Чтение онлайн

— Твой счёт, — граф постучал пальцем по карточке, — разблокирован. Сумма пока ограничена. Достаточно для жизни и учёбы, но без излишеств. Заработаешь право на большее — получишь. Это не наказание, Лександр. Ты потерял три года, и должен научиться ценить ресурсы, которые привык тратить, не глядя.

Я молча взял карточку, ощутив холод металла на кончиках пальцев. Затем перевёл взгляд на браслет и смартфон.

— А это?..

— Твой новый катализатор. Последняя ревизия так полюбившейся тебе модели, в максимальной конфигурации. Это всё ещё гражданское бытовое устройство, но что-то более серьёзное вот так, из рук в руки, не передать. Нужна сертификация, даже с твоими навыками. Этим ты займёшься в академии.

— Я… понимаю, — я кивнул, беря в руки браслет. Всё так и свербило поскорее его надеть и вернуть себе доступ к «магии», но я сдержался. Пока что. — Спасибо, отец.

— Это ещё не всё, — граф взял и протянул мне смартфон. — Держи его при себе. Смею надеяться, телефон высшего класса защиты позволит тебе оставаться на связи в любом случае. Ситуации вроде произошедшей недопустимы. Не для нашего рода, Лександр.

— Этого не повторится, — я уверенно кивнул, внутренне ликуя.

— Я рассчитываю на это, — удовлетворённо бросил граф. Он подался вперёд, сцепив руки в замок перед собой. — А теперь то, что касается твоих скрытых талантов. Родерик в городе, и он хочет поговорить с тобой. Твои сёстры тоже прибыли в Сант-Море, и я вижу за этим хороший шанс собраться вместе. После всего того, что произошло, это было бы… уместно, Лександр.

Я помедлил. В другой ситуации, произойди это хотя бы через неделю или две, я бы согласился — контакт с наследником рода и «моим» старшим братом мог быть очень полезен. Плюс возможность разобраться с Розалией и поведением её подружки…

«Но у меня не было недели. Даже пары дней для того, чтобы вникнуть в обстановку вокруг — и тех террористы не дали, что б их пробрало и не сразу отпустило. Значит, я вынужден отказаться. И у меня даже есть хороший повод, с которым отец не сможет поспорить. Лазари — это честь и единство, в конце-то концов».

— Простите, отец, но сегодня вечером у меня уже есть планы, — ответил я, стараясь, чтобы голос звучал достаточно ровно. — Я уже дал слово, и не могу его нарушить.

Бровь графа поползла вверх:

— Планы? И что же это за планы, которые важнее рода?..

— Я обещал разговор дочери рода Шталь, Эльзе, — ответил я прямо, не отводя взгляда. — Она помогла мне в лесу сразу после теракта, и впоследствии проследила, чтобы с рукой не было осложнений. Пусть договорённость — это не клятва, но я всё равно не хотел бы её нарушать в самом начале своего пути, отец.

Граф вздохнул демонстративно и так, словно хотел, чтобы я почувствовал всю глубину его недовольства. Его взгляд, прежде тёплый, мгновенно потяжелел, пропитавшись целым коктейлем эмоций: неодобрением, предупреждением и чем-то ещё, мною непонятым.

— Шталь, — произнёс он наконец. — Барон Карл Шталь — человек амбициозный. И его дочь, насколько я знаю, не обделена ни умом, ни характером, ни внешностью…

Отец опустил руки на стол, сжав кулаки. На его скулах дёрнулись желваки, но не от гнева, а, скорее, от напряжения и крепкой задумчивости.

— Ты не маленький мальчик, Лександр, и сам должен осознавать все риски. Об одном лишь предупрежу — я не прощу, если ты возьмёшься за старое, и начнёшь путать деловые связи с романтическими похождениями.

— У меня другие приоритеты, отец, — я склонил голову, не соврав ни единым словом.

«Но одно другому не мешает, если подходить ко всему с толикой самоконтроля, конечно же».

— Посмотрим, — граф поднялся, давая понять, что на этом аудиенция окончена. — Надеюсь, ты воспользуешься открывшимися возможностями с умом, Лександр. И ещё одно…

— Да?..

— Ты показал себя достойно, — произнёс он тихо. — И я надеюсь, что ты действительно изменился. Потому что второго шанса уже не будет. Иди.

Я встал с кресла, неглубоко поклонился и вышел, прикрыв за собой дверь.

На часах было без двадцати шесть, так что время у меня, смею надеяться, ещё было.

[Интерлюдия 4]

Вечерний парк Первой Академии тонул во всеобъёмлющем, но готовящимся вот-вот отступить покое. Кроны вековых дубов и клёнов скрадывали робкие лучи закатного солнца, а тени под ними клубились и дрожали, саваном накрывая посыпанные почти белоснежным гравием дорожки. Воздух тут вобрал в себя ароматы влажной после только-только прошедшего дождя листвы и далёких цветников, и на фоне стерильности громады академии казался чуть ли не целебным.

И среди всего этого великолепия раздавались шаги: быстрые и злые, соседствующие с не менее быстрыми, но размеренными и ритмичными.

— И зачем было тащить меня сюда, Лиза?! Мы с Лазарем даже о времени договориться не успели! Я что, собачонка, искать его по всей округе теперь?! — распалялась Эльза, сжав кулачки в отчаянном стремлении сделать хоть что-то.

— Ты сегодня просто невыносима, — выдохнула Элизабет, даже не глядя на подругу. — Ты за пять минут довела до заикания Виктора. Виктора! Того, кого вообще ничего пробрать не может! А Лазарь в медкрыле? Ты его запугать решила, или что? Ещё и дулась, как мышь на крупу! Эльза, стой, кому говорят!

Лиза нагнала ускорившуюся было Шталь, схватив её за плечи и как следует встряхнув. Эльза от этого злиться не перестала, но теперь хотя бы не пыталась сбежать ненароком.

— Я не терроризировала Лазаря. И Виктор просто не выспался, — Эльза фыркнула, отвернувшись. Дольше пары секунд взгляд Громовой она не выдержала. — Лиз, я выполняла свой долг перед пациентом. И всё!

— Долг, — Лиза покивала, посмотрев на подругу, как на блаженную. — А то, что ты чуть не расплакалась, когда он заговорил о своей драгоценной простолюдинке — это тоже часть врачебной этики?

Эльза резко поджала губы, сбросила руки лизы со своих плеч и, зажмурившись, выдохнула:

— Я. Не. Плакала, — глухо произнесла девушка. — И я не… не вешаюсь на него. Лазарь спас нам жизнь, Лиз. Всем. Если бы не он, то кто знает, скольких бы мы потеряли в том лесу? Я… Я просто отдаю долг. И всё.

— Повторяешься, — спокойно констатировала Лиза. — И врёшь. Сама себе врёшь, Эльза. Или признай это, или убеди меня в том, что я ошибаюсь, и к Алисии ты цепляешься не потому, что она хвостиком ходит за Лексом, а он её не прогоняет…

— Я не цепляюсь к ней! Вернее, цепляюсь, но только потому, что эта девица забыла своё место! — в её голосе прорезались знакомые высокомерные нотки. — Ты же даже не слышала, что она мне вчера сказала! Мы только зашли в комнаты, я хотела помочь ей освоиться. Просто подсказала, что вещи стоит разложить иначе, и что её платье не подходит для ужина в общем зале, что…

— Зная тебя, ты начала ею командовать, Эльза, — перебила её Громова. — Или я ошибаюсь?

— Я… — Эльза надулась от возмущения. — Я говорила с ней вежливо!