Чтение онлайн

– Это не худшая работа, но близка к этому. Мой брат был в этом лучше меня. Он опустил голову и работал, после того как я ушел для других работ, - его руки замерли, пальцы были у моего локтя. Я склонила голову, чтобы проверить, не смотрит ли он на жуткий ожог, который упустил до этого. Но, когда он увидел мое движение, он тряхнул головой и продолжил. – Дольше всего я разносил почту. Бегал по городам с посланиями. Когда Лиль ушел работать на Ассамблею, они не знали, что делать со мной, так что оставили гонцом.

– И ты хочешь это продолжить? – спросила я. – Или выбрал бы что-то другое?

– О, нет, мне нравится. Нравятся люди. А людям нравлюсь я. И мои уловки пригодились. Я могу делать нечто ценное.

– Как крутить пои.

– И это, хотя, наверное, это единственный мой талант, что я не считаю глупым.

– И я, - сказала я и подозревала, что покраснела. – Когда ты научился?

– Давно. Шестнадцать, семнадцать лет мне было, не помню. Не сразу научился.

– Это очень сложно?

Он размазал остатки меда на моем запястье.

– О, немного, но долго я учился, потому что времени на это было мало. К счастью, ночью этому учиться можно, и я мог делать это после работы и школы.

– А твоя семья? Есть еще кто-то?

– Только Лиль. Но этого хватает. Обо мне нужно знать лишь, что я могу стоять на голове и люблю выпечку. Расскажи о себе. Потому что ты уже оказалась не такой королевой, как я ожидал.

– Ты ожидал королеву, какой я была четыре года назад, - сказал она, он закрыл горшочек меда. – Но в нашем изгнании многое изменилось.

– Понятное дело. Готовясь принять тебя, сенатор Анслет думала, что ты заказываешь новое платье из шелка из Самны каждое солнцестояние.

Я посмотрела в окно.

– Так было. Но в свете произошедшего мои прошлые стремления кажутся… глупыми.

– Жарче пламя, крепче сталь. Так моя мама тебе сказала бы.

– Да? Какой она была?

– Человечной. Но сейчас мы говорим о тебе, - он размотал чистый бинт. – Ты заботилась о братьях?

– Немного. Они уже не дети. Но Кольм, средний брат, горевал по жене, а у младшего брата Арлена буйный характер. Да, мне пришлось тянуть их за собой. И нам часто попадались странные работы.

– Ныряли?

– Порой. Я работала портнихой в Санмартене почти год. Меня были готовы взять в напарники, - я улыбнулась, вспомнив тот забавный разговор. – Хозяйке понравились мои лидерские качества.

Он рассмеялся, заматывая мое запястье.

– Кто бы мог подумать?

– Я бы работала там, если бы не пришлось убегать на север, когда Арлен выдал наши личности посреди зимы. Я могла задушить его, но, если бы он это не сделал, мы бы не встретили Мэй.

– Эту историю я хотел бы услышать, - сказал он, закрепляя бинт. – Но я чую яйца, не хотелось бы мешать дамам повздыхать из-за твоих волос, - он встал на ноги. – Ты не решила, хочешь ли их обрезать?

Я провела рукой по опаленной части, грубой и спутанной, хотя я их хорошо расчесала.

– Не уверена. Я избегала зеркала. Но стоит сделать что-то до встречи с Ассамблеей. Все так ужасно?

– Леди королева, из вашей головы могли расти камыши, но вы бы выглядели величественно. Но если по теме… - он посмотрел на приоткрытую дверь. – На заметку, когда кто-то рядом собирается зажечь гранату-вспышку, мы кричим «слепой». И все, кто понимает это, прикрывают глаза.

– Слепой.

– Да. Надеюсь, в пути это не потребуется, но на всякий случай я сообщил, - он вытянул руку. – Завтрак?

Я вложила ладонь в его и встала, размышляя, стоит ли озвучивать просьбу. Он закрывал аптечку, я сказала:

– Ро.

– Хм?

– Мне понравилось, как ты крутил в Лилу. Может, я смогу увидеть это еще раз?

Он сунул аптечку под руку и подставил мне локоть.

– Если выйду с пои, дам тебе знать. На это сложно найти время.

Я не стала упоминать, что часто просыпаюсь до рассвета. То, что он это не сказал, говорило, что он не хотел бы, чтобы я видела его утром. Почему? Не хотел выступать для остальных? Я вспомнила, как он жонглировал для детей, как наигрывал на мандолине, как пел в лодке, так что отмела боязнь сцены. Нет, это было то, что я не могла понять, и я не знала, как спросить, не выдав себя. Это нужно обдумать.

Я обхватила его локоть. Мы вместе прошли к двери в коридор, следуя за запахом жареных яиц и ветчины.

Джемма выглядела лучше в чистом нижнем платье. Я все еще не смогла понять, почему она предпочитает закрытую одежду – было ли это из-за их культуры или моды. Она провела утро на «Болотном зайце» со своими чернилами, заполняла страницы иллюстрациями растений, игнорируя остальных. В пути Ро поймал на борту насекомое – вроде, стрекозу – и принес ей. Она на миг оживилась, тишина сменилась восклицаниями про размер и радужный цвет, забрала стрекозу из его рук, не дрогнув, и начала разглядывать. Я поежилась, все еще не понимая алькоранскую королеву. Она уже доказала, что у нее острый ум, есть навыки стратегии, познания. Но она со слепой странной верой цеплялась за Пророчество. Что же там было, и, что важнее, как привести ее в чувство?

Мы встретили Рыбьеглаза, который снова посоветовал западный путь по ручью Темпер. Он ругал Ро за упрямство, его усы дрожали от раздражения.

– Мы завтра срежем, - сказал Ро, перебивая его. – Завтра пересечем реку и к Мрачному лугу.

– Нельзя там плыть с востока, дубина! – воскликнул яростно Рыбьеглаз, и Мирабель на его плече покачнулась.

– Мы сможем. Дожди были хорошими. Ручьи будут полными.

– Ха! – он топнул по лодке. – Если тебя схватят люди Селено, я буду стоять в толпе и кричать, что я тебе говорил, - он ткнул берег шестом и уплыл.

Ро обещал, что остановка в Туманной топи будет приятной.

– Хорошая семья, - сказал он. – Тоссенты. Их старшая дочь, Элоиз, увлечена мной, так что с нами обойдутся хорошо, - я вскинула бровь и подавила выражение, поражаясь внезапной вспышке раздражения в себе.

К счастью, он не заметил.

– Они живут на холме, - продолжил он, – так что будет видно немного Первого огня в деревне, - он вздохнул. – Там дает лучшие представления мастерица с посохом, хотелось бы, чтобы ты ее увидела, королева Мона. Там много зрелищ. Ходящие по углям, дышащие огнем, еще и еда, - он застонал и прижал руку к животу. – Жаль, что мы все пропустим.

– Может, я смогу приплыть в следующем году, - услышала я себя.

– Не пожалеешь. И тогда будет лучше. Мы покажем тебе лучше города на линии «Уголь», и ты сможешь по пути съесть все праздничные пироги и выпить весь кофе со специями.

– Осторожно.

– Прости, я перегибаю…

– Осторожно, - повторила я и указала.

Мы отскочили от корней кипариса, пока он прислонялся к шесту. Тихий вскрик, чернила Джеммы вылились из флакона. Темное пятно перекрыло иллюстрацию, над которой она работала, но она смотрела на рукав нового платья, который теперь был в черных точечках.