Чтение онлайн

– Ян, ну давай уже. Чего ты там возишься?

Еще и жопкой повиляла. Бляяять. В курсе ли ты, родная, что если термоядерная реакция запущена, ее уже не остановить? Лиза громко застонала и сильнее прогнулась в пояснице от резкого удара, которым Ян наполнил ее собой.

Часом позже Ян подхватил на руки ослабшую, лежащую словно без чувств девушку и понес в ванную. Шагнул внутрь душевой кабинки и осторожно поставил на ноги. Лиза на подгибающихся ногах повисла у него на шее. Ян отвернул кран и принялся неторопливо елозить по ее обнаженному телу мягкой мыльной губкой, то и дело останавливаясь, потому что Лиза раз за разом тянулась к его губам за поцелуем. Как именно нужно целовать ее после, Ян понял очень быстро. А вот позавтракать этим утром они не успели.

– Опель затолкали?

– Ага. В боксе, – отозвался Самойлов за стойкой. Неплохо выглядит для отца новорожденного. Определенно хорошо высыпается, хоть и без выходных работает. За Левашову вон согласился смены взять без проблем.

Владельцу опеля не повезло: четыре штока из шестнадцати были загнуты. Придется повозиться. Около шести часов Ян вытер руки куском ветоши, сходил в душ, переоделся и пошел к выходу.

– Ян, там владелец опеля звонил. Хотел узнать, что с ним, – спросил ему в спину Самойлов.

– Проще выкинуть.

– Бля, Ян. Так че ему сказать-то?

– Павлик, а, Павлик, – Ян притормозил у выхода, – тебя на работу зачем взяли? Правильно. Чтобы ты с людьми разговаривал. Вот и разговаривай. Не знаю я, че ему говорить. Мое дело – ремонт, твое – лясы точить, – и вышел, звякнув колокольчиком на двери.

Паша тяжко вздохнул, глядя на закрывшуюся дверь.

Ян придавил окурок кроссовкой, сел в машину, завел мотор и вырулил в сторону спортивного зала. Войдя внутрь, бросил сумку на скамейку в раздевалке, переоделся в шорты и неторопливо пошел в сторону зоны тренажеров, по пути кивнув Демидову, сидевшему за столом в своем закутке на входе в зал. Спустя полчаса намотал на руки бинты, натянул перчатки и отправился к боксерским мешкам.

Закончив тренировку, Ян сидел на скамье, тянувшейся вдоль стены зала, неспешно разматывая бинты на руках.

– Че, пошли отделаю тебя, – напротив него выросла фигура почти налысо бритого блондина с руками, разрисованными замысловатыми тату. Новенький. Володя, кажется.

Ян смерил его пренебрежительным взглядом и ничего не ответил.

– Парни говорят, никто с тобой в спарринг из жалости не встает. Говорят, это все равно, что ребенка ударить.

Ян хмуро на него посмотрел и опять промолчал.

– Не канает? Ну, давай по классике. Я твою мамку драл, – радостно заявил блондин.

Ян снова промолчал. Вот ведь клоун.

– Я не очень хотел, если честно. Но меня твой папка попросил. Сказал, что сам не справляется, – продолжал тем временем блондин.

Придурок.

– Хочешь, могу и твою девчонку отодрать. Сам-то ты тоже наверняка не справляешься.

Ян мрачно посмотрел на того исподлобья и принялся неторопливо наматывать бинты обратно, затем поднялся со скамьи и молча пошел в сторону восьмиугольника в дальнем углу. Блондин уже радостно прыгал по нему, похожий на большую выжившую из ума лысую обезьяну.

Демидов вышел из своего закутка, потряхивая шейкер с протеиновым напитком и цепким взглядом оглядел зал. Внутри восьмиугольника в дальнем углу зала почти у самой стены Володя встал в спарринг с Рахмановым. Ой, идиооот. Влезли, очевидно, недавно, потому что Володя доминирует. Да-да, Володя, правильно. «Порхай как бабочка, жаль как пчела». 2 Рано радуешься. Слоустартер он. Кросс. Уклон. Миддл кик. Блок. Лоу-кик. Отскок. Ну давай, Рахманов, не томи. Джеб. Отклон. Хук. Нырок. Тааак. Хорошая связка, Володя. И еще одна. Проход в ноги. Не прокатит, Володя. Коленом в голову. Ну, а чего ты хотел? Ну же, Рахманов… Размен. Ага. Вот теперь пошло дело. Размен. Снова размен. Иии… Мощный правый кросс в голову. Молодец, Володя. Рахманов про-пу-стил. Ну что. Засекаем время. Подшаг. Левый джеб. Правый хук. Разворот на ноге. Левый джеб. Правый кросс. Нырок. Левый хук. Апперкот. Бууум! Володя ожидаемо летит в партер. Что-то еще пытается. А, нет. Всё. Фулл-маунт. Рахманов уселся на Володю верхом. Закрывайся, Володя. Кабздец тебе. Хаммерфист. Еще один. И еще. Пробил. Финишная прямая. Рахманов принялся методично впечатывать перчатку Володе в лицо. Удар. Еще удар. Снова удар. Володя защищаться больше не пытается. Удар. Еще удар. Снова удар. Поплыл, да, Володя? Поплыл. Вытянул руку и трижды стукнул перчаткой по настилу. Дурак ты, Володя. Удар. Еще удар. Снова удар. Володя из последних сил уже активнее затарабанил перчаткой по канвасу. Удар. Еще удар. Снова удар. Убьет.

Демидов перевел взгляд на четверых завсегдатаев зала, которые уже подтянулись к октагону и стояли в ожидании его сигнала. Он едва заметно кивнул им головой, и те поспешно шагнули внутрь клетки.

– Рахманов, ты как, с нами? – голос долетал откуда-то издалека.

Ян, зажатый в углу восьмиугольника, моргнул и обвел глазами октагон. Блондин с разбитым лицом, точнее тем, что когда-то им было, лежал спиной на настиле, безвольно раскинув руки в стороны. Дерьмо.

– Дааа-дааа, Рахманов, – растягивая слова, добил Демидов, – он стучал. И не раз.

– Сука.

– Че, сможешь дойти до раздевалки, никого не убив?

– Сука, – снова повторил Ян, протиснулся между окружившими его мужчинами, толкнув их плечом, и пошел к выходу.

Демидов подошел к Володе и, скептически поморщившись, навис над ним, глядя на того сверху вниз.

– Вот че ты к нему полез, Володя? Я ж тебя предупреждал.

Володя вяло махнул рукой, пытаясь что-то ответить и, тяжело дыша, снова безвольно стукнул ей о настил.

Приняв душ и переодевшись, Ян вышел из раздевалки, заглянул в зал и, не найдя там Демидова, открыл дверь на лестницу пожарного выхода. Понятно, куда тот пошел. Ян спустился по лестнице и толкнул плечом дверь на улицу.

– А, это ты, – облегченно выдохнул Демидов и вытащил из-за спины руку.

Ян с трудом удержался, чтобы не заржать. Демидов в очередной раз шкерился у пожарного выхода, спрятав руки за спину. Любитель читать нотации о вредных привычках и отчитывать за них парней в зале прятался как подросток от строгих родителей, потому что сам стоял и курил, зажав сигарету прищепкой.

– Рахманов, ты в курсе, что если я выпру тебя из этого зала, то в этом городе больше не останется ни одного, в который тебя пустят? – серьезно сказал Демидов, словно не замечая, насколько комично выглядит, и затянулся.

– В курсе, – буркнул Ян.

Демидов внимательно и задумчиво на него смотрел.

– Слушай, может, тебе к психологу какому сходить?

– Я ходил, – вдруг откровенно признался Ян.

– И как?

– Как видишь.

Какое-то время они стояли в тишине. Демидов с нескрываемым наслаждением снова затянулся.

– Как Володя?

– Живой, – отозвался Демидов и махнул рукой, – да он нормальный мужик. Плакался, что дома посильнее звездюлей отхватит.

– Чего так?

– В театр, говорит, с женой собирался. Какой ему теперь театр с такой рожей… – Демидов аккуратно затушил сигарету и, оживившись, подскочил к Яну, – слушай, дай я тебе дыхну. Сильно куревом воняет, а?

– Да иди ты! – отшатнулся от него Ян.

– Да че такого-то?

Ян влез во внутренний карман ветровки.

– На вон тебе.

– Чего это?

– Леденец. Мятный.

– Аааа, – Демидов взял леденец, сунул в рот и уходя вдруг крепко сжал ладонь на плече Яна, – псих ты недоделанный, Рахманов.

Ян бросил взгляд на экран смартфона, проверяя время, и заторопился к машине. Хрен с ним, с этим Володей. Не сдох и ладно. Не хватало еще, чтобы девочка его ждала.

Лиза вышла из центральных дверей правого крыла здания, где расположился их Центр, и посмотрела в сторону ворот. Ян ее уже ждал. Девушка быстрым шагом пересекла асфальтированную дорожку и села в машину. Ян завел мотор и тронулся с места. Лиза внимательно на него посмотрела. Угрюмый какой-то. Устал?