Чтение онлайн

На видео упитанный мужчина лет пятидесяти в идеально сидящем смокинге чокался бокалом с каким-то политиком. Запись была опубликована час назад, да и ужин проходил именно сегодня.

— Значит, у него алиби, — хмыкнул Дмитрий.

— Похоже на то. Там были десятки свидетелей, кто-то вёл прямую трансляцию в соцсети, — сказал я, продолжая листать ленту. — Барон есть на многих фото и видео. Но он мог специально создать себе алиби, а девушку похитил его фамильяр.

— Я уже узнал. Согласно документам, у Коврягина нет фамильяра, — Кретов откинулся на спинку стула и устало вздохнул.

— Значит, остаётся только Сытин, — положив телефон на стол, сказал я.

— Как будто нам двоих подозреваемых мало, теперь появился ещё один, — Дмитрий потёр переносицу. — Ладно. Давай поспим пару часов и с утра поедем к нему.

Я хотел возразить — мне не терпелось действовать, — но вдруг почувствовал, как тяжелеют веки. Целый день в поездке и ночь без сна давали о себе знать.

— Ладно, — согласился я. — Но выезжаем как можно раньше.

Кроватей или хотя бы дивана в кабинете не было, и мы с Кретовым в итоге остались на стульях. Спать сидя вполне удобно, особенно когда чертовски устал.

— Если это Сытин, — пробормотал Дмитрий, уже закрывая глаза, — то завтра будет интересный разговор.

Я не ответил. В голове крутились обрывки мыслей — гримуар, следы эфира, проклятие Сергея…

Последнее, что я помнил перед тем, как провалиться в сон — тусклый свет уличного фонаря за окном и приглушённый гул ночного города.

Утро наступило слишком быстро. Немного приведя себя в порядок, мы купили кофе и отправились к графу Сытину. Раннее утро выходного дня радовало отсутствием автомобилей на дорогах и тишиной.

Роскошные кованые ворота поместья были украшены фамильным гербом Сытиных. Когда наш автомобиль остановился у въезда, автоматические камеры повернулись в нашу сторону с едва слышным жужжанием.

Чуть помедлив, ворота открылись. Хотя мы и не предупреждали о визите, нас пропустили. Видно, поняли по мигалке на крыше, что машина полицейская.

На крыльце нас встретил дворецкий. Вежливо поклонившись, он сказал:

— Доброе утро, господа. Чем могу помочь?

— Полицейские провидцы Дмитрий Кретов и Георгий Зорин, — ответил мой наставник. — У нас есть вопросы к графу.

— Прошу внутрь, — дворецкий жестом пригласил нас в дом.

Нас проводили в гостиную и предложили чаю, но мы отказались. Я сел на диван, рассматривая роскошное убранство дома. Пока что не видел причин, зачем бы столь обеспеченному человеку заниматься подобными преступлениями. Но подозрения всё равно были.

Граф Сытин вскоре пришёл к нам. Высокий, подтянутый мужчина лет пятидесяти с седеющими висками и холодными серыми глазами. Он был одет в безупречный костюм-тройку, на правой руке блестел золотой перстень с родовым гербом.

— Господа, — его голос звучал ровно, без тени волнения, — какая неожиданная честь. Чем могу помочь?

— Здравствуйте, Роман Витальевич. Перейду сразу к делу: мы выяснили, что вам принадлежит копия «Кодекса Умбры», — ответил Дмитрий. — Это так?

— Да.

— Мы можем взглянуть на неё?

— С какой же целью? — не показывания ни капли раздражения или недовольства, поинтересовался граф.

— Формулы из книги были задействованы на месте преступления.

— Вы меня подозреваете? — Сытин изогнул бровь.

— Пока что нет, — сказал я, не отводя взгляда. — Мы можем взглянуть на книгу?

Роман Витальевич какое-то время помолчал, а затем кивнул:

— Хорошо, идёмте. Я покажу вам его.

Библиотека графа была расположена на втором этаже. Она была не слишком большой, но впечатляющей — было видно, что здесь много редких и коллекционных изданий.

— Кажется, здесь, — сказал Сытин.

Он подошёл к одному из шкафов, достал ключ на серебряной цепочке и открыл резную дверцу.

— Вот, — он вынул толстый том в потёртом кожаном переплёте и протянул мне. — Не думаю, что кто-то трогал его последние лет десять.

Я осторожно раскрыл книгу. Обложка была покрыта пылью, страницы пожелтели от времени, а между некоторыми из них застыли засохшие травинки-закладки.

— Позволите проверить на следы недавнего использования, ваше сиятельство? — спросил Кретов.

Роман Витальевич развёл руками:

— Конечно. Хотя сомневаюсь, что найдёте что-то интересное.

Я уже видел и чувствовал, что на книге нет следов эфира. Какие-то еле заметные искры и туманное завихрение — но им, судя по всему, много лет. Когда-то книга использовалась по назначению, теперь она мертва, как музейный экспонат.

Кретов создал какое-то плетение и тоже, кажется, ничего не увидел.

— Такая могущественная книга, — сказал я, закрывая гримуар. — Почему же вы её не используете?

Граф усмехнулся:

— Разве это законно? К тому же, для её использования нужно очень много сил. А я никогда не был сильным магом. Моя семья хранит традиции, но в последнее время я больше занимаюсь виноделием, чем магией. У меня есть виноградник под Анапой. Хотите попробовать вино?

Кретов обменялся со мной взглядом.

— Нет, мы предпочли бы осмотреть дом.

Сытин на мгновение нахмурился, затем кивнул:

— Если угодно. Мне нечего скрывать. Только семейный склеп прошу не тревожить.

«Слишком уж поспешное предупреждение», — отметил я про себя.

Осмотр начался с первого этажа. Кабинеты, гостиные, столовая — всё дышало безупречным порядком и дорогим вкусом. Ни намёка на что-то подозрительное.

Когда мы поднялись на второй этаж, я почувствовал слабое эфирное колебание. Следы похожи на те, что оставляет Оскар после перехода в эфирную форму.

— Здесь что-то есть, — шёпотом сказал я Кретову.

Дмитрий кивнул — он тоже заметил.

Роман Витальевич, шедший впереди, остановился у массивной дубовой двери.

— Моя личная спальня. Если желаете…

— Мы хотели бы увидеть вашего фамильяра, — прервал его я.

Граф медленно повернулся. Его лицо оставалось невозмутимым, но лицо чуть напряглось, и от меня это не ускользнуло.

Нельзя сказать, что я стал сильнее подозревать его в причастности к покушениям. Но всё равно кажется, будто он что-то скрывает.