Чтение онлайн

– Ты же сама сказала, что выходить – первое, чему учат. Прыгну с обрыва, и все дела.

– Это если он будет, обрыв. Маньяк явно не пальцем деланый, знает, что ты станешь бороться. И что у тебя есть помощники. Особенно после последнего раза. Подготовится. Что станешь делать, если он тебя засунет в больничную палату с мягкими стенами? Головой особо не побьешься. Или привяжет к стулу?

– Разве я не могу менять мир своего сна по собственному желанию?

– Нет, если твой гость сильнее. И опытнее. Судя по всему, в чужих снах он как свой, и мир его слушается. Думаю, из-за связи с твоим энергетическим телом. И в сон он тебя тянет через связь, думаю. Так что опасная это затея – пытаться его там победить.

Хм, а ведь об этом я не подумала. Тем более, что в прошлый раз убийца меня крепко зафиксировал. Боялся, что вырвусь, как тогда из паутины? А ведь тогда все интуитивно получилось, без подсказок… Дар донора помог?

– Одной соваться не вариант, – согласился Егор.

– Но я не одна. – Я посмотрела на Мышь, которая выглядела отчего-то напуганной и спросила: – Поможешь?

Во сне Мышь выглядела… другой.

Вроде те же синие волосы, пестрая челка, густо подведенные глазища. Ярко-синие линзы. Фенечки на запястьях. Однако здесь она была будто бы выше. Сильнее. И смотрелась увереннее, что ли.

Мы оказались в некой пустой комнате, маленькой и тесной, с серыми стенами и небольшим окном почти под самым потолком. В окне обнаружился квадратный кусок неба с нереально крупными жирными звездами, освещающими пространство не хуже луны. Из приоткрытой двери настойчиво тянуло прохладой и свежескошенной травой, неудержимо захотелось наружу – в лето.

Лето я любила. Легкие касания солнечных лучей к коже и равномерные следы этих касаний в виде золотистого загара. Жар, который не проходил до утра, после нескольких часов лежания в шезлонге. Умиротворение. Буйная зелень, пахнущий озоном воздух после грозы. Изящная одежда, легкая, как перышко, открывающая плечи и коленки. Жадные взгляды мужчин и стойкий флер их восхищения, впитывающийся в кожу.

Теперь я подобного уже не испытаю, но вспоминать-то можно.

– Сомневаюсь, что он придет, – скептически заметила Мышь, возвращая меня с небес на землю. – Маньяк. Ты не одна. – Она обвела взглядом пространство. – А это, похоже, все мое.

Пустая комната и дверь в лето? Интересно…

– Тут… миленько, – сказала я и обняла себя за плечи, понимая, что дрожу. Сны меня дико пугали, что неудивительно, если учесть предыдущие несколько попыток маньяка меня убить. Или же он хотел просто помучить?

– Символизм, – ответила Мышь и пояснила, обводя рукой комнату: – Серая жизнь. – Затем ткнула пальцем в направлении двери. – Яркий мир.

– Понятно…

У каждого свои тараканы, Мышь, походу панически боится слиться с толпой. Отсюда и образ нелепый, и синие волосы, и резкость в общении. Думает, что вырывается из обыденности, а на самом деле поймала себя в ловушку собственных страхов. Как и я. Наверное, из нас троих только почившая с миром Алиса не волновалась, что о ней подумают в обществе. Если судить о гардеробе и полном наплевательстве на внешность…

– Может быть, ты увидишь что-то, – пожала я плечами. – Что-то необычное, например, темное пятно у меня над головой. Как проклятие. Или метку. Он ведь меня как-то находит на расстоянии. Должна быть связь.

– Я и вижу, – насупилась она. – Ту глянцевую куклу с фотографии. Губы и грудь настоящие или?..

Я усмехнулась, а Мышь, казалось, едва подавила порыв потрогать.

– Здесь все ненастоящее, – напомнила я. – Кроме сногсшибательной красоты что-то видишь? Должна быть метка, маячок, по которому он меня находит. Что-то явно нефизического свойства. Возможно…

– Нить! – воскликнула Мышь и указала рукой мне на шею и прищурилась. – Вот же она, как та, для выхода из сна, только… тоньше. И едва заметная. Похожа на золотую цепочку. Отличная маскировка!

Да уж, отличная, ничего не скажешь.

– Поводок ведет наружу.

Поводок?! Я что, овца или собака?!

Но Мышь будто не заметила моего возмущения, бросилась к двери, по дороге останавливаясь и присматриваясь к чему-то, похоже, видимому только ей одной. Я осторожно пошла за ней, тщетно стараясь увидеть то, что и она.

За дверью обосновалась степь. Кожу под коленками щекотала высокая трава, ее ласково трепал ветер, и она изгибалась волнами, льнула к земле. Небо нависало низко, пахло костром, горячей землей и сеном, хотя я могла поклясться, что на много километров вокруг нет ни единой души, ни одного признака цивилизации. Рай для социопата. Довольно миленький рай, если учитывать, кто именно его создал. Оказывается, Лесе тоже не чужда романтика, м-да…

– Она ведет туда. – Мышь указала рукой на линию горизонта. – Довольно далеко. Скорее всего, там граница, где смешиваются наши сны.

– Там начинается мой? – спросила я, и Леся кивнула.

– Дай руку. – Не дожидаясь, она схватила меня за запястье. – Будет быстрее, если подумаешь о чем-то личном. Во сне расстояния – не помеха, а мысли открывают двери в любые места.

– Личное для меня тут опасно, – возразила я, но послушно зажмурилась и сосредоточилась.

Личное – всегда сложно для меня. Я отгораживалась от него так тщательно, что теперь и не найти ничего, что меня трогает, разве что воспоминания о Свете, но ее образ сейчас точно будет неуместным. Да и не нужно это, ведь мы ищем не ее призрак, а маньяка, который наверняка где-то в городе, выжидает, пока я споткнусь. Позволю ему снова поиграть.

– Офигеть! – восхищенно выдохнула Мышь и отпустила меня так резко, что я вздрогнула. И открыла глаза.

Город был прекрасен. Раскинувшаяся у наших ног сеть огней с большой высоты выглядела волшебным покрывалом, накрывшим серые улицы. Воздух – иссиня-черный, прохладный и резкий – дрожал. Небо смотрелось огромным зеркалом, отражающим город, и огни его походили на некую карту, зная секреты которой наверняка можно было отыскать сокровища Вселенной.

– Здесь высоко, – сказала Мышь и, крепко ухватившись за перила, осторожно посмотрела вниз.

– И красиво, – кивнула я. – Люблю это место.

– А где мы? – спросила Леся, с интересом вглядываясь мне в лицо.

– Торговый центр «City Tower». Здесь находится офис совета стриксов. На террасе я любила посидеть, особенно по вечерам, с чашкой кофе и журналом. Очень умиротворяет.

– Нить ведет туда, – пропустив мимо ушей мои ностальгические фразы, она указала рукой на восток. В самую неосвещенную часть города. Туда, где заканчивались промышленные районы и сухими язвами раскинулись пустыри. Именно в том районе находилось здание бывшей психушки, где Андрей Морозко собирал свой клуб сновидцев.