Чтение онлайн

Второй день осады

Мятежники не нападают, вместо этого крестьяне строят заслон на дороге, ведущей в замок - видимо, готовятся к долгой осаде...

Третий день осады

Это был не заслон, а осадная машина! Она мечет в надвратную башню камни! Кто-то из местных подлецов рассказал, что её, в отличие от стен, не ремонтировали в этом году...

Четвёртый день осады

Слуги словно с ума посходили! Повариха спрятала все сковородки в подвал. Интересно, как она будет готовить? Прачка мажет лицо и руки углём, а служанка сестры пьёт и ходит с гвардейцами на конюшню.

Из всех слуг только бывшая кормилица детей мачехи и две её личные служанки, да пара старых слуг моего отца честно делают свою работу. Чем занимаются остальные – не знаю, их в донжон не пускают...

Пятый день осады

В надворной башне трещина! Настроение у воинов мрачное. Слуг удалось привести в чувство и заставить готовить к обороне донжон...

Шестой день осады

Рухнула надвратная башня…

* * *

Классические действия при обороне замков, если противник разбил стены, – это выставить строй и быстро перекрыть пролом баррикадой. Но Тейсе прекрасно понимал, что защитников слишком мало, поэтому он на этот случай сразу применил план «Б»: защитники замка Джуодес после обрушения надвратной башни сразу отступили в донжон. Правда, отступление это местами напоминало беспорядочное бегство, но всё равно двери донжона закрылись за последним защитником замка Джуодес ещё до того, как нападавшие показались в проёме.

— Не понимаю, госпожа! — Тейсе нервно смотрел сквозь бойницу третьего этажа донжона в замковый двор. — Они могли за это время уже несколько раз нас атаковать, не говоря уже о том, что нас не обстреливают лучники!

— Ты какой-то нервный сегодня, Тейсе, — баронесса Езалила своей какой то чересчур идеальной улыбкой и холодным голосом излучала такое неуместное в данной ситуации спокойствие, что защитники замка, вместо паники, глядя на свою госпожу, испытывали чувство глубочайшего изумления.

— Госпожа, — так же глубоко поражённый поведением своей баронессы, как и все окружающие, старый воин оторвался от бойницы и пояснил. — Я не понимаю действие противника.

— А разве взбунтовавшаяся чернь, — баронесса добавила в свой ледяной голос нотку нарочитой заинтересованности, — должна действовать так же, как воины?

— При всём уважении, баронесса, чернь не строит осадных машин, а главное - не ведёт так грамотно осады, так что мы не смогли сделать даже вылазку.

— Ты уверен, Тейсе? — только те, кто знал Езалилу давно, могли бы по её тону определить, что она смущена тем, что не заметила столь очевидный факт.

В этот момент пыль от надвратной башни осела, и из-за проёма показался силуэт всадника. Раздался звук рога. Всадник покачал копьём, к острию которого был привязан пучок разноцветных лент.

— Переговоры? — теперь любой из присутствующих смог уловить в тоне баронессы Джуодес искреннее изумление.

— Я так и думал, что это никакая не чернь! — воскликнул Тейсе. — Слишком хорошо всё спланировано!

— Но кто?! — Езалила всё ещё не смогла справиться с изумлением, впрочем, спустя мгновенье тон госпожи баронессы вернулся к своей обычной ледяной холодности. — Тейсе, прикажи вывесить ленты мира.

* * *

Стук выбиваемого запора, скрип механизма и очередной камень отправился в свой короткий полёт в сторону надвратной башни. Спустя несколько мгновений снаряд попал в цель, раздался грохот, и над башней поднялось небольшое облачко пыли.

«Ещё пара выстрелов - и эта халупа развалится», — сотник Гарт был рад этой осаде. По своему опыту предыдущих осад Арран ждал бойни, прерываемой только для уборки трупов и поиска, где бы добыть пожрать. Благородные на войне, впрочем, как и в мирной жизни, с простолюдинами не считались. Иным, к счастью повстанцев, оказался принц Аэриос. Наследник первым делом приказал построить укреплённый лагерь. Выделить место для кухни, где специально назначенные повара готовили пищу три раза в день. Вырыть нужники. Сделать навесы, защищающие людей от дождя во время отдыха.

Никого в бессмысленные атаки не гнали. Вместо этого все строили контр-валационную линию – земляной вал, местами с частоколом, который должен был защитить осаждающих от вылазки защитников. В общем, с точки зрения Гарта воевать было одно удовольствие.

— Дорогой, когда рухнет башня, подъедешь к пролому на коне, помашешь лентами мира и сразу возвращайся назад, — деловым тоном, не предполагающим никаких возражений, сказала Дозабелда, — вести переговоры с госпожой баронессой буду я.

— Как скажешь, дорогая, — ответил Аэриос и мысленно поблагодарил своего отца за то, что тот в свое время объяснил своему младшему сыну, что спорить с женщинами не стоит: по непринципиальным вопросам это не стоит тех нервов, которые потратишь, а по принципиальным – тем более, нужно просто делать так, как считаешь правильным…

* * *

— ...Вы уверены, госпожа, что именно Вам нужно вести переговоры? — в очередной раз спросил Тейсе.

— Более чем, — ответила баронесса Джуодес своим неизменно холодно-скучающим тоном и приказала. — Открывай!

— Открыть двери! — подтвердил приказ старый воин.

Несколько стражников открыли двойные двери, через которые можно попасть в донжон, и Езалила, выйдя из башни, направилась по покрытому брусчаткой замковому двору к расположившейся за небольшим походным столиком странного вида девице.

Сия в высшей степени необычная особа, как отметила баронесса, - была моложе её и одета в синее рагнетского покроя платье без рукавов поверх белого нижнего платья с длинными рукавами.