Чтение онлайн

С буклями только аккуратнее надо быть. Насколько я понял, букли — это такие завитушки по бокам парика. Вроде еврейских пейсов, только горизонтальные. Букли — это признак статуса. Чем выше ранг, тем больше буклей. Что-то вроде звездочек на погонах. Официально это вроде бы нигде не прописано, но если завить много буклей — то по шее настучат как настоящему. Хотя кто его знает, может, это меня так разыграли, по поводу буклей. Рассказывал мне про них Семен Петрович. А он сам-то он лысый, зато париков у него целых три. На разные случаи жизни, как он говорит.

Пороха пока нам не дают. До одурения отрабатываем движения на двенадцать счетов. Кусаем пустые бумажные кульки, потом долго выковыриваем бумагу из ствола и все сначала. Как это на ломаном солдатском французском? Шер возарм! Увре базине! Прене картуз! Дезире картуз! Аморче! Ферме базине! Да быстрее, что ты вошкаешься! Картуз в канон! Буррез! Партез возарм! Товсь! Отставить. Оружие в исходное, повторяем.

Мы должны добиться плавного слитного движения от одного до двенадцати. Два выстрела в минуту, не меньше.

Еще важно. Патроны самим снаряжать запрещается. При том, что в обозе у нас есть и порох, и бумага, и свинец, и пулелейка, и ветошь разнообразная. Но — нельзя. Порох тут практически самопальный. Каждая партия отличается друг от друга по своим качествам. Бывает порох крупными черными гранулами, бывает мелкими. Бывает даже сероватыми хлопьями. Соответственно, у каждого вида пороха свои взрывные качества. Потому бочонки присланной с порохового завода партии проверяет полковой офицер-артиллерист. Делает с порохом какие-то контрольные испытания, потом долго что-то высчитывает на счетах, делая записи в специальный блокнот. После чего самостоятельно делает мерку, по которой отмерять порох. Делает контрольный выстрел, проверяя навеску пороха, после чего отдает готовую мерку своим бойцам-артиллеристам. Ну а те уже по этой мерке крутят всю партию патрон, пока порох не кончится. Патроны складывают в патронные ящики, специально промаркированные. Какие — под тульские ружья, какие — под английские фузеи, ну а какие под австрийские мушкеты, которое у меня. У каждой модели мушкета свой калибр и своя пулелейка. И, соответственно, свои нормы навески пороха и вес пули. То есть в этом отношении тут не совсем дикость, а даже видны какие-никакие зачатки системы.

Будешь снаряжать сам, когда еще не чувствуешь пороха и не понимаешь какую дозу отмерять — может разорвать ствол. Ну или случится осечка, что тоже неприятно. Впрочем, осечки здесь норма. Каждый десятый выстрел — сбой. Как разряжать ружье после осечки — нам расскажут позже. Там винт специальный нужен, чтобы пулю из ствола вытащить, ну и еще какие-то тонкости. Мушкет после стрельбы надо почистить. Особое внимание уделять затравочному отверстию, чтобы там не было ни нагара, ни клочьев пыжа, ничего лишнего. Первое время проверять износ ствола будет сам Фомин или капралы. Тут, опять же, опыт нужен. Чтобы по внешнему осмотру понять, когда мушкет уже выработал свой ресурс и вот-вот пойдет на разрыв.

Сколько выстрелов можно сделать пока ствол полностью не прогорит? По-разному. Бывает — сотню раз пальнул и амба, а бывает, что ружье служит десятилетиями. Вон, у Семена Петровича мушкет еще прошлую войну со свеями помнит. Считай, полтора десятка лет уже живет. А вот был пару лет тому молодой офицерик в роте — так у него ружье в руках на втором выстреле взорвалось. Глаз офицерику выбило, и комиссовали его из армии. Даже года не отслужил. Тоже барчук был. Но ты на свой счет не принимай, ты вроде толковый, а он так себе был, слишком много про лишнее всякое думал.

Впрочем, все эти знания пока — теоретические. Стрелять по-настоящему мы будем еще не скоро. Сначала теория. Все, что говорил и показывал Фомин — надо будет суметь ему пересказать и показать. Затем — экзерции с ружьем и маневры линией. Все так же — шестаками, дюжинами и всей командой. Стрельба тренируется знаками — то есть по команде мы просто щелкаем курками и крутим-вертим мушкет на двенадцать счетов. Отрабатываем заряжание без пороха. Жечь порох — это расходы. А народ тут прижимистый и сильно экономный.

Прицельные приспособления на мушкете примитивные. Просто приварена длинная узкая пластина к концу ствола и все. То есть точность прицеливания весьма относительная. Впрочем, и кучность стрельбы оставляет желать лучшего. Круглые пули да из гладкого ствола вообще швыряет не пойми куда. Пуля, конечно, круглая. Но свинец — металл мягкий, пальцами промять можно. Соответственно, летит она с большим разбросом. На который так же влияет и порох, и пыж и все на свете. Дальше ста шагов стрелять не рекомендуется. Впрочем, есть мастера-охотники, которые умудряются с мушкета в птицу попадать. Опыт — великая штука. Ружье — его ведь чувствовать надо. Другое дело, что охотники сами себе пули льют и патроны снаряжают. Нам до такого еще учиться и учиться.

Потому, специально для таких неучей как мы здесь и придумана линейная тактика. Чем больше людей поставил плечом к плечу — тем плотнее залп. Чем плотнее залп — тем больше врагов убьешь с одного раза. Чем больше убьешь — тем слабее будет залп у них, а, значит, вас больше выживет ко второму залпу. А всякая точность и снайперство — это оставьте писателю Фенимору Куперу и его могиканам, которые в книжках стреляли круче, чем снайпер двадцать первого века из тюнингованного "баррета".

Само ружье достаточно простое. Запаянная с одного конца труба уложена в деревянное ложе и прихвачена тремя железными скобами. Сбоку просверлена дырочка — затравочное отверстие. Курок с полкой и замком в одном корпусе просто прикручивается сбоку. Одним винтом — курок, другим винтом — полка с крышкой. Крышка — это такая штука… планка, к которой приделан небольшой щиток, внешне напоминающий ложку. Щиток — это огниво, в него бьет кремень и высекает искру. Когда крышка закрыта — планка полностью ложится на полку с порохом. Курок бьет кремнем по ложке — он самим ударом ее сдвигает, планка замка приподнимается и высеченные искры сами падают на полку. Пшшш-быдыщь! И все в дыму. Конус дыма метра полтора перед стволом и облачко диаметром сантиметров тридцать сбоку — это то, что вылетело из затравочного отверстия и прогорело на полке. Интересно, когда целая рота или полк будут палить — это ж сколько дыма будет? Думаю, побольше, чем на стадионе после гола в матче "Зенит" — "Спартак".

Самая высокотехнологичная деталь мушкета — это подогнивная пружина. Не подгнившая, не подогнутая, а именно подогнивная. В нашем шестаке все парни чуть челюсть не вывихнули, пока это слово выучили. И так, и сяк коверкали слово, пока Ефим не подсказал, что "подогнивная" — это от слов "под огнивом". Такая упругая стальная скоба, похожая на букву "Л" положенную на бок. Собственно, это она и щелкает, когда курок ставится на полувзвод и боевой взвод. Все остальное в мушкете — откровенный хенд-мейд, сделать такое можно тяп-ляп на коленке в любых условиях, не такое уж оно и сложное… А вот без пружины курок не работает. И в поле такое не изготовишь, тут нужен металл особый, кузнецом знающим сваренный.

Горит черный порох дымно, грязи после себя в стволе оставляет много. Фомин сразу нас предупредил, что чистить мушкет придется много и часто. И не только после каждой стрельбы, но и после дождя, снега, пыльной бури, падения метеоритов… Ну, про метеориты я уже сам додумал. Уж очень строгое лицо было у Фомина, когда он перечислял все невзгоды, от которого надо защитить свое оружие. В общем, у кого будет грязное и неухоженное ружье — тот будет бит палками. Все предупреждены, так что без обид. Можно ходить с засратыми штанами, но с грязным ружьем — нельзя. Все понятно? Все понятно. Вопросы есть?

Вроде нет… А, не, вон Сашка снова проявляет свое неугомонное любопытство.

— Господин ундер-офицер, а когда нам дадут пострелять? Ведь стрелять — это же основное умение солдата, мы же должны это освоить!

Фомин слегка покачал головой и ответил:

— Стрельба — это не самое главное умение солдата. Если хочешь знать, у нас в полку есть солдаты, которые прошли всю войну со свеями и ни разу не выстрелили. Солдат на войне большую часть времени ходит пешком, вытаскивает из грязи телеги и — правильно ухмыляешься, Жора. Копает. Копать вам придется много и часто. А стрельба — это уже если генеральная баталия случится. Только до нее, баталии, надо еще дойти. И обоз дотащить. И ретраншмент подготовить. А это значит — что? Это значит — хорош болтать, собирайтесь.