Чтение онлайн

Спустя месяц всех подписантов вызвали в актовый зал, где директор школы прочел им ответ Президента. Последний искренне радовался тому факту, что школьники в нашей великой стране не боятся проявлять гражданскую сознательность и озабочены вопросами экологии, но - к сожалению - он не может запретить обыкновенную воду. Вслед за директором слово взяла учитель химии, сообщив, что, несмотря на радость Президента России по поводу их гражданского мужества, все подписанты получат двойку в четверти. На следующий день после столь знаменательного события Ебелдос впервые за много лет был жестоко бит одноклассниками, на своей шкуре испытав слова сэнсэя о том, что очень редкий мастер сможет отбиться от толпы.

Каждый раз, когда сёстрам Кузькиным надоедали выходки брата, они напоминали ему о простой воде и гомерическом идиотизме. После этого старший братец замыкался в себе на пару часов и переставал их беспокоить.

Накачав лодку, Ваучер с Ебелдосом забросили в неё часть поклажи и отправились на поиски места для стоянки. Отсутствовали они около часа. За это время девушки успели съесть полкило купленного в пристанционном магазине печенья, обсудить оставлявшее желать лучшего поведение братьев и поссорится на почве эстетических вкусов. Дозабелда со священным трепетом относилась к классике и терпеть не могла современную ритмичную музыку. Музыкальные пристрастия Даздрапермы были полностью противоположны сестринским.

К тому моменту, когда Ебелдос приплыл забрать оставшиеся вещи и сестёр, последние уже исчерпали словесные аргументы и готовы были перейти к активным действиям, что, учитывая их принадлежность к имевшим существенные различия в технике школам единоборств, могло стать незабываемым зрелищем. Рассказав все, что думает о двух курицах, вдруг ни с того, ни с сего решивших подраться, брат напомнил, что лишь он один в их семье может похвастаться вторым даном, а значит может считаться и старшим по званию. Возмущённая такой постановкой вопроса, Даздраперма заявила, что вовсе не факт, что её первый дуань в ушу в реальной драке будет слабее, чем второй дан в каратэ, а значит, старшее звание себе Ебелдос присвоил несколько преждевременно. Дозабелда, имевшая первый дан в тхэквондо, оптимизма сестры не разделяла. Она понимала, что в поединке с братом ей не выстоять и пары минут, если только бой не будет вестись на нунчаках, которыми она умела махать с потрясающей скоростью и точностью. Зато Ваучер с его скромным вторым разрядом по тайскому боксу бил старшего, и не один раз, голыми руками.

Принудительно помирив сестёр, Ебелдос отвёз их на малюсенький пляжик, именуемый местными рыбаками Большим Прокосом, и оставил их обустраивать лагерь. Сам же отправился вместе с братом на рыбалку. Младший был фанатом рыбной ловли, наверное, лет с десяти и давно имел полный комплект снастей фирмы Shimano, но его (комплект) в этот раз пришлось оставить дома. Загоревшись идеей открыть магазин рыболовных снастей, Рауф выдал Кузькиным для тестирования два десятка китайских удилищ различного назначения, катушки, леску и шнуры малоизвестных фирм, и очень огорчился, когда Ваучер наотрез отказался брать китайские блёсны вместо проверенных "мепсов". Поминая китайцев незлым ласковым словом, братья выловили десяток щурят и трёх окуньков, несмотря на небольшие размеры достойных занять место в котле. Мелкий окунь бросался на блесну значительно чаще, но сразу же отпускался, предварительно получив свою порцию рыбацких 'комплиментов'.

Идея сварить уху возникла ещё в процессе лова рыбы, но как авторитетно заявил Ваучер, одной рыбы для этого недостаточно и, отдав улов сёстрам, братья отправились на лодке в магазин за недостающими ингредиентами. К сожалению, отоварить весь список они не смогли, в магазине не было петрушки и никакой зелени вообще, но Ебелдос добавил к списку три бутылки водки и восемь литров пива, заявив, что с огненной водой уха будет значительно вкуснее. Младший брат осторожно поинтересовался, зачем так много, ведь чтобы отбить запах тины, достаточно влить в кастрюлю каких-то сто грамм, или это просто чтобы не ходить два раза? Однако в данной ситуации никакие попытки ограничить алкогольные аппетиты старшего брата уже не возымели бы действия. Вырвавшийся из-под опеки матери и её мужа, Ебелдос хотел оторваться по полной.

Дозабелда встретила братьев враждебно: по обилию спиртного она сразу поняла, что Ебелдос будет не только пить сам, но и спаивать младших. Пообещав, что всё расскажет маме, она схватила первую попавшуюся бутылку и ушла в женскую палатку снимать стресс в гордом одиночестве. Пиво 'Охота' оказалось для неё слишком крепким, и очень скоро Дозабелду сморил сон. Братья и младшая сестра куролесили долго и шумно. Несколько раз старшая просыпалась и однажды ей даже пришлось на них накричать. Вконец упившиеся родственнички орали какую-то жутко похабную песню, причем настолько громко, что Дозабелда начала опасаться, как бы стоящие на соседнем прокосе рыбаки не приехали разбираться. Сильно за полночь шумная компания угомонилась и старшая из сестёр смогла вздохнуть с облегчением и забыться тревожным сном. Проснулись все ближе к обеду с жуткой головной болью и даже не сразу обнаружили, что ночью у них украли лодку. Первым делом все бросились к соседям, но те мирно спали, будучи пьяными в лоскуты, и о чём-либо спрашивать их было бесполезно.

– Ну, и что теперь будем делать?
– спросила Дозабелда, даже не надеясь, на какой-то конструктивный ответ от Ебелдоса, главного виновника и организатора попойки.

– Рауф нас убьёт!
– вместо него ответила младшая и захлюпала носом.

– Следует проверить, что эти уроды не успели унести, - заявил старший не терпящим возражения тоном.

– И пока ты будешь устраивать свою инвентаризацию, лодку станет искать бесполезно, - ответил младший и бросился собирать разбросанные по поляне вещи.
– Соседи говорили, что тут есть какая-то деревня совсем рядом. Надо бы местных расспросить, - добавил он, собирая палатку. В процессе сборов выяснилось, что воры унесли только мотор, лодку и канистру с остатками бензина. Всё остальное, в том числе ставшие более ненужными тележки, ночные гости взять даже не пытались.

– Пришли на лодке, взяли нашу на буксир и отвалили. Даже на берег думаю, никто из них не выходил, - предположила сквозь слёзы Даздраперма.

– Да ты прямо Шерлок Холмс, - ответил старший, даже в такой ситуации не растерявший своего ехидства.

– Вполне возможно, что так оно и было, - вступился за сестру Ваучер, взваливая на плечи тяжелый рюкзак.

– Ну и почему ты так решил?
– не унимался Ебелдос, в очередной раз подтверждая, что портить настроение окружающим является для него смыслом жизни.

– Водку не взяли!
– ответила за всех Дозабелда и первой пошла по хорошо протоптанной вдоль берега тропинке в ту сторону, откуда слышались приглушённые расстоянием детские голоса.

– Кстати, как получилось, что взяли вы вчера три, при мне выпили две, а в рюкзак Ебелдос убрал сегодня четыре?
– поинтересовалась старшая.

– Это я на лодке ездил ночью в магазин как самый трезвый, - ответил Ваучер, отмахиваясь от комаров.

– И называй, пожалуйста меня Женей. Договорились же!
– ни с того ни с сего насупился старший.

– Выше нос, Пэрис!
– подбодрила сестру Дозабелда и зашагала быстрее на звук голосов.

– Хорошо, Дана!
– ответила младшая, и на её лице появилась озорная улыбка.

Примерно через пять минут Кузькины вышли к небольшому пляжу с двумя сколоченными из кривых досок мостками, отделённому от леса решётчатым забором, который, впрочем, заканчивался недалеко от кромки воды, оставляя проход пусть и узким, но всё же открытым. На дальних мостках стояла женщина в черной юбке, коричневой кофте, галошах и белом платке и о чём-то беседовала с мелким, даже можно сказать щуплым парнем, сидевшем в покрашенной синей краской лодке странной конструкции. Больше всего эта посудина напоминала увеличенные в несколько раз детские пластмассовые санки, так как имела широкий тупой нос и загнутое спереди днище. На борту были намалёваны белой краской регистрационный номер, якорь и надпись 'Ника'. 'Капитан' этого корыта, облачённый в допотопную брезентовую робу и зёлёные сапоги, оживлённо рассказывал женщине о каком-то их общем знакомом, который больше не желает ни с кем общаться и выходит из своей комнаты только по ночам.

– Добрый день! Вы тут лодку сегодня не видели серую, надувную, метра четыре длиной с мотором?
– взял быка за рога Ваучер.

– Украли, что ли?
– оживилась местная жительница.

– Ну как бы да, - не стал скрывать младший.

– Пить надо меньше!
– сказал парень, который как раз собрался отваливать. Взявшись за вёсла, он добавил.
– Вы так орали вчера, что наверно в Ширяево было слышно, а не только у нас.

– Это не мы!
– покраснев, соврала Даздраперма.

– Может быть и не вы, но всё равно слышно было.
– ответила женщина, повернувшись, чтобы уходить.