Грот афалины
Шрифт:
«А что я могу Крафту рассказать? В чем я могу обвинить Судира? Как смогу доказать, что у него злые намерения? В любой момент он может отказаться от своих слов и от Пита: знать ничего не знаю, ведать не ведаю. А об экспериментах с черпаками скажет: хочу научить дельфинов чистить бассейн. Плохого ничего, одна польза для дельфинария, для Крафта. Ну и, конечно, для науки. Во всем мире проводят опыты с дельфинами. Вон в США даже учат дельфинов атаковать с минами вражеские корабли…»
Радж услышал, как снова скрипнула дверь Судировой резиденции. Ушел наконец, даже гидрокостюм не отдал вымыть. Долго же он сегодня сидел тут!
Нервное напряжение спало. Радж почувствовал страшную усталость, руки и ноги просто не слушались. А надо же еще перевязать плечо: в недоброе место пырнул Пуол, повязка не держится. И надо было бы заклеить костюм. Сквозь дыру будет слишком много воды попадать в него.
Но, добравшись до кладовки, лишь кое-как развесил костюмы на натянутой проволоке, на стеллажах, мимоходом глянул в осколок зеркала на дверном косяке. Ого, какие красные глаза у него сегодня, налились кровью. Отдыхать надо, больше надо отдыхать…
Откинул топчан от стены. Повалился на него не раздеваясь. Последним проблеском мысли было: «Янг… в отеле будет ночевать или вернется?»
Глава шестая
Прошло несколько дней.
Еще никогда Янг не жил в таком напряжении. С него требовали, как со взрослого, и он работал, как взрослый. И ни на кого не обижался, никому не жаловался. Энергии тратил много, и Радж удивлялся его аппетиту. По вечерам, хотя Радж и заставлял учить английский язык, порой не дослушав, что втолковывали ему, – засыпал. Однажды Радж спросил у него несколько новых слов – не знал.
– Ты мне не называл их! – возмущался Янг.
– Называл. Ты спал, а я все повторял и повторял их. Думал, сквозь сон запомнишь. Я читал – так изучают иностранные языки. Ложатся спать, а магнитофон с записью урока крутится, долбит по мозгам.
– Ерунда все это.
– Может, и ерунда, если у тебя никакого знака в голове не осталось, – согласился Радж.
Янг старался управляться со своими обязанностями, кроме участия в представлениях, как можно быстрей, чтобы еще и Раджу помочь приводить в порядок акваланги и костюмы. Каждое утро приносил в резиденцию Судира сухой и чистый гидрокостюм, заправленный как следует акваланг. И не понимал, почему Радж, видя все это, злится? Так же и при Гуго было. И Гуго приводил в порядок Судиров гидрокостюм, приносил проверенный и заправленный акваланг. Не так часто было? Так теперь же Судир каждый день подолгу, почти дотемна, дрессирует дельфинов, учит носить черпаки, зачерпывать ими песок. А это ведь так интересно!
Дважды Янг вместе с туристами плавал на «Нептуне», смотрел в прозрачное днище под воду, слушал рассказ Раджа на английском языке и радовался: все понимает! В голове складывались чудесные сказки про подводное царство и морского царя Нептуна, имя которого носит этот большой шлюп.
Несколько раз им удалось поплавать с масками и трубками вдвоем, бок о бок. И Радж время от времени вынимал изо рта загубник и объяснял то, что видели на дне. Снова забирал в рот загубник, и – оп-ля! – ныряли вместе, на миг показывая над водой, как утки, свои зады.
Абдулла за это время дважды видел программу представления. Его теперь трудно было узнать: и лицо покруглело (даже, казалось, рот уменьшился), и одежду новую ему донна Тереза справила. Часто торчал и на берегу, наблюдая, как плавают Янг и Радж. От зависти к братьям бранил и муштровал ни в чем не повинного Тото: «Навязался на мою голову!»
– Терпи, душа, в рай попадешь! – кричал ему Радж.
– Я и так в Рае! – отвечал Абдулла и сам уже кричал с берега: – Янг! Янг! И ты, Радж… Знаете, что сегодня было? Скандало грандиозо! Я обувь переставил под дверями! В отеле! Одни мужские туфли, наверное сорок седьмого размера, перенес через три номера и поставил под дверь синьоры Терезы… Ха-ха! Что там было-о-о! Жена из того номера прибегала к Терезе, в волосы вцепилась… Многие пары перессорились – страх и ужас! Собираются на развод подавать, разъезжаются в разные отели!
Янг и Радж чуть не утонули, смеясь. Повынимали изо рта трубки, вылезли на берег.
– А чтоб тебе… – в изнеможении упали на песок, стараясь отдышаться.
– А что? Я им, буржуям проклятым, еще и не такое подстроил бы! – хвалился Абдулла.
– Обалдуй ты, а не Абдулла! Ты хоть понимаешь, что натворил? – укорял Янг. – Черт не возьмет эти пары, помирятся. А вот чистильщика могут прогнать с работы. Хозяин отеля решит, что он виноват.
– Я этого не хотел… – притих Абдулла.
Однажды настал момент, когда сбылась мечта Янга.
– Ну, так и быть, – сказал Радж. – Теоретически ты подковался, акваланг знаешь. Так и быть – полезем под воду… Костюма, правда, на тебя не подберешь… Но не замерзнешь и голый: глубоко не полезем, долго плавать не будем. Гууд?
– Йес, сэр! Сэнкью вэри мач! – Янг заволновался, задышал чаще.
– Дыхание! Не забывай про дыхание! – защемил пальцами его нос Радж.
Брат помог ему надеть пояс с грузилом, надеть плечевые ремни, застегнуть поясной. Уже на самом берегу проверил, хорошо ли обул и закрепил ласты. Сам, как всегда, на голень пристегнул крис, взял в руку шток с острым наконечником.
Янг уже нагляделся под воду и через днище «Нептуна», и плавая с трубкой и маской. А все же когда оказался с аквалангом под водой, был потрясен до глубины души, его будто ударили в самое сердце… Если бы можно было говорить под водой, то не смог бы и слова вымолвить. Он онемел, как малый ребенок, которому хочется до всего дотронуться, а то и потянуть в рот. Сказка, чудесная сказка!.. Едва шевелил ногами, а руки держал перед собой, как лунатик.
Каждый листик, каждый стебелек сочились бесчисленными очередями воздушных пузырьков. Сверкающих, будто серебряных: па-па-па-па-па… Пузырьки ударяются о тело, о руки, слегка щекочут, ползут за спину и вверх, вверх, разбиваются о поверхность воды.
Вывел из оцепенения Радж, нажав на плечо: «Дальше, дальше».
Поплыли к каньону-бездне, он точно стрела вел к берегу, к причалу. На самое «острие» этой стрелы навалены бетонные кубы – глыбы, чтоб не так размывало берег.
Радж и Янг плыли возле самой бездны. Янгу казалось, что в этой бездне колышатся, снуют туда-сюда чудовища с огненными глазами и огромными ртами и эти чудовища способны проглотить не только людей, а даже и лодки. Видны были расплывчатые контуры бетонных глыб. Они обросли уже водорослями, губками, актиниями…
Вдруг Радж что-то увидел среди бетонных глыб, махнул Янгу рукой – опускаемся, и начал планировать туда. Янгу казалось, что он распознает там силуэт человеческого тела, головы не видно, опущена вниз, а туловище и ноги всплывают, шевелятся…
Опустились – и сомнений не осталось: человек, труп человека. Возле него кружат, как воронье, рыбы. Человек одет и обут, еще не старый. Кусок проволоки впился в шею, концы ее привязаны к монтажной петле куба. За эти железные арматурные петли когда-то кран поднимал кубы и сбрасывал в море. Янг боялся смотреть в лицо утопленника, боялся стронуться с места, а Радж сделал круг около трупа и показал рукой – наверх.