Чтение онлайн

– Бред, -сказал я.

– Что, папа?

– Вся эта ситуация бред. И учительница ваша дура, если призывает верить клочку пропаганды вместо родного отца.

Признаюсь – вспылил. Наверное, следовало бы повести себя как-то по другом. Как минимум: значительно раньше поинтересоваться что там написано в современных школьных учебниках и чему учат мою дочь. Но домашние задания с Катей делала, в основном, Оксана. Если меня привлекали, то только для решения задач по математике и объяснению непонятных моментов в «началах программирования».

Закономерно Катя вспылила. Крикнула, что я сам дурак, закрылась в своей комнате и не открывала до прихода Оксаны.

– Что у вас произошло?
– поинтересовалась жена.

– Ты видела какую ересь пишут сейчас в школьных учебниках?

– Конечно видела. Я ведь сама тоже работаю учительницей, -Оксана села рядом со мной, обняла и потрепала по голове.

– Но ведь нельзя же так, -пожаловался я.
– Это какая-о вывернутая история. Специально искажённая! А я ещё гадал откуда Катька всей дряни набралась? Оказывается, из школы. Вот так-так!

Пока я говорил, Оксана продолжала менял гладить по голове успокаивая словно я сам был её четвертым, большим ребёнком. И поглаживание сработало. Я успокоился.

– В новых учебниках не столько ложь, сколько другой взгляд на те же самые события, -возразила жена.

Я снова взвился: -Да что ты говоришь?

– В любом случае это именно то, что мы, учителя, должны спрашивать с детей и на основании чего ставить им оценки. Иначе вопросы будут уже к учителям. А связываться лишний раз со стражами свободы не хочется никому. Там повезёт если просто отделаешься штрафом за недостаточную лояльность. Может выйти и много хуже.

– Так что, учить Катю этой, новой, переделанной истории?

– Если ты хочешь, чтобы она успешно закончила школу, то да, -твёрдо ответила Оксана, не отводя взгляд. Я первый его отвел.

– Книги твои тоже выбросим?

– Уберу их подальше в шкаф, -пообещала жена.

– Противно как-то, -сказал я.

– Противно, -согласилась Оксана.

С Екатериной мы помирились. Теперь я старался сознательно не вмешиваться и не вникать в то, чему учат мою малютку и не только мою, но и всех детей на Луне, в школах по новым программам. Оглядываясь назад, я понимаю, что это была наша с женой ошибка. Может быть самая крупная наша ошибка.

После того как помирились, перед сном, я спросил дочку: -Если бы я и правда был агентом землян, и ты узнала бы об этом, то рассказала бы кому-то ещё?

– Никому бы не рассказала. Честно-честно!
– пообещала Екатерина.

– Спасибо, милая, -обнимаю её.

– Но ты точно не агент землян, папа? – с тревогой спрашивает она, разорвав объятия.

– На сто процентов чистый лунар, -усмехаюсь я.
– Даже не сочувствующий.

– Хорошо, -она успокоилась.

Хорошо ли? Не знаю. Если бы мне кто-то предложил, то… Но мне не предложили. А сам я слишком труслив. Или, может быть, просто не считаю свои собственные убеждения чем-то достойным, чтобы отстаивать их с оружием в руках оставив позади всё, оставив семью, чтобы выйти сражаться один с целым миром – я на такое не способен, как оказалось. Но если бы все сражались, то кто бы тогда жил и просто спокойно делал своё дело? Я уже сто раз говорил, что не герой, не рыцарь с открытым забралом, а только лишь простой разработчик нейросетей. Возможно – достаточно хороший разработчик. Но и только.

Арктуру идти в школу только в следующем году. Сейчас для него последний год детского сада. Для нас с женой нервотрёпка – собрать все документы, проверить чтобы ребёнка заочно приняли в школу, познакомиться с будущей учительницей сына и другими детьми в классе, отправить ребёнка на подготовительные занятия и так далее.

Вот мы, с Арктуром, сидим дома и разучиваем новую песню. В детском саду дали задание выучить песню про космос.

Про космос так про космос. Арктур – мальчик живой, непоседливый. У него пытливый ум, но учить слова песни ему совсем не охота.

– Положи игрушки, -говорю я ему.
– Как только повторишь с начала до конца ни разу не сбившись, так мы с тобой поиграем. Пока давай учить.

– А мы летим орбитами

Путями не избитыми

Прошит метеоритами простор

Оправдан риск и мужество

Космическая музыка

Вплывает в деловой наш разговор…

Маленький Иван с интересом наблюдает за нашими попытками выучить песню. Он только недавно начал говорить и сейчас пытается повторять за старшим братом.

– Просит метеоитами посто, -радостно лепечет младший сын и мы с Арктуром смеёмся Сам Ваня гордо улыбается и крутит головой. Ему нравится находится в центре внимания. А если вокруг смеются, значит всё правильно и всё хорошо.

В комнату заглянула Оксана: -Над чем смеётесь?

– Учим песню для детского сада. Но, похоже, Ваня разучит её ещё быстрее чем Арктур, -объясняю я.

Желая показать, что он уже давно выучил и последнее время просто придуривался, Арктур начинает петь: -А звёзды тем не менее

А звёзды тем не менее

Чуть ближе, но всё так же холодны

И как в часы затмения

И как в часы затмения

Ждём света и земные видим сны

Услышав слова Оксана изменилась в лице и прошипела, обращаясь уже исключительно ко мне: -Ты с ума сошёл?

– Что ещё такое? – не понимаю я.

– Эта песня не про космос, а про Землю. Что скажут в детском саду, когда ребёнок споёт там песню про Землю? Так точно не пойдёт. Придётся переучивать какую-нибудь другую песню.

– Но я только выучил эту, -начинает ныть Арктур.

– Все претензии к папе, -отрезала Оксана.
– Надо было с самого начала нормальную песню выбирать.

– Эй, песня хорошая!
– возражаю я.
– Отличная песня.

– Я имела в виду песню не про землю, -уточнила жена.

Арктур возмущённо смотрит на меня. Хлопаю его по плечу: -Сын, мать права. Давай разучим какую-нибудь другую песню. Но так и быть, сначала сделаем обещанный перерыв, потом разучим.

Мы играем с ним в пластиковых солдатиков, обычных пластиковых солдатиков. Говорят, что чем более интерактивны игрушки, чем меньше ребёнок вынужден додумывать, самостоятельно играя с ними, тем хуже у него развивается воображение. Поэтому большая часть Катиных кукол не говорит и не двигается, а солдатики Арктура не умеют самостоятельно строиться по взводам и послушно ждут пока их расставит их маленький хозяин. Под шумок Иван умудрился стащить пару солдат и уже во всю обсасывал их, словно конфеты.

– Отдай?
– требует Арктур хотя точно знает, что сделанным из неуничтожимого пластика солдатикам ничего не будет от детский слюней и попыток погрызть из режущимися зубами.

– Ладно, пусть у брата будет своя армия, -останавливаю я среднего сына.
– Своя слюнявая армия.

– Генерал слюнявой армии, - смеётся Аркутр.

И Ваня тоже смеётся. Ему ведь главное, чтобы все вокруг были весёлые, и чтобы он находился в фокусе общего внимания.

Играя с сыновьями в солдатиков, я непроизвольно напеваю: -И снится нам не рокот космодрома