Чтение онлайн

Сбежав по ступенькам на первый этаж, я понял, что опоздал окончательно. Эйдленов нигде не было, по холлу разве что вахтерша сновала туда-сюда, пытаясь блюсти порядок. Подбежав к гардеробу, я занервничал от того, как долго гардеробщик тащился до моей куртки, оглушающе громко шаркая ногами. Наконец, вырвав из его рук заветный пуховик и услышав недовольное бурчание, я вылетел на улицу. Куртку я все еще сжимал в руках, не удосужившись надеть сразу, и на рукава фиолетовой толстовки тут же начали опускаться снежинки.

Я достал телефон, на экран сразу опустились хлопья снега. Под пальцами они таяли, и я пытался скользить по сенсорному экрану. Гаджет постоянно зависал, но я все-таки набрал Кристину. Метель усиливалась, и чем дальше я уходил от консерватории в сторону набережной, тем сильнее снег бил мне в лицо. Кое-как накинув пуховик, я зажал трубку между плечом и ухом. Гудки были слишком долгими, и каждый раз я надеялся на ответ, но его не было.

Крис сняла трубку, когда я уже хотел сбросить звонок.

– Я работаю, Родь, руки в масле. Че надо?

– Эйдлен сирена, – с надрывом выпалил я, задыхаясь от собственных мыслей. – Понимаешь?

– Родь. – Она понизила голос. – Мы вчера об этом говорили, про Алису… Я знаю…

– Мишель! – закричал я. – Мишель! Не Алиса! Я знаю это точно, и Алису надо спасать, Крис!

На другом конце трубки повисло сдержанное, тягостное молчание. Я слышал только тяжелое дыхание и шмыганье носом. Потом – нецензурную брань.

– Я знала, что он мутный! – будто с торжеством в голосе выдала Кристина. – Мутный и какой-то нечеловечески, блин, притягательный! Таких людей просто не бывает, но это логично, он ведь не человек…

Рассуждения Крис лились нескончаемым потоком, половину фраз я пропускал мимо ушей, и в итоге мне это надоело.

– Замолчи! – рявкнул я. – И послушай, пожалуйста! Нам надо спасать Алису, он увел ее с собой. А еще Мишель понял, что я все знаю, поэтому ей точно грозит опасность…

Крис и правда замолчала, переваривая мною сказанное. Я слышал, как на заднем фоне громкие мужские голоса пытались вернуть ее к работе, но Крис быстро послала их, не церемонясь. Я уже дошел до середины набережной.

– Я еду к Эйдленам, – сказал я.

– Не совершай глупостей, Родь, пожалуйста, – взмолилась Крис. – Ты не представляешь, что с этой силой делать. Не лезь под удар…

– Я постараюсь.

Я соврал: первое, что я собирался сделать, – полезть под удар, чтобы попробовать освободить Алису. Я бы себе никогда не простил, если бы не попытался ей помочь.

До Эйдленов добираться было долго, и я впервые влез в морельскую маршрутку. Погрузившись в свои мысли, я не замечал ни давки, ни толкотни и поднял голову, только когда меня окликнул водитель, потребовав оплатить проезд. Найдя в карманах мелочь, я прижался лбом к перилам и закрыл глаза. Впереди было еще несколько остановок, но маршрутка летела, словно реактивный самолет, поэтому и десяти минут не прошло, как я уже снова вышел на холод.

Их район на отшибе пусть и считался элитным, но все равно навевал тоску. Монументальные дома, выстроенные за баснословные деньги, больше напоминали мрачные крепости и безжизненные хоромы, нежели уютные жилища. Эйдленовский особняк находился в самом конце района, на Красноармейской, и я все еще помнил, какие монументальные скульптуры украшают их забор.

Дом выглядел совсем понуро. Темные облака, нависшие над ним и готовые вот-вот разразиться метелью, только добавляли тяжести. Я нервно переминался с ноги на ногу, никак не решаясь нажать на звонок. Но в гостиной горел свет, поэтому я понимал: они там, внутри.

Мишель держал Алису в заложниках, и это волновало меня даже больше того, что он – сирена.

Наконец я поднял руку и решительно вдавил кнопку звонка. Его трель я услышал даже здесь, стоя за оградой. В доме резко распахнулась входная дверь, и по почти неслышным шагам я узнал Эйдлена. Кажется, он не сомневался в том, что я приду.

Калитка, скрипнув, приоткрылась всего на несколько сантиметров. Но этой щели хватило, чтобы увидеть точеный профиль с греческим носом, а потом наткнуться на холодный взгляд карих глаз.

– Уходи, – мягко произнес Эйдлен, улыбнувшись одним уголком губ. – Тебе здесь не рады.

– Я хочу видеть Алису.

– А она тебя нет. Не стоило бить ее любимого брата… Кажется, теперь она немножко на тебя злится.

Он иронизировал, выкаблучиваясь передо мной, а мне хотелось вдавить его спиной в забор и пересчитать каждый выступающий позвонок. Потом – смять кости, чтобы он не шевелился больше, и, переступив через него, зайти в дом. Я сжал было кулак, но Мишель поцокал языком и погрозил мне пальцем.

– И не думай, – пропел он. – Иначе Алиса может отправиться в мое царство…

– Твое царство? – Я якобы в недоумении вскинул брови, притворившись, что ничего не понимаю, но Мишель звонко рассмеялся.

Он, гадина морская, смотрел в самую душу: точно знал, что мне известно все. Я сам, как завороженный, рассказал ему о бирюзовой крови, найденной в гримерной. О своих подозрениях, что сирена – кто-то из студентов. О том, что мы с Кристиной ее ищем. А он изначально водил нас за нос.

– Не прикидывайся дураком, тебе не идет, – вяло отмахнулся он. – В общем, Родион, уходи. Не лезь ни ко мне, ни к Алисе. И останешься цел… Может быть.

Он сверкнул белозубой улыбкой, и я снова заметил, какие острые у него клыки. Раньше не присматривался, сосредотачиваясь на белизне, отражающей свет. Теперь же казалось, что об его улыбку можно распороть кожу, как о бритвенное лезвие.

– Я хочу с ней поговорить, – настаивал я.

И тогда Мишель распахнул калитку, а потом толкнул меня в плечо. Не устояв на ногах, я рухнул прямо в грязь, проехавшись задницей по клумбе с зимними цветами. Штаны мгновенно промокли от грязи и мокрого снега. Я попытался подняться, но Эйдлен навис сверху, прихватив меня за воротник пуховика и хорошенько встряхнув.

– Не мешай мне, – процедил он. – Будешь докучать, я тебя уничтожу.

– Я все равно с ней поговорю, – прошептал я.

– Мишель! – услышал я голос Алисы у калитки. – Пойдем домой…

Выглянув из-за Эйдлена, я пристально посмотрел на нее. Алиса окинула меня холодным взглядом, леденящим душу, и я чуть не грохнулся обратно. В голубых глазах и без морока жизни было мало, а теперь Мишель высосал ее остатки. Я бы не удивился, узнав, что он поддерживает человеческую форму за ее счет.