Чтение онлайн

Недосказанность, если не сказать грубее — кастрированность доступной даже плебсу истории.

«Об этом можно было задуматься и раньше, но слишком много дыр в событиях, составляющих последнюю сотню лет. И начинается всё это ни много, ни мало, а со дня, когда впервые начали упоминаться эрикс-искусства».

Я потянулся к клавиатуре терминала, вбивая в поиск очередной запрос. «Происхождение эрикс-искусств» — то, что я искал уже не единожды. Система задумалась на пару секунд, и выдала несколько сотен результатов, от книг и учебников до популярных статей и пропагандистских брошюр.

Но в этот раз я пролистал в самый конец ранжированного по «ценности» списка, открыв подборку «Аундбурдского Вестника» — газеты, в которой система академии по моему вопросу что-то, да нашла.

Датирована эта подборка была восьмидесятым годом от текущего момента, за тринадцать лет до момента появления первых катализаторов.

— Хм. Хм-хм-хм… Это уже интересно, — пробормотал я, заскользив взглядом по строчкам оцифрованного с погрешностями газетного листа. Внимание сразу привлёк кричащий заголовок, мимо которого, я полагаю, в те годы не прошёл бы никто.

«Императорская семья погибла! Кара Небес в Аундбурге! Экспериментальная Электростанция Сравняла с Землёй Целый Город! Тысячи пропавших без вести!».

Я нахмурился. Электростанция в мире пара и мускульной силы, где авиация — это дирижабли, а слово «компьютер» ассоциируется в первую очередь с большими терминалами, которые, по ощущениям, можно было и от педалей запитать, ощущалась чем-то не от мира сего.

Понятно, что у меня самого был смартфон и браслет, которые я заряжал от розетки. Были сотовая связь и интернет, были, в конце концов, электрические лампы, фонари на улицах и всё такое прочее… но всё это представлялось в объёмах, способных удовлетворить спрос разве что со стороны аристократии.

Мотнув головой и отбросив неустанное желание всё анализировать, я начал вчитываться в текст — и сам не заметил, как провалился в эту бездну с головой.

Старая Империя, предшественница нынешней, запустила в Аундбурге амбициозный проект: первую в мире крупную гидроэлектростанцию, призванную обеспечить энергией ни много, ни мало, а целый промышленный регион. Проект курировал лично император тех лет, видевший в электрификации будущее своей державы. Во многом поэтому на открытие, состоявшееся одним прекрасным летним днём, съехалась вся знать центральных провинций необъятной Империи.

Даже императорская семья присутствовала там практически в полном составе, так что значимость события для всего мира недооценить было сложно.

А вот дальше начиналось какое-то дешёвенькое фэнтези, описанное со слов «немногих выживших». При выходе генераторов на пиковую мощность, — невиданные доселе десятки мегаватт, — «внутри электростанции» начала образовываться некая субстанция.

Светящаяся, бордового оттенка, кристаллизующаяся и впоследствии рассыпающаяся туманом, она была обнаружена главным инженером проекта — Эриком Стивенсоном.

Он попытался инициировать аварийное отключение всего объекта, но, судя по всему, не успел.

То, что впоследствии назвали эриксом, — в честь погибшего «отца-родителя», — оказалось крайне нестабильным, и при контакте с воздухом — сдетонировало. Мощности взрыва оказалось достаточно, чтобы и здание станции, и все прилегающие постройки, и предместья Аундбурга дружно перестали существовать.

Но это было только начало, а дальнейшие события мне приходилось собирать по крупицам. И из этой подборки газет, и из статей, которые я искал по ключевым словам, сформировалось одно-единственное словосочетание.

«Резонанс Эрикса».

Взрыв в Аундбурге, как выяснилось впоследствии, запустил цепную реакцию по всей электросети региона. Эрикс, появившись в одном месте, образовался и во множестве других — везде, докуда «импульс» мог дойти по проводам.

Все электростанции Старой Империи, которых к тому моменту было построено несколько десятков, оказались поражены этой «порчей», и за считанные часы зарождающаяся энергосистема целого континента была уничтожена.

Десятки тысяч погибших, сотни тысяч — раненых, бесследное исчезновение львиной доли правящей аристократии.

«И страна закономерно погрузилась в хаос. Раз — и процветающая гегемония стала не более, чем куском мяса для соседей» — я откинулся на спинку кресла, потерев переносицу.

Никакой магии или чего-то, на что я уповал ранее. «Всего лишь» местная особенность — электричество, вырабатываемое в достаточных объёмах, в этом мире порождало некий побочный продукт.

«Опасный, нестабильный и смертоносный. В каком-то смысле, эрикс оказался хуже радиации — слишком рано для местной цивилизации он возник. Но вот его полезные свойства…».

Эрикс — бордовые кристаллы, распадающиеся туманом и взрывающиеся. А эрикс-искусства — сила воплощать то, что человек себе воображает.

Нестыковка? Отнюдь, потому как на катастрофе национального масштаба беды Старой Империи не закончились.

После череды взрывов эрикс никуда не исчез. И суток не прошло, как в городах, формально не пострадавших, начался хаос. Люди сходили с ума, начиная «видеть» глазами друг друга, непроизвольно обмениваться мыслями, страхами, кошмарами и фантазиями… которые внезапно начали обретать материальное воплощение.

Эрикс оказался не просто взрывоопасным, нет. Он буквально представлял собой субстанцию, выступающую в роли связующего звена для людских разумов. «Грааль» для магов воплощения — и, на тот момент, «кара небес» для людей, которые даже пар освоить полностью не успели.

Дальнейшие события развивались строго в рамках ограничений материального мира, если принять за константу то, что эрикс черпал нечто нематериальное для своих воплощений из ниоткуда. Никаких аберраций, химер и прочих порождений больного рассудка по улицам не бродило.

Но людям хватало куда меньшего: огонь, вода, бомбы, трупы, кислотные дожди и прочие локальные аномалии убивали быстро и беспощадно.

Каждый человек по сути своей фантазёр, и в тот момент это незыблемое свойство сыграло против людей.

И всё это — на фоне разрушенной инфраструктуры, отсутствия связи и полного паралича власти.

Казалось бы — конец. В таких условиях невозможно было выжить, и как минимум вблизи от эпицентров зарождения эрикса Старая Империя грозила превратиться в выжженную, мёртвую пустыню, куда просто забрести смерти подобно.