Чтение онлайн

Я быстрым шагом двинулся вверх по лестницам, влетев в свою комнату и скинув пиджак. Браслет, — мой новый катализатор, — тут же оказался в руках… и я на пару секунд впал в ступор, нахмурившись.

Привычное для устройства место было самым что ни на есть наглым образом занято повязкой и ожогами под ней. От идеи приспособить катализатор на другое запястье я отказался, сымпровизировав: закатал рукав правой руки, и закрепил браслет чуть выше повязки, на предплечье.

Сел он непривычно туго и высоко, тянуться было неудобно, но я повеселел вопреки всему. Ведь самое главное — «магия» вновь была со мной, и я перестал ощущать себя так, словно у меня отобрали последние трусы.

— Бесспорно, могло быть и хуже, — пробормотал я, активируя браслет и выполняя первичную привязку биометрии. — Ну, давай, не тупи…

Экран вспыхнул мягким тёмно-синим светом, а я почувствовал лёгкое, уверенное касание чего-то к разуму — катализатор нащупывал, откуда ему брать команды.

Я незамедлительно открыл каталог эрикс-искусств, пролистав доступный перечень… весьма скромный, если сравнивать с тем, что было раньше. Но мои основные инструменты тут присутствовали — и моделирование, и материализация. Плюс сам интерфейс стал чуточку более функциональным и удобным — теперь выбор и активация техники требовали на один клик меньше.

Светлячок появился над ладонью почти мгновенно, без малейшей задержки. Яркий, размеренно пульсирующий и послушный, он закружился в танце с себе подобными, но гражданская бытовая модель опять не позволила создать больше десяти искорок одновременно. Экспресс-проверка материализации показала, что и с ней не произошло никаких перемен.

Увы — ограничения, по всей видимости, не зависели от того, насколько премиальным было само устройство.

«По крайней мере, я снова обрёл возможность постоять за себя. И предыдущий браслет, хвала всем Богам, не был слишком уж очевидно модифицированным», — подумал я, пытаясь зафиксировать рукав рубашки так, чтобы он не мешался, и не выглядел при этом смешно. Худо-бедно, но у меня вышло что-то приемлемое, и я в спешке покинул комнату. — «Безопасники меня не порвут — и на том спасибо. Теперь нужно найти Виктора. И как можно быстрее, а то меня Эльза препарирует поутру».

В холле было по-прежнему пусто, если не считать двоих парней, о чём-то спорящих у доски объявлений. Комната Виктора оказалась заперта, и на стук так никто и не ответил. Библиотека, курилка на первом этаже — я проверил почти все «точки интереса», о которых знал.

Осталась только «мужская» столовая, расположенная в этом же здании, и позволяющая не ходить на общие завтраки, обеды и ужины, тратя время.

И именно в этом небольшом и уютном зале на полсотни человек я обнаружил пропажу: Шталь сидел за столиком у окна, с тоской смотрел на непогоду и неспешно жевал что-то мясное. На столе лежал включенный планшет и одинокая рабочая тетрадь, вся исписанная решёнными и не очень задачками по «прокачке» ощущения пространства.

— Виктор, — я, не спрашивая разрешения, уселся напротив. — Я на минутку. По делу. Мне нужен личный номер Эльзы, и желательно ещё полчаса назад.

— Юморист? — блондин хмыкнул, вздев бровь. — И почему через меня, Лазарь? Надеюсь, вы не поругались? После недавних событий я бы не удивился, но…

— Всё нормально, Виктор. Можешь унять своё беспокойство. Просто мы не успели договориться о времени и месте для вечерней прогулки, а связью я обзавёлся час назад, — я постучал пальцем по браслету на предплечье.

— К слову, выглядишь, как главный герой подросткового боевика, — хмыкнул Шталь, после чего мигом посерьезнел. — Но, знаешь… Я, конечно, своей кузине ни разу не нянька, но ты ведь понимаешь, что я должен кое-что сказать?

Я кивнул, со вздохом потерев переносицу. И Виктор в точности повторил мои движения — настолько точно, что на мгновение мне показалось, будто я смотрюсь в зеркало.

Мы синхронно прыснули, но взгляды остались серьёзными.

— Не загуливай её допоздна, Лазарь. Я серьёзно. Девичья репутация — это вещь, с которой легко распрощаться, но неимоверно сложно восстановить даже в стенах академии. А твоя слава… — он замялся, подбирая слова. — Прости за прямоту, но о девушке, которая гуляет с тобой до темноты, я бы однозначно подумал плохо. И я не хочу, чтобы Эльзу обидели или оскорбили из-за того, что у вашей «прогулки» появятся случайные свидетели.

«Что б тебя, Лександр Лазарь. Мне снова аукается твоя репутация… но без неё меня бы здесь тоже не было. Так что ты прощён, но не до конца».

Вне царства своих мыслей я расстроенно выдохнул:

— Я не обижу её, Виктор, — я выдержал его взгляд, мысленно отметив, что вот эта вот забота о родственнице представила мне блондина в новом свете. — И репутацию тоже не испорчу. Обещаю. Это просто разговор, ничего больше. Всё будет в рамках приличий, и далеко мы не уйдём. За окном погода нелётная…

Шталь посмотрел на меня в течение ещё нескольких секунд, после чего кивнул с видимым облегчением:

— Я тебе верю. Номер сейчас дам, — он сунул руку в карман, достав оттуда телефон, и через несколько секунд уже заканчивал диктовать цифры. — И, Лекс… Удачи.

— Надеюсь, что в удаче надобности не возникнет, — я поднялся со стула, уже вбивая номер в свой телефон — защищённый и увесистый, аки кирпич в миниатюре.

Пальцы летали над клавишами, и сообщение с вопросом касательно того, где её искать, отправилось к Эльзе ещё до того, как я вышел из столовой.

Телефон пискнул спустя полминуты, не больше:

«Я возвращаюсь из парка с Лизой. Буду на центральной площади через десять минут. Можешь перехватить меня там. Э. Ш.».

Сообщение было коротким и деловым — вполне в духе Эльзы. Но обозначенные место и срок заставили меня прибавить шаг, и чуть ли не выбежать на улицу.

Вечернее небо к этому моменту уже окончательно окрасилось во все оттенки чёрно-синего, а тучи, мелькавшие на горизонте, укрыли Сант-Море непроглядным, клубящимся полотнищем. Где-то вдалеке грохотал гром, а дождь, прежде лишь робко накрапывающий, становился всё сильнее с каждой секундой.

Я не успел и сотни метров пройти, как пришлось тянуться к браслету. Клики по физическим клавишам отдавались в пальцах уверенными, отчётливыми щелчками, а само устройство безо всяких проблем воплотило не самый примитивный образ — большой чёрный зонт с кованым гербом Лазарей на рукояти. Как-то так использовали свои катализаторы простые люди, решающие с их помощью бытовые проблемы.

«Непозволительная роскошь там — совершенно обыденное явление здесь» — эта мысль промелькнула и растворилась в дробном перестуке капель дождя, разбивающихся о натянутую ткань зонта. Последние прохожие в радиусе видимости, на бегу материализуя зонты, торопились укрыться от непогоды, а на меня, углубляющегося вглубь парка, смотрели не иначе как на дурачка какого.

«Мнительность — это порок, Лекс. Отставить рассуждения, прибавить ходу!».

Я ускорился, и спустя десять минут вышел на край центральной площади — мощёного камнем пространства перед главным зданием Первой Академии. По периметру тут стояли десятки кованых скамеек, да проклянут их студенты в зимнюю пору, и тянулись вереницы ярких, светящих жёлто-оранжевым светом фонарей.

В центре возвышалась пятнадцатиметровая статуя ныне здравствующего Императора — сурового мужчины лет тридцати пяти, сжимающего в одной руке жезл с россыпью кнопок, а в другой держащего некую сферу, внешний вид которой однозначно указывал на то, что это не просто украшение.