Чтение онлайн

«Брошеный, но не сдавшийся – он дождался возвращения лунной армии» - наперебой радовались репотёры. Фотографии Арктура наливающего молока котёнку Лунтику занимали добрую половину всей статьи. В коротком интервью мой сын сказал, что оставит котёнка себе, тот станет талисманом их части.

Кроме того, репортёр поднял болезненную тему спросив: -Кажется ваш отец – перебежчик и сейчас работает на землян? Чтобы вы сказали ему, если бы увидели?

– Чтобы сказал?
– переспросил спасший котёнка герой.
– Сказал бы: иди к чёрту, папа! Мне не нужен такой отец, который работает на землян. Жаль, что ты предпочёл жизнь труса, вместо того чтобы умереть героем за свободную и единую Луну. Но можешь быть уверенным – я искуплю твой грех. До встречи на Земле, когда наши войска высадятся в центре мировых столиц.

– Если бы вы встретились с ним лицом к лицу на поле боя, то смогли бы выстрелить? – продолжал задавать вопросы корреспондент.

– Думаю, что нет. Всё-таки он мой отец. Но если бы моё подразделение взяло бы его в плен, то я без колебаний передал бы его корпусу стражей свободы потому, что это правильно, -ответил Арктур.

– Вы всё ещё любите своего отца несмотря на то, что он предатель согласившийся работать на землян?

– Люблю ли я его? Не знаю. Скорее просто скучаю. Немного. И мне хотелось бы с ним поговорить, расставить, так сказать, все точки, понять, как так получилось, что он предал единую и свободную Луну.

– Будем надеяться, что ваше желание осуществится, -подвёл итог берущий интервью корреспондент.

– Будем надеяться, -прошептал я.
– Больше всего на свете, больше, чем увидеть тебя или знать, что с тобой всё в порядке и всё хорошо я хочу поговорит с тобой, мой сын.

Время в пути ещё оставалось. Капитан-комиссар прилёг, заняв сразу три сиденья убрав между ними подлокотники. Он или спал или делал вид будто спит. Меня устраивали оба варианта.

Воровато оглянувшись, хотя я всё равно не смог бы заметить скрытые камеры в капсуле-вагоне, на то они и скрытые. Набрав знакомый номер, я со всё возрастающей тревогой следил за мигающей на экране планшета надписью «Соединение установлено успешно. Абонент не отвечает».

Три гудка. Пять. Семь и даже десять. Сколько надо времени чтобы ответить на вызов, если никакого вызова не ждёшь? А может быть их нет дома? Я сейчас звонил по старому номеру надеясь, что Екатерина не сменила его, не перешла на другой. Двенадцать гудков. Четырнадцать.

Мысленно попытался пересчитать время на лунное, но затея обречена на провал с самого начала. Если бы я ещё знал в каком часовом поясе нахожусь я сам, то тогда…

Шестнадцать гудков – наверное нет смысла ждать дальше. Но я решил ещё немного посидеть и послушать и оказался вознаграждён за своё долготерпение.

Надпись «Абонент не отвечает» исчезла. Вместо неё пробежали, быстро сменяясь одна за другой, такие надписи, как «установка приватного соединения», «обмен ключами шифрования» и так далее. Экран оставался тёмным как неизведанные глубины далёкого космоса, вызов с той стороны приняли без видеоканала.

– Кто это? Ало! Ало!
– зачастил я.

Со своей стороны я транслировал видео, и собеседник мог меня видеть.

– Проклятая пауза, задержка сигнала. Чуть больше, чем одна секунда - кажется совсем немного, но, чтобы разговаривать с собеседником, чтобы его постоянно не перебивать, требуется привычка и размеренность.

– Папа?

Экран посветлел, с той стороны включили видео. Но я узнал голос за мгновение раньше, чем включился видеопоток.

– Здравствуй, принцесса, как ты там?

Экран показал лицо моей старшей дочери – Екатерины. Молодая, но уже взрослая женщина, хотя для меня она навсегда останется маленькой звёздной принцессой, в которую так обожала наряжаться. Звёздное платье, обильно обсыпанное блёстками и сверкающими разноцветными точками - микродиодами завязанными на общий контроллер для синхронного управления ими. Звёздные туфельки с острыми носиками. Звёздная корона – обязательный атрибут принцессы. Принцессам без короны совсем нельзя. Ещё был костюм боевого робота, в котором Катя ходила на утренник в школе и даже заняла второе место в конкурсе на самый лучший костюм.

Помню, как она радостно носилась по квартире вернувшись домой с призом выкрикивая: -Я робот! Нет, я принцесса! Я принцесса, которая управляет боевым роботом!

А маленький Арктур, он тогда ещё ходил в садик, бегал следом за сестрой, смеялся, плакал, скандалил и требовал, чтобы приз за второе место на конкурсе костюмов отдали бы ему потому, что как это так – сестре дали, а ему нет. Нечестно!

– Папа?!

– Катя!

Она выглядела усталой и обеспокоенной. Круги под глазами и пара морщинок, совсем мелких, но сам факт – морщины на лице совсем молодой женщины. Лицо закрывает весь экран, но я вижу на заднем фоне какое-то производство, опять же доносились характерные звуки.

– Ты не дома?

Дочь включила автозамену и размытие фона.

– Смена почти закончилась, -объяснила она.
– Думала Ванька звонит, занятия у него отменили или ещё что. А это ты, папа.

Подтверждаю очевидное: -Да, это я.

Дочь явно не может долго говорить, поэтому не теряю времени и спрашиваю: -Мама не вернулась?

– Всё также в психу… больнице. Навещала её на прошлой неделе. Раньше мы с Ваней вместе ходили, но потом он отказался. Сказал, что не может видеть маму такой пассивной. Её там держат на транквилизаторах и совсем ничего нельзя с этим сделать. Я бы тоже не ходила, чтобы не видеть её в том состоянии, но думаю, что маме приятно, когда к ней приходят. Думаю, внутри она понимает, что к ней пришли, -поделилась Екатерина.

– А что Ваня?

– Учится в школе. Пытаюсь присматривать за ним, но он не слушается. Говорит, что я не мама и совсем не слушается, -пожаловалась дочь.
– Связался с какой-то компаний и пропадает там с утра до ночи, мне иногда звонят из школы, что он пропускает уроки. Пытаюсь что-то сделать, но что я могу? Говорить – так он мои слова пропускает мимо ушей. Отобрать планшет, коммуникатор и прочие гаджеты – так он уже здоровый лоб, скорее у меня коммуникатор отберёт, чем я у него.

Что если снова объявят дополнительный набор в армию? Что если на этот раз будут брать даже школьников? Таких проблемным хулиганов отправят туда первыми, за них школа не будет держаться и бороться за них не станет тоже. За одного брата боюсь каждый день, если придётся бояться за двоих – я не выдержу.

Мы с Ваней почти как чужие. Живём вместе, а увидится, получается, хорошо если пару раз в неделю.

– Бедная моя принцесса, -говорю ей.

– Ничего!
– вздёргивает нос Катя.
– Я сильная, я справлюсь!

Говорю: -Пытался звонить вам раньше, но…

– Знаю, -кивает Катя.
– Это Арктур, когда жил с нами, не хотел, чтобы мы с тобой говорили. Он даже заблокировал сторонние вызовы, чтобы ты не мог дозвониться. Я сняла блокировку, когда его забрали на фронт. Чуть было не забыла вернуть обратно, когда вернулся на две недели отдыха и потом снова сняла.

Говорю: -Спасибо, солнышко.

Дочь качает головой отказываясь принимать благодарность: -Я только хотела ещё пару раз поговорить с тобой, папа. Пусть даже ты и предатель.

– Я никого не предавал!

– А свободную Луну, а нас, а маму?

– Вас бы я не предал ни за что на свете, -жарко говорю я.
– Что до Луны, то это она предала меня и вас тоже и многих-многих других.

– Не хочу этого слышать, -говорит дочь.

– Нет! Послушай!

Она отключает связь.

Вот и поговорили.