Чтение онлайн

Он приблизился и прижался губами к моей шее.

Я отдернулась.

– Ро! Клянусь…

– Я весь темный внутри, Мона, - сказал он. – Во мне нет Света.

– Ты пьян, - сказала я, запихивая все в швейный набор. Я спешно повязала его лоб тканью и оттолкнулась от дивана. Скрипнула лестница. Джемма спускалась в плаще. Она увидела нас и замерла.

– Луна и звезды, он в порядке?

– В полном, - радостно сказал Ро, сжав ладони на груди, закрыв глаза. – Вы знали, что Мона умеет сшивать и плоть? Стежки, наверное, даже не видно. Разве она не прелесть? Как вы? Хотите завтрак?

Я показала ошеломленной Джемме почти пустую бутылку бренди.

– Не в себе.

Дверь вдруг загремела, из гостиной вышел Грис в длинной ночной рубахе, опираясь на трость.

– Что за шум? – прохрипел он. – Знаю, Первый огонь, но вы не могли не устраивать празднования в прихожей…

– Нам нужно идти, дядя Грис, - сказал Лиль, пересекая порог. – Люди нас ищут. Могут прийти сюда.

– Пускай, мальчик мой! – проревел Грис удивительно бодро. Он взмахнул тростью. Они уже сюда приходили, и я их прогнал! Им тут делать нечего! – он посмотрел на меня. – Ох, посмотри на свои волосы!

– Идем, - сказал Лиль, подойдя к дивану. Он закинул руку Ро на плечи и поднял его на ноги.

– Огонь и дым… - Ро пошатнулся, пытаясь опереться на брата.

– Идем, - Лиль потащил его к двери.

– Робидью! – Грис ткнул Ро в ребра тростью. – Передай маме привет от меня!

– Хорошо, - бодро сказал Ро. Мы вышли за дверь и направились по тропе.

Лодка уже покачивалась на воде ручья.

– Все, в палатку, - сказал Лиль, отодвигая ткань на проходе и бесцеремонно толкая туда Ро.

– Никто не нужен на корме? – спросила я. Мне ли говорить, у меня и навыка грести не было.

Он тоже не обрадовался этой идее.

– Мы отправимся по реке к Мрачному лугу. Путь дольше, но вдали от городов. В палатку.

Я с неохотой последовала за Джеммой в палатку. Она сжалась с одной стороны ширмы, укуталась в плащ. Ро уже растянулся на другой. Я села у входа, обхватила колени и сжалась, как мяч.

– Я весь темный внутри, Мона.

Я взглянула на Ро, его руки лежали по бокам. Я поняла, что его пои остались в деревне.

– Почему бы тебе не поспать, Ро?

– У него была семья. У Акацали. Жена и две маленькие девочки. Он гулял с ними вдоль реки. У них были хвостики, - он указал на голову. – Он был не плохим. Просто слушался. Может, ему и не нравилось управлять заводом. Многие алькоранцы ненавидят местных. Им нужны свои просторы, а не болота, да, люди каньона?

Я посмотрела на Джемму. Она глядела на меня в темноте, приподняв брови.

– Маму это подкосило. Тебе она понравилась бы, Мона. Вы с ней похожи. Она была чудесная и пылкая, как ты. Элои хотя бы ранил ее только раз, умер и все. Я просто жил, недоразумение на месте сына, испортившее все. А там и болезнь. Она уже устала к тому времени. Устала убирать за мной. Всегда думал, выжила бы она в другом случае? Конечно, ведь мы не покинули бы Темпер, а туда чахотка не дошла.

Он выдернул нить из матраса под собой, смотрел на крышу палатки.

– Знаешь, почему я кручу пои, Мона? По утрам? Потому что я темный внутри, - он взмахнул руками. – Может, если я окружу себя Светом, он вернется в меня со временем.

Его руки опустились на пол, он притих. Вода шумела о борт, шест Лиля задевал палубу. До нас доносились звуки музыки и веселья. Стена палатки справа засияла – мы миновали деревню. Люди кричали лодке, желали Лилю счастливого Первого огня. Он не ответил. Я не слышала чего-то про королеву или Робидью. Над нами ткань вспыхивала от фейерверков в воздухе.

Ро поднял ладонь к лицу. Он тихо застонал.

– Голова болит.

Я подобралась к нему. Он провел ладонью по лицу, умному лицу, что было истощено. Я подняла его голову и опустила на свои колени.

– Завтра будет болеть сильнее, - сказала я, покачивая его голову в своих ладонях. – Спи. Просто спи.

Он нашел мою руку, снова прижал мои пальцы к своим губам, закрыв глаза. Он вздохнул. Его дыхание стало глубже. Его лоб расслабился. Я гладила его щеку, волосы. Он все еще был пьяный. И я все еще ощущала действие ликера. Потому и склонилась, а потом поцеловала его перевязанный лоб.

– О, Ро, - прошептала я. – Ты идиот.

Я резко проснулась, когда распахнулась ткань на входе палатки. Кто-то быстро и тревожно говорил, я не сразу различила слова в темноте.

– Ро! Ро! Проснись!

Я сидела у столбика палатки в углу. Голова Ро лежала на моих коленях, его пальцы были переплетены с моими. Я не видела его в темноте, но я ощущала его глубокое дыхание.

Лиля на входе озаряла луна. Он просунул шест в палатку и ткнул брата в живот.

– Ро! Мона, встряхни его и разбуди!

Я моргнула пару раз в темноте.

– Лиль, что…

Он схватился за сапог Ро и дернул. Голова Ро слетела с моих колен и стукнула по палубе. Он застонал и пошевелился.

– Лиль! – воскликнула я. – Что с тобой такое?

– Впереди на реке алькоранцы, - прошипел он, тряся брата. Ро отмахивался. – Вставай, идиот, ты нужен впереди!

Я услышала, как Джемма пошевелилась за ширмой.

– Алькоранцы? – прошептала она.

– Оставайтесь на месте, - выдавил Лиль, указывая на нее шестом. – Я не буду затыкать вас кляпом. Не шумите, - он усадил брата. Голова Ро свисала, руки лежали на полу.

– Лиль, - тревожно сказала я. – Он не может встать. У него было сотрясение. И похмелье.

– Это его вина. Я не собираюсь плыть к блокаде Алькоро из-за пары глупых решений, - он потащил брата из палатки. – Оставайтесь здесь.

Я встала на колени и вышла за ними на палубу. Мы были привязаны к кустику рядом с широким ручьем, веревка натянулась против потока. Чуть дальше во тьме сиял фонарь.

Вдали сиял красный фонарь.

– Что я говорил? – рявкнул Лиль, поднимая Ро на ноги.

– Не приказывай мне, - сказала я. – Почему Алькоро перекрыли эту реку? Я думала, их беспокоит основной канал.

– Спросишь у них сама через пару минут, если этот болван не очухается, - он ткнул Ро шестом в грудь.

Я подошла к нему и подставила плечо под руку Ро.

– Он не может грести, Лиль.

– Вернись в палатку.

– Как близко Мрачный луг? – спросила я.

– Два часа примерно, но путь трудный, - он затряс плечо брата. – Ро. Тео.

Звук вырвался из горла Ро, боль и мольба.