Чтение онлайн

— О, не сомневаюсь, — Лиза покивала деловито. — Твоя «вежливость» кого угодно до белого каления…

Лиза прервалась на полуслове, заметив, что Шталь резко потупила взгляд, и начала едва заметно подрагивать. Смутившись, брюнетка в два шага приблизилась к подруге, аккуратно ту приобняв:

— Эль, ну чего ты? Извини. Я не со зла, просто… — Громова запнулась, подбирая слова, но ничего подходящего так и не пришло ей в голову. Поэтому, по старой традиции своего рода, она пошла напрямик. — Просто ты сама не своя, и выглядишь… ну, как дура. Вон, тут лавочка рядом, идём.

Продолжила Лиза только после того, как усадила резко потерявшую всякое желание что-то говорить Эльзу рядом с собой:

— Эльза, ну не дуйся. Я же на твоей стороне. Лучше расскажи, что Алисия тебе такого сказала?..

Эльза собиралась с духом несколько секунд, прежде чем начать тихо:

— Она сначала молчала. Кивала, делала вид, что слушает. Пф-ф, — девушка фыркнула. — А потом её будто прорвало. Так на меня посмотрела, словно я — таракан, представляешь? Потребовала, чтобы я перестала командовать. Сказала, что она не моя горничная. А потом…

Эльза замолчала, но Лиза не собиралась её перебивать. Просто терпеливо ждала, нервно постукивая пальцами по коленям — ей категорически не нравилось то, во что за считанные дни превратилась её непомерно гордая подруга, с которой они были знакомы с детства.

— А потом она потребовала, чтобы я отстала от Лазаря, Лиз. Можешь себе это представить? Прямо мне заявила, что я слишком «злобная и горделивая» для него. И что… — Эльза продолжила на пол-тона тише, — что если мне так неймётся кого-то найти, то пусть этот кто-то будет таким же, как я. И дверь перед моим носом захлопнула. На замок заперлась…

Повисла пауза. Ветер качал кроны деревьев где-то над их головами, но больше ничего не пыталось потревожить непоколебимую, ровную тишину. Абитуриенты к этому моменту уже по большей части укрылись под сводами академии, потому как не было среди них любителей бродить по тропинкам в преддверии дождя или вообще грозы.

— Это… — наконец, выдавила из себя опешившая Громова. — Это просто… Ну, ничего себе? Она правда так сказала? Эта тихоня-Фольт?

— Да! — Эльза всплеснула руками. — Да, Лиз, она так сказала! Рискуя вообще всем, потому что она — никто! Простолюдинка! Если бы я захотела, я бы могла её уничтожить, просто попросив, кого нужно! Её бы вышвырнули из академии ещё до начала экзаменов, и она это знает! Но эта… эта корова всё равно посмела ТАК со мной говорить!

— Но ты ведь не собираешься жаловаться, да? — тихо заметила Лиза, переварив удивление.

— Нет, не собираюсь. Это… было бы низко, — наконец выдавила она. — И Лазарь бы не простил. И вообще, я не настолько мелочна, чтобы так мстить какой-то простушке за дерзость. Но это не отменяет того, что это неправильно! Простолюдины не должны быть такими! Они не должны гоняться за аристократами, не должны огрызаться… не должны даже смотреть на нас так, как она смотрит на Лекса!

— Можешь не продолжать. Я понимаю, о чём ты, — Лиза вздохнула, наклонившись вперёд и уперев локти в колени. — Но, знаешь, у неё ведь всё равно нет шансов. Лазарь — сын графа, и этого не изменить. Он её максимум может любовницей своей сделать, и то, это будет такой позор, что его свои же не поймут…

— Ты думаешь, ему не наплевать? — бросила Эльза негромко. — Он на неё вообще не так смотрит, Лиз. Он её защищает, уважает, беспокоится о ней… А со мной он просто вежлив. И это бесит!

— Он её и знает куда дольше, — резонно подметила Громова. — Сколько эта Алисия за ним хвостиком волочится? Годы. А мы с ним пересекались считанные разы. Я уже не говорю о том, что Лазарь не дурак, и понимает, что в стенах академии его подружка… ну, не на птичьих правах, но обидеть её может каждый. А если её фигурку учитывать, то…

— Фигурку?! — Эльза вновь вспыхнула, вскочив с лавочки. — Ну давай, скажи ещё, что я до неё не дотягиваю!

Лиза отмахнулась:

— Да я не об этом, Эль. Ты миниатюрная, изящная, это всем нравится. Просто опасения Лазаря не беспочвенны, вот он и носится с ней. И вообще, заметь — он попросил о помощи тебя, а не меня. — Элизабет улыбнулась, поравнявшись с Эльзой.

— Пф-ф. Я просто под руку удачно подвернулась, — Эльза фыркнула в привычной ей манере. — Ты вообще отдельно сюда ехала, а спасать эту простолюдинку нужно было уже тогда.

— И всё-таки, у сына графа имелась масса возможностей обеспечить какое-никакое, а прикрытие своей питомице, — ободряюще улыбнувшись, Лиза шагнула в сторону академии. — Но он доверился тебе, так что ты рано паникуешь. Он не дурак, и не будет загонять свою и без того сомнительную репутацию под плинтус. А если будет — то он тебе вообще такой нужен?

— Ты говоришь так, словно я новые туфли выбираю, Лиз, — вздохнув, Эльза нагнала подругу, поравнявшись с ней. — Мне ещё этого дурака у общежития как-то вылавливать. У него же ни браслета, ни телефона — ничего нет. А время и место ты нам обсудить не дала… за что я тебе благодарна. Правда, спасибо.

Эльза, едва сказав это, поспешила отвести взгляд. Очень уж нелегко далось ей признание собственной слабости, пусть и кратковременной.

— На то мы и подруги. А то получилось бы, как на том чаепитии, где ты заставила тех бедняжек вкушать твою бесподобную песочную выпечку…

— Лиза! — Эльза в считанные секунды покраснела до состояния, когда от неё можно было прикуривать, а Громова заразительно рассмеялась. — Нам было по пять лет! И я уже не настолько упёртая!..

— Рассказывай сказки!..

Голоса девушек растворялись в подступающем сумраке, пока вдоль тропинок загорались фонари, а в небе — сгущались тучи. Где-то вдалеке уже звенел колокол, призывающий абитуриентов к ужину, а время неуклонно стремилось к семи часам вечера…

К моменту, когда небо начало затягиваться низкими, свинцовыми и темнеющими на глазах тучами, экипаж только-только высадил меня у ворот академии. Пахло близкой грозой, а воздух хоть и казался пронизанным свежестью, но напитался влагой и вдыхался с ощутимым усилием.

Я поёжился, поправив воротник, и быстрым шагом двинулся к контрольно-пропускному пункту. Пара минут на неформальную проверку, марш-бросок по петляющим среди деревьев тропинкам — и я оказался в холле общежития, пустом и тихом.

Абитуриентов видно не было, и даже комендант с прочими сотрудниками куда-то запропастился.

«Это нехорошо. Надеюсь, через четверть часа кто-нибудь да объявится, потому что вечер — он не резиновый. А если я пропущу встречу, под предлогом которой избежал семейного ужина, то мне все ручки-ножки поотковыривают, как пить дать».