Чтение онлайн

Может, она не любила его так, как любила Сергея.

Но он был её мужем. Основой её мира.

Мы остались одни.

Я, мама и Сергей. В этом огромном пустом доме.

Мин Джи исчезла - уехала куда-то сразу после скорой. Слуги попрятались. Тишина была оглушительной.

Мама сидела в гостиной, листала журнал. Сергей стоял у окна - смотрел на сад.

На тот самый сад.

Я смотрела на его спину.

И вдруг - решилась.

– Сергей, - сказала я.
– Можно тебя на минуту?

Мама подняла глаза.

– Ева?

– Всё хорошо, мам. Просто хочу кое-что спросить.

Сергей повернулся. Посмотрел на меня - настороженно.

– Конечно, - сказал он.
– Пойдём.

Мы вышли в коридор. Отошли от двери гостиной - достаточно далеко, чтобы мама не слышала.

– Что случилось?
– спросил он.

Я посмотрела ему в глаза.

– Я видела вас. Прошлой ночью. В зимнем саду.

Его лицо изменилось.

Мгновенно. Резко. Как будто я ударила его.

– Ева…

– Я видела, как ты обнимал её. Как гладил по волосам. Как она плакала у тебя на груди.

– Это не то, что ты думаешь.

– Нет?
– я чувствовала, как во мне поднимается злость.
– А что это тогда? Объясни мне. Потому что для меня это выглядело как предательство.

– Я не предавал Марину.

– Ты обнимал другую женщину посреди ночи!

– Я утешал её!
– он повысил голос, потом осёкся. Оглянулся на дверь гостиной. Продолжил тише: - Она плакала. Была в отчаянии. Я не мог просто уйти.

– Не мог? Или не хотел?

Он молчал.

Смотрел на меня - с болью, с виной, с чем-то ещё, чего я не могла прочитать.

– Ева, - сказал он наконец.
– Юна была моей женой. Мы прожили вместе пять лет. У нас есть сын - твой Тэджун. Я любил её. Очень сильно.

– Любил? Или любишь?

Пауза.

Долгая. Мучительная.

– Я не знаю, - прошептал он.
– Но забыть не могу. Двадцать лет прошло - а я не могу забыть. Не могу перестать.

Мир пошатнулся.

Я знала. Чувствовала. Но услышать это вслух - было как удар.

– А мама?
– мой голос дрожал.
– Ты вообще любишь её? Или она просто… замена?

– Нет!
– он открыл глаза.
– Марина - не замена. Я… я привязан к ней. Она хорошая женщина. Добрая. Тёплая.

– Привязан?
– я почти смеялась.
– Привязан - это собака к хозяину. А она думает, что ты её любишь!

– Ева, послушай…

– Нет, это ты послушай!
– я шипела, боясь, что мама услышит.
– Моя мать бросила всё ради тебя! Переехала на край света! Поверила, что наконец-то нашла счастье! А ты - ты до сих пор любишь другую женщину!

Он молчал.

Смотрел на меня - с болью, с виной.

– Что ты собираешься делать?
– спросила я.

– Не знаю.

– Ты расскажешь ей?

– Ева…

– Она имеет право знать!

– Я знаю.
– Он провёл рукой по лицу.
– Я расскажу. Когда вернёмся домой.

– Почему не сейчас?

– Потому что сейчас - ты главное. Мы приехали ради тебя. Чтобы забрать тебя отсюда.

– Когда?
– прошептала я.

– Как только Пак Мин Хо станет лучше. И тогда - мы улетим.

Я кивнула.

Но внутри - внутри всё болело.

За маму. За её разбитое сердце, которое ещё не знало, что оно разбито.

Вечером позвонил Тэджун.

– Ева? Ты слышишь меня?

– Слышу.

– Слава богу. Я так волновался. Как ты?

– Нормально. Твой отчим в больнице.

– Я знаю. Мама звонила.

– Мне осталось две недели, - сказал Тэджун.
– И я вернусь.

– Ты уже обещал.

– На этот раз - точно. Я вернусь, Ева. К тебе. К нашему малышу.

Я хотела верить.

– Ладно, - прошептала я.
– Две недели.

Ночью мне приснился сон.

Я стояла на краю обрыва. Внизу - море. Чёрное, бушующее.

За спиной - голоса.

Юна: «Он всегда любил только меня».

Мама: «Почему ты не рассказала мне правду?»

Сергей: «Я не могу забыть её».

Тэджун: «Прости, Ева. Я не могу выбрать тебя».

И вдруг - толчок.

Кто-то толкнул меня в спину.

Я падала - вниз, в черноту.

И кричала.

Я проснулась в поту.

Сердце колотилось. Живот болел - странной, тянущей болью.

Я села в кровати. Зажгла лампу.

И увидела - на простыне - красное пятно.

Кровь.

Глава тридцать шестая

Я смотрела на красное пятно на простыне.

Маленькое. Размером с монету. Но в ночной тишине, в свете лампы оно казалось огромным. Оно кричало. Оно выло. Оно говорило мне то, что я боялась услышать.

Кровь.

Моя кровь.

Кровь моего малыша.

– Нет, - прошептала я.
– Нет, нет, нет…

Руки тряслись, когда я откинула одеяло. Посмотрела вниз - на свою ночную рубашку.

Ещё пятно. Больше.

Живот скрутило болью - резкой, тянущей. Я согнулась пополам, обхватив себя руками.

– Мама!
– закричала я.
– Мама!

Тишина.

Стены этого дома были толстыми. Слишком толстыми. Никто не слышал.

Я попыталась встать - и ноги подкосились. Упала на колени. Холодный пол обжёг кожу.

– Помогите!
– кричала я.
– Кто-нибудь!

Боль накатывала волнами - каждая сильнее предыдущей. Я ползла к двери - на четвереньках, задыхаясь, оставляя за собой красные следы на белом мраморе.

Дверь.

Ручка.

Я дотянулась, потянула - и вывалилась в коридор.

– Мама! Сергей! Кто-нибудь!

Где-то хлопнула дверь. Шаги - быстрые, испуганные.

– Ева?
– голос мамы.
– Ева, что…

Она увидела меня.

На полу. В крови. Скорчившуюся от боли.