчет мудрости.

Фрэнк вел машину подчеркнуто осторожно, так что очередная полицейская машина пропустила их и пристроилась слева. Пока бело-зеленая машина скользила рядом, они застыли словно истуканы, упорно глядя только вперед. Но двое патрульных "понтиак" абсолютно игнорировали.

Патрисия заметила, что Фрэнк вел машину одной рукой, а второй нервно сжимал и отпускал револьвер.

– Нам повезет, если "додж" ещё там, - заметил Марк.

– Что ты сделал с ключами?
– спросил Фрэнк.

– Они у меня в кармане.

– Ты уверен?

Марк кивнул.

– Я проверял их каждую минуту.

Фрэнк с Патрисией переглянулись, и Фрэнк шлепнул её по ноге. Положив руку на её шорты, он ощутил, какие они мокрые. Мокрые и холодные.

Он нахмурился. Стрелка спидометра резко прыгнула вправо.

На 61-й улице он свернул и пересек Первую авеню. Потом в медленно текущем потоке машин добрался до 72-й и без особых предосторожностей свернул прямо на нее. "Додж" был все там же, где они его оставили, так далеко от тротуара, что перегородил целую полосу. Никто его не тронул. Такси с горящим фонарем "свободно" стояло, конечно, не по правилам, но ничьего внимания не привлекло.

Марк отогнал "додж" в конец 72-й улицы. Там, в тупике, они перевели Лал Али Хаваба и Николь Хоффман в "додж", а "понтиак" бросили.

"Додж" повел Марк. Патрисия сидела рядом. Лал Али Хаваб лежал на полу под задним сиденьем. Фрэнк усадил Николь Хоффман рядом с собой предупредив, что раздробит ей челюсть револьвером, если она попробует снова что-нибудь выкинуть.

Они тормознули возле телефонной будки на 90-й улице, и Патрисия позвонила Памеле. Та сказала, что, насколько она знает, все в порядке. Патрисия сообщила, что они решили не привозить посла домой, пока не стемнеет. Придется ездить до аэропорта и обратно, чтобы убить время. Памеле нужно приготовиться принять двоих гостей. Один из них - женщина.

В восемь вечера все уже были в безопасности в квартире. Кроме Джоша.

Лал Али Хаваба и Николь приковали к трубам в ванной. Чтобы добраться до стальных водопроводных труб, Фрэнку пришлось снять панель под раковиной. Цепи обернули вокруг этих труб и заперли на висячий замок.

Длиной цепи были футов пятнадцать, не меньше. Через всю ванную они дотягивались до холла. Там на полу, возле самой двери в ванную, валялся матрас с кровати из маленькой спальни. Идея заключалась в том, чтобы пленники могли пользоваться удобствами, не отвязываясь. Весь день им предстояло сидеть на матрасе, а ночью спать на нем, но всегда под чьи-нибудь надзором. И никогда бы не пришлось снимать оковы.

Из-за того, что одежда пленников промокла и запачкалась, Лала Али Хаваба и Николь раздели до белья. Посол, как оказалось, носил белую набедренную повязку. Теперь, когда он, скрестив ноги, восседал на матрасе, стало очень похоже на тот образ Индии, который царит в голове у каждого.

– Все, чего ему не хватает - это тюрбана и бороды, - заметила Патрисия.

– Да, и ещё жужжащих вокруг мух, - добавила Джуди.

Николь осталась в трусиках и лифчике. Цепь обвивала её талию наподобие пояса. А на пупке лежал замок - как драгоценность, сказал Марк.

Джуди, возмущенная тем, что Фрэнк не нашел ей места в ударной группе, теперь бесилась ещё больше, потому что он не выпускал её на улицу искать Джоша.

– Где, черт побери, ты собираешься его искать?
– раздраженно вопрошал Фрэнк. Раздражен он был скорее потому, что она помешала стянуть наконец насквозь промокшие и липнущие к ногам штаны. Приходилось выбирать - дрожать от холода, пока не закончится спор, или снимать штаны перед ней. Он рывком расстегнул ширинку, и брюки полетели на пол.

– Где, а? Где в богом проклятом Нью-Йорке ты собираешься его искать, Джуди?

– Почти четыре часа, как его последний раз видели, всхлипывая, настаивала она.
– Как ты можешь говорить, что с ним ничего не случилось?

Фрэнк стянул рубашку и буркнул:

– Будь я проклят, ясно, что-то с ним случилось. Сегодня со всеми нами что-то случилось. Мы были на волосок от смерти. Не думаю, что его взяли копы, но если даже да, больше всего я беспокоюсь, чтобы он держал рот на замке.

– Ну, ты не должен был уезжать и бросать его, - хрипло прошептала Джуди.

– Уезжать и бросать?
– презрительно усмехнулся Фрэнк.
– Уезжать и бросать, чтоб меня! Ты хочешь знать, как проходило похищение? Ты хочешь фактов? Факт в том, что Джош выпрыгнул из этой чертовой машины и смылся, оставив Марка и Патрисию встречать копов. Если кто-то кого-то и бросил, то это он, а не его. Он сбежал, бросил товарищей, и если бы я не ехал рядом и не подоспел вовремя, Патрисия с Марком давно сидели в кутузке. Но Джош туда бы не попал, потому что он выпрыгнул из проклятой машины и сбежал.

Фрэнк натянул сухие штаны, сердито глядя на горящие щеки Джуди и её недоверчиво разинутый рот.

– Да, он сбежал. Что было самым умным из того, что он сегодня сделал. Он сделал все чертовски правильно. И когда пришло время сматываться, его и след простыл. Вот почему я уехал, его не дожидаясь. Что тоже было верно.

Джуди вздохнула - неуверенно и тяжело.

– Ладно... Думаешь, он сюда вернется?

– Может быть, - хмыкнул Фрэнк.
– Последнее, что он видел - что копы должны взять Патрисию и Марка. Если он не знает, чем все кончилось, то может быть уже на полпути до Мексики.

Памела на кухне готовила на всех гамбургеры. Квартира пропахла жаренным мясом, а Фрэнк был голоден. Он двинулся на кухню, даже не надев рубашки, и оказался позади Памелы как раз когда она ложкой накладывала на бутерброды жареный лук. Нежно шлепнул её по ягодицам, он двинулся к холодильнику. Извлек оттуда пиво, открыл банку и с наслаждением глотнул.

Вернувшись в холл с банкой пива, он остановился у матраса и оглядел своих пленников.

Лал Али Хаваб оправился от испуга и теперь сидел скрестив ноги, совершенно невозмутимый с виду, словно восточный мудрец, погруженный в себя. Фрэнку показалось, что он глубоко задумался, детально анализируя ситуацию и вычисляя вероятности для любого исхода.