Чтение онлайн

Через полчаса почувствовала себя ненормальной и решила устроить перерыв. Почистила овощи и рыбу, приготовила ужин и даже попыталась его съесть. Получилось так себе: от волнения аппетит пропал, и я смогла проглотить только три ложки рагу и два кусочка рыбы. Если так и дальше пойдет, от меня скоро ничего не останется. Заставила себя поесть ещё немного и решила пораньше лечь спать. Прошлая ночь выдалась бессонной, а силы мне ещё понадобятся.

Лежа в кровати, активировала голофон и пролистала сводку новостей. Ничего выдающегося: на острове Риса собрали второй за год урожай и вскоре готовы принимать покупателей, на острове Кузнецов устроили распродажу рыболовных снастей и орудий для земледельцев – с чего бы вдруг? На острове Садов в ближайшие выходные будет большой праздник в честь рождения третьего ребенка в семье управляющего. Приглашают всех желающих присоединиться к гуляниям. А вот это интересно и очень вовремя. Надо причалить на остров Садов заранее и, возможно, получится распродать все мои украшения. Завтра сделаю ещё несколько простых наборов и соберу комплекты с жемчугом. На этой мысли я заснула и спокойно проспала до утреннего сигнала голофона.

Сегодня чувствовала себя гораздо лучше и смогла сосредоточиться на занятиях. По дороге от школы до дикого пляжа Эаль незаметно передал кусочки золота и горсть камней, которыми раньше был браслет. Друг объяснил, что соединил золото с горной породой, чтобы меньше вопросов возникало. В таком виде драгоценный металл находили на материке и некоторых островах. А вот изящно ограненные камни лучше поберечь на самый крайний случай.

Ещё он тоже вчера слушал новости и знал о предстоящем празднике на острове Садов. Снова подключив странную «глушилку» – так я обозвала устройство для обмана голофонов и подслушивающих людей Правителя, Эаль коротко рассказал, что сегодня вечером собирается навестить остров Садов и купить мне лучшее место для продажи украшений. Мне ведь не жалко для такого дела один кусочек золота? Мне было не жалко: легко пришло – легко уйдёт. Для путешествия на материк нужны кредиты, а не старинные золотые украшения. На жалкое пособие по потере родителей можно только ноги от голода протянуть. Поэтому Алекс рыбачил и нырял за жемчугом, а я делала украшения на продажу. Худо-бедно, но на это получалось выжить.

– Лин, я думал вчера весь вечер и выбрал такую легенду, – вырвал меня из размышлений голос друга. – Родителей ты потеряла давно, – да, это случилось почти десять лет назад. Почему же до сих пор так больно? – Теперь ещё и брат то ли сбежал в поисках лучшей жизни, то ли сгинул в Океане... Не обижайся, хорошо? – быстро добавил Эаль. – Это просто легенда. Для других. Мы же с тобой знаем, как всё на самом деле. – Друг вопросительно посмотрел на меня. Я кивнула, поощряя его продолжать. – Так вот, ты решила, что на острове Рыбаков делать больше нечего. Пора поискать лучшей жизни и отправиться на материк. Тем более что твои корни оттуда. Бабушка по материнской линии. Проверить практически невозможно. Твоя мама как-то упоминала об этом, когда навещала мою бабулю, – пояснил Эаль на мой вопросительный взгляд.

– Надо же?! – удивилась я. – И ты помнишь?

– Я нет, – ответил друг. – Порасспрашивал вчера старушку, вот она и вспомнила кое-что.

– А что ещё? – я подалась вперед, жадно вглядываясь в синие глаза напротив.

– Ничего, что пригодилось бы в нашем путешествии и легенде, – отрезал Эаль. – Время, Лин, – я вздохнула. – Осталось меньше пяти минут. Поэтому говорим только о самом важном. Суть легенды ты запомнила? – я кивнула. – Хорошо, детали можешь придумывать любые.

– А как же школа? Не слишком ли странно срываться с места меньше чем за месяц до её окончания?

– Ты ведь хорошо учишься. Сможешь сдать всё за неделю экстерном?

– Думаю, да, – придётся поднапрячься, конечно, но это реально.

– Вот и договорились.

Эаль ушел. Я ещё недолго посидела на берегу Океана и вернулась домой. Сделала несколько наборов и отдельных украшений, собрала весь оставшийся жемчуг и уложила его в небольшой мешочек из мягкой кожи. Работа сегодня шла на удивление быстро и легко.

До ночи ещё оставалось час-полтора, когда появилась Полина. Не знаю как и почему, но постороннее присутствие я уловила сразу. Заявила вслух, что пора промыть рис и почистить овощи для завтрашнего обеда и погрузила руки по локоть в воду. В этот больше всего на свете я надеялась, что Эаль прав, и вода заглушит звук моего голоса.

– Полина, привет, если это ты, – прошептала я. – Выяснились кое-какие обстоятельства. Я не могу просто так говорить с тобой. Давай проверим, сможешь ли ты понять то, что я напишу.

– Чего-то подобного мы и ожидали, – она вздохнула. – Ты, кстати, чувствуешь только моё присутствие или ещё одного человека тоже?

Я прислушалась к ощущениям и отрицательно помотала головой.

– Нет, только ты.

– Жаль, – сказала невидимая гостья. – Я пришла не одна. С подругой и Стражем. Её зовут Ника. – Она ненадолго замолчала. Наверное, переговаривалась со второй невидимкой. – Ладно, не будем терять времени и привлекать ненужное внимание. Пиши, а я постараюсь понять твои записи.

Я тщательно вытерла руки и написала в блокноте: “Люди Правителя, похоже, следят за каждым из нас с помощью голофонов. Снять его нельзя. Только вода и специальные устройства искажают звук”.

– Я поняла! – вскрикнула Полина. – Ты не можешь снять этот браслет-следилку. Звук глушит только вода и изобретения местных хакеров.

“Кто такие хакеры?” – написала я. Судя по ответу Полины, Эаль являлся одним из них.

Следующие два с половиной часа мы провели: я, судорожно строча ответы, а невидимка, задавая всё новые и новые вопросы. Иногда я понимала, что в разговор вступал третий участник – слишком отличались вопросы и высказывания.

После того как история последних двух дней моей жизни была изложена перед двумя невидимыми собеседницами, Полина надолго замолчала. Я даже начала думать, что она ушла не попрощавшись, когда вдруг раздался тихий голос.

– Линда, скажи, ты когда-нибудь испытывала особенные ощущения от камней? – спросила Полина. – Может, одни казались тебе приятнее, чем другие, или навевали особенные мысли и чувства?

Я попыталась объяснить, что по-особенному “слышу” камни и так собираю украшения по индивидуальным заказам.

– Чёрт! Как же хочется ошибаться! – ни к кому не обращаясь высказалась Полина. – Линда, тебе случайно не достался в наследство необычный кулон. – Она замолчала, будто каждое слово давалось тяжелее предыдущего. – Три переплетенные спирали: прозрачная, желтая и красно-оранжевая?

Я встала и направилась в спальню к родителям. С трудом отодвинула кровать на несколько сантиметров, подняла единственную из незакрепленных досок пола и достала из тайника маленький холщовый мешочек. Трясущимися пальцами развязала завязки и вытряхнула на ладонь точно такой кулон, как описала Полина. Воцарившуюся после этого тишину, казалось, можно было потрогать и понять каково будет на дне Бездны.

– Я даже не знаю, поздравить тебя или посочувствовать, – спустя вечность прошептала Полина. – Ты Проводник, Линда. И ты тоже можешь путешествовать между мирами.

Я долго молчала, прежде чем решилась написать вопрос: “Чем это грозит мне и Алексу?”.

– Тебя можно уважать только за то, что умеешь задавать правильные вопросы, – ответила невидимка. – Попытаемся вместе понять степень бедствия.

Дальше на меня посыпалась такая масса вопросов, что я едва успевала хоть что-то соображать, записывая ответы на них. Когда я почувствовала первое притяжение к камням? Да, вроде ещё когда родители живы были, лет двенадцать назад. Появлялись ли когда-нибудь странные сны, а потом нестерпимые боли в области груди и солнечного сплетения? Нет, никогда. Случалось ли что-то странное или необъяснимое в детстве, что я запомнила? Что-то яркое и не поддающееся разумному объяснению.

Я задумалась, и в памяти всплыла картина, как мы с родителями причаливаем к Материку. До сих пор я никогда не вспоминала тот день так ярко и четко. Алекс тогда гостил у бабушки на острове Жемчужин и заодно учился нырять. А мы сели на самую быстроходную лодку и направились к Материку. Откуда у родителей столько кредитов взялось на путешествие?! Маленькую меня это совсем не интересовало.

Пальцы и кисть онемели. Я никогда так много не писала, но упорно продолжала выводить строчки в напряженной тишине. “Мы с родителями, почти не останавливаясь для отдыха, быстро продвигались к Синим горам. За три дня пути я так вымоталась, что почти ничего не видела и не соображала, когда мы наконец-то добрались до поселения дикарей. Дальше воспоминания путаются и расплываются. Странно одетые люди с волосами, заплетенными в множество косичек, и мужчины, и женщины с обилием разноцветных бус и браслетов. Меня, обессилевшую и засыпающую на ходу отец на руках внес в просторный шатер. Внутри было темно, несмотря на то что на едва миновал полдень, пахло дымом, маслами и травами. Посередине шатра среди множества подушек сидел старик. Его загорелая кожа была испещрена морщинами, а руки от запястий до предплечий покрыты браслетами. Отец положил меня на подушки перед стариком и отошел. Что было дальше, я не могу вспомнить, как ни старалась. Следующее воспоминание – как мы сели в лодку и отправились домой. Родители отказывались рассказать, что за странное место и с какой целью мы посещали. Отговаривались тем, что придёт время, и я сама всё узнаю. А через три месяца они погибли, и мне стало совсем не до странных воспоминаний или их отсутствия”.