Чтение онлайн

— Готовность! — скомандовал Руис, оценивая расстояние до пришельца и его примерную скорость. Не опоздать бы.

Только Мика пригляделся внимательней и бросил небрежно:

— Не. Какой-то живой припёрся.

Ложная, что ли, тревога?

— Новичок, — не особенно всматриваясь, определил Рамирес.

— А тебе почём знать? — мигом заелся Мика. Руис бы тоже спросил: он Рамиреса недолюбливал, а новички по небезопасным дорогам Эр-Мангали в одиночку пешком не ходят... Но не биться же об заклад с тем, кто тебя ниже!

— О! — сказал Пако меж тем. — Вижу второго.

— Тоже, поди, новичок? — издеваясь, хихикнул Мика.

— Нет, — едва поглядев, поспешил возразить Рамирес. — Этот как раз дохлый.

— Готовность! — повторил Руис на всякий случай.

Пока странная пара фигур приближалась, Пако с Микой успели ещё поспорить, успеет ли вторая догнать первую. Выиграл Пако, хотя шансов у Мики было, поди, побольше: расстояние-то между пришельцами сокращалось, и новичок не подумал ни обернуться, ни толком прибавить шагу. А ведь если бы лютый зомбак настиг, тут бы ему новичком и навек остаться! И причём безымянным, ибо никто бы тогда вообще не узнал никакого Майка Эссенхельда. Да и что его знать-то? Парень лет двадцати пяти, каких много.

Новичку в тот раз повезло. Просто потому, что немного спрямил путь, а зомбак за его спиной шёл по заданной траектории. Расстояние между ними из-за этого вновь увеличилось; до моста добрались поодиночке.

— Новичок, что ли? — спросил Мика.

— Ага, — подтвердил парень.

Имени никто не спросил: не о том же спорили.

— А чего один идёшь?

— Так получилось.

Руис ухмыльнулся:

— Не разговорчивый… — Впрочем, оно и к лучшему: некогда болтать. — Ладно, проходи.

Но добро бы ему спокойно пройти, так уж нет. Парень, верно, решил опровергнуть характеристику «не разговорчивый» — и решил задержаться, развлечь охрану моста неспешной беседой. Ляпнул совсем уж тупое:

— Что вы тут делаете, ребята?

— А ты не видишь? — удивился Руис.

И Рамирес тогда разъяснил:

— Мост охраняем. Следим, чтобы ни один мерзкий зомбяк не перебрался через реку! — Мол, иди-ка, паренёк, подобру-поздорову. Что не понятно?

Но любопытство этого самого Майка Эссенхельда на том не утихомирилось. Словно умнее всего не бежать от зомби, а именно их дождаться. Парень круглил глаза на огнемёты системы «цфат», на кустарно приделанные к ним ёмкости с напалмом. Руис успел подумать, что следующий вопрос дурачок задаст об оружии, хоть не такому же ботанику, как он, на сей счёт блеять!..

Отослать Эссенхельда вовремя не получилось. Тот зомбяк, что за ним пристроился, вдруг опасно ускорился в своём нелепом движении.

Пако рявкнул:

— Вон он!!!

А зануда Мика затеял ещё пояснять, дескать, подлый гад специально пристроился к новичку, чтобы тихо добраться от самого перевала. Идиотское пояснение, что и говорить: если бы зомбаки были настолько умны, в чём же тогда их от живых отличие?

Дабы пресечь разговорчики, Руис возвысил голос, призывая самых трепливых:

— Пако, Рамирес, Мика — вперёд! Жги мерзавца!

Дальше — рутина. Тренированные действия троих огнемётчиков, не желающих пропустить горящего мертвяка на деревянный мост. Подлый зомбак превратился в факел, но продолжал ещё двигаться — эти такое умеют.

Тем не менее в полудюжине метров от моста факел успешно рухнул. Повезло ещё, шёл один. Будь их, к примеру, трое, вшестером еле-еле бы справились. Ну а коль зомбяков чёртова ватага — не удержать их никак иначе, только подпалив заодно с мостом.

— Повезло, — прокомментировал Пако.

Обернулись, а живой новичок ещё тут, и глаза любопытные, и вопросики дебильные о зомбаках наготове.

— А ну проходи! — потребовал Руис. — Нечего тут!..

А Рамирес вдогон посоветовал:

— Забудь, что видел. В посёлке о зомбяках ни слова, понял? Решат, что ты сеешь панику — печень отобьют. А она ведь у тебя одна.

Это он хорошо завернул про печень, даром что слишком заносится. Произвёл впечатление на новичка. Тот, поди, поостережётся теперь в Бабилоне расспрашивать. Кстати, целее будет. Ведь охране внутри периметра — жлобоватым ребятам с Плюмбума — им и правда недорого стоит отработать любопытным по печени.

— Странный тип, — сказал Мика, хмуря морду вслед Эссенхельду.

— Нездоровое любопытство, ага, — согласился Пако, — до добра не доводит.

— Не о том я! — Мика сплюнул с моста.

— Так о чём?

— Как бы не оказалось, что паренёк того зомбака нарочно привёл, вот и зубы нам заговаривал, чтобы ловчей провести в посёлок…

— Не выдумывай! — поморщился Руис.

Ну а тот:

— О заклад бы побился: дело с парнем нечисто!

— Ерунда, — подытожил Руис. — Да и как доказать?

Имя у Эссенхельда так в тот раз и не выяснили: недосуг было спрашивать, да и не их задача. Но запомнили, как он выглядел. Если Мика недоброе заподозрил, то и всем другим по том случае вроде занозы оставил. Даром, что Мика по жизни такой занозистый: как застрянет на чём, вездеходом оттуда не сдвинешь.

2

Что Эссенхельда зовут Эссенхельдом, это сделалось ясно вместе с его специальностью. Парень-то, как выяснилось, ксенозоолог. Пако трепался о том уже через день, стоя на том же мосту. Помните, мол, позавчерашнего новичка? Ну, за которым зомбак пристроился? Так он вот кто таков!

А на Эр-Мангали с ксенозоологами туговато — с тех самых пор, как поганые хвандехвары сгрызли-сжевали старину Гринчестера. И вся планета в курсе: ксенозоология очень важна. Дело не только в авторитете покойного учёного. Дело, скорее, в том, насколько иначе стали вести себя ксенотвари после его смерти. Оказалось, Гринчестер при жизни на них влиял, а как умер, так перестал.

Кто живёт на планете, тот в курсе: ксенофауна Эр-Мангали — те ещё звери. Нападают на колонистов отчаянно, просто чтобы напасть. Террористы четвероногие — так их потом обозвал озорник Рамирес. Он не прав, но лишь потому не прав, что четыре ноги — не обязательный признак. А террористы — ну да, это да: животные-террористы. Чтобы суметь перестать провоцировать их на террор, нужен планете второй Гринчестер.

У Гринчестера был ученик Альварес. Но у этого, как говорил Рамирес, не планетарный размах. Мелок Альварес, мелок. То, чему он успел научиться, выглядело не круто. Ну, и в Новом Бабилоне он не пришёлся — в Джерихоне осел. Там он, наверное, пригодился, раз прикормили, да так и не выгнали. Но Бабилон-то… Бабилон-то остался голым.

— Ксенозоолог? — Мику аж перекосило. — Кто угодно так назовётся! Лишь бы тяжело не работать, а изучать зверей и подражать Гринчестеру.

Пако терпеливо напомнил: