Чтение онлайн

Игорь начал играть медленный красивый перебор на акустической гитаре. Я завороженно наблюдал за его действиями — неплохо было быть барабанщиком, но сейчас хотелось оказаться на его месте…

Лера начала петь. Когда песня закончилась, она вопросительно оглядела нас.

— Ну, как? — спросила она, взволнованно оглядывая нас.

— Как и предыдущие четыре раза, — вздыхая, сказала Нина и призадумалась. — Чего-то не хватает. Звучит сыровато.

— Может, стоит добавить драйва? — спросил Игорь.

— Это на электро, а кто тогда возьмет акустику? — спросила Лера.

— Ты, — пожал плечами он.

Обсудив некоторые детали, мы решили добавить соло на электрогитаре в проигрыше после припева. Получилось неплохо, но песня все еще была далека от идеала.

— А теперь этот проигрыш звучит как лучшая часть песни, — вынесла вердикт Нина.

— Говори как есть — он в принципе лучше всей песни, — Лера со вздохом отложила блокнот, где записывала аккорды, табулатуры и слова песни и устало присела на пуфик. — Мы ее уже кучу раз переделывали! Я не знаю, что не так! Но не отказываться же от участия в конкурсе!

Я и Нина с ужасом переглянулись. Такой вариант даже не рассматривался.

— Я знаю, чего не хватает, — вдруг подал голос Игорь, который все это время задумчиво молчал, впервые в жизни, наверное. — Клавишных.

Нина прищелкнула пальцами.

— Точно! Тогда песня заиграла бы новыми красками! — воскликнула она, поддерживая Игоря.

Лера задумчиво закусила губу, а затем прикрыла глаза. Видимо, пыталась представить, как это будет звучать.

— Да, это оно, — твердо сказала она, уверенно кивая. — Вот только у нас нет клавишных.

— Почему? Они стоят за сценой, — сказала Нина, указывая в сторону выхода из каморки.

— А кто будет на них играть? Я не умею, — сказала Лера, пожимая плечами.

Мы печально уставились в пол. Никто из нас не умел.

— Значит, нужно найти клавишника, — деловито развела руками Нина. — Время до конкурса-то еще есть, песню мы практически выучили, а одного человека будет научить не так уж сложно.

— Попробуем, — неуверенно кивнула Лера, задумчиво прикусив губу. — Мальчики, подумайте, может, у вас на примете есть кто-то знакомый на эту роль?

Мы с Игорем синхронно покачали головами.

Лера вздохнула, ничуть не удивившись.

— Так я и думала, — сказала она. — Где ж его искать?

Мы задумчиво замолчали.

— Так вы же в колледже учитесь. Там полно народу, — наконец, сказал я, оглядывая девушек.

— Точно! Можно развесить листовки, вдруг кто и найдется, — поддержала мою идею Нина.

На том и порешили. Лера красочно оформила листовки, и на следующий день девочки развесили их на стенах своего колледжа.

— Ну, вся надежда на вас, листовочки, — шептала Лера, взяв в руки кипу разноцветных бумажек.

На следующий день у нас была репетиция. Когда Лера перешагнула порог каморки, я нетерпеливо встал и выдвинулся ей навстречу.

— Ну! — воскликнул я, нервно потирая руки.

— Вот тебе и ну, — буркнула Лера в ответ. Я видел, что вид у нее был достаточно грустный.

— Ничего? — я все еще не терял надежды, надеясь, что Лера скажет что-нибудь конкретное и, желательно, позитивное.

— Ничего… — вторила мне Лера и вздохнула, присаживаясь на пуфик. — Мы наблюдали за народом и его реакцией на наши листовки — многие думали, что это шутка, кто-то смеялся. Но мне в принципе кажется, что у нас не так много народу, кто умеет играть на музыкальных инструментах.

— Ну, многих детей в школе родители заставляют ходить в музыкальную школу, — подбадривающе отозвался я.

— Ох, только этих нам и не хватало! — всплеснула руками Лера. — Те, кого заставляли ходить в музыкалку через силу, обычно потом не притрагиваются к инструментам, либо играют равнодушно, а с такими персонажами нам конкурс не выиграть.

— Да, как раз сегодня прослушивали такого персонажа, — подхватила появившаяся вслед за Лерой Нина. — Девушка вроде как играет на пианино, но делает это абсолютно механически. Звучит ужасно, — она покачала головой.

— Ничего, может, еще не все заметили объявление, — сказал я, неуверенно пожимая плечами. — Надо будет еще несколько листовок в городе повесить.

Оставшиеся листовки были распределены между всеми нами. На обратном пути к дому мы повесили их на всех ближайших столбах и досках объявлений, которые нам только попадались по пути.

Следующие два дня не принесли нам никаких новостей. И вот мы уже решили писать новую песню, как удача решила нам улыбнуться. На третий день Лера вошла в каморку, радостно улыбаясь.

— Ребят, сегодня чудесный день! Я нашла нам клавишника, а, точнее, клавишницу! — она отодвинулась в сторону и торжественно взмахнула руками.

В этот момент мое сердце застучало быстрее. В каморку вошла она.

Нет, это была вовсе не какая-то моя бывшая девушка или старая школьная любовь, или просто знакомая, нет, я впервые в жизни видел эту девушку, но не мог оторвать от нее взгляда, хотя в ней вроде бы не было ничего особо примечательного. Несомненно, она была привлекательной — длинные ресницы, тонкая талия, темные шелковистые кудри, копной спадающие на плечи, скромная улыбка, — но дело было вовсе не в этом.

Я просто застыл, потеряв дар речи, не в силах отвести взгляда от девушки. Я просто понимал, что это она. Ох, до этого момента даже не знал, что такое бывает, любовь с первого взгляда казалась мне вымыслом киношников.

Тут же я внутренне посмеялся над самим собой — ну, какая такая любовь! Ну, понравилась симпатичная девушка, ну, бывает! О любви тут говорить очень и очень рано, мы еще даже не пообщались…

— Всем привет! — скромно опустив ресницы, произнесла она. Голос мелодичный, словно перелив колокольчиков. Ох, она, наверное, еще и петь умеет.

— Познакомься с участниками группы, — обратилась Лера к девушке, указывая на нас рукой. — Нину ты знаешь, а это Дима — наш ударник, — Лера показала в мою сторону.

Взгляд зеленых глаз пронзил меня насквозь, и мое сердце пропустило удар.

— Приятно познакомиться. Маша, — представилась незнакомка, глядя на меня.

Маша. Так просто и так красиво, как раз ей под стать. Девушка продолжала на меня смотреть. Мне бы не упустить свой шанс и сказать что-то остроумное, — первое впечатление может быть очень важным, — но я смог только что-то невнятно промычать и неуклюже кивнуть. Ох, дурак!