Отступники
Шрифт:
– Любимая, это очень опасно,– теперь уже пришла очередь заволноваться Родрику.
– Не опаснее, чем уничтожить целую планету,– отрезала решительно она,– завтра мы идем сдаваться Верховному правителю Этериуса. Хватит на нашем веку уже бессмысленных смертей.
ГЛАВА 24
Сир Барк застонал. Его крепкое мускулистое тело сотрясала лихорадка. Бил озноб, Волдыри покрылись коричневой корочкой. Он стонал, метался в бреду и звал Верховного. Асалия совершенно не знала, что с ним делать. Что мог практически ребенок противопоставить множественным ушибам и ожогам? Она только лишь изредка смачивала лоскуток своего платья, промокая горячий лоб бывшего главнокомандующего ВКС империи.
– Барк, миленький…– тихо шептала она, держа его здоровую ладонь в своей маленькой ручке,– ты только держись, помощь придет…Только держись,– как заклинание повторяла она, хотя и сама прекрасно знала, что помощи ждать неоткуда. Они были совершенно одни в этом темном ужасном подземелье. Лишь раз в день их кормили и приносили ведро воды суровые молчаливые святые отцы в длиннополых сутанах. Она умоляла их о помощи, но они были глухи к ее мольбам.
– Тебе надо бежать,– просил Барк в минуты просветления, но сам понимал, что это нереально. Многие из храбрецов Этериуса пытались сбжать из сырых мрачных камер Алтаря Безысходности, но еще ни одному пока это сделать не удавалось.
Сегодня кризис миновал. Сиру Барку стало немного лучше. Он смог сесть на жестких нарах, с наброшенной на них соломой, и немного покушать пресной каши. Они потеряли счет дням, потеряли счет времени. Весь их мир сузился до четырехугольной темной камеры, тускло освещенной маленькой лампадкой.
– Асалия, – начал он, но его речь прервал звук шагов по коридору. Они с девочкой недоуменно переглянулись. Внутренние часы говорили о том, что для кормежки время еще не пришло. Сквозь толстые стены послышался пьяный голос сира Роберта.
– Открыть немедленно! Я желаю их видеть!
– Мне страшно, дядя Барк,– заплакала Асалия, закрыв грязными ладошками глаза.
– Не бойся, доченька, все будет хорошо! Поверь, умирать совсем не больно, только страшно…
– А вы уже умирали?
Клон поморщился, вспомнив давний бой при форт Ноксе, пять лет назад, когда их основательно потрепали отступники, тогда у него было сожжено лицо и часть тела. Врачи давли пять процентов, что он будет жить. И только генетики сделали чудеса, вытащив его с того света.
– Нет, но мне говорили…
– Открыть, твари!– раздался звон битого стекла. И тут же за стеной засуетились. Защелкали запоры из инфрокрасных решеток. Дверь поехала в сторону. На пороге камеры стоял сир Роберт в одной белой рубашке нараспашку и брюках, изрядно где-то извазгданных. В руке у него была недопитая бутылка тартсткого вина. Позади торчали бритые головы двух святых отцов, приносящих узникам еду. У одного из них была разбита голова. Кровь текла по загорелой лысине на глаза, и он то и дело смахивал капли рукавом сутаны.
– Не ждали?!– спросил Роберт, покачиваясь. Только дверная коробка, на которую он опирался, не давал ему упасть. Он был чертовски пьян. Асалия подобралась по нарам поближе к Барку, опасливо косясь на нового Верховного.
– Оставьте нас,– махнул он рукой святым отцам. Те послушно закрыли за собой двери. Видимо, были и сами рады избавиться от непредсказуемого командира. – Не ждали? Думали все забыли про вас? А нет… – сир Роберт сделал приличный глоток из бутылки, частью пролив на себя. Красное вино, как кровь, расползлось по белой ткани.– Что ты смотришь на меня?– прикрикнул он на Асалию.– Моргаешь своими большими глазками…У меня траур!
Верховный правитель Этериуса сделал несколько неуверенных шагов по камере и присел рядом с пленниками на нары.
– Отца похоронил… утром,– он взлохматил волосы ладонью, расстрепав окончательно.– А все из-за вас!– погрозил он пальцем насмерть перепуганной Асалии. – Знаете сколько я не видел отца?– он посмотрел в потолок, что-то подсчитывая. Это казалось бы очень комичным, если бы не было бы так страшно. – Двадцать лет…Целых двадцать лет! Вы вообще понимаете, что такое служба в инквизиции? Нет…А я вам расскажу….Тебя сношают все кому не лень, грязные отвратительные мужики, которым важно лишь одно – удовлетворить свою похоть! Слышите, по-хоть! А объясняют они это служению четырем богам. Ха, да плевать всем на этих богов… Вот ты веришь в бога, Барк? Ты, на счету которого сотни жизней, ты веришь в богов? Нееет…тебе на них плевать! Как , впрочем, и мне…Мы верим только в силу оружия! Это единственная наша вера…– сир Роберт с удовольствием отпил еще из бутылки вина,– а хочешь, невинное дитя, узнать, как умер мой отец?– Асалия отчаянно затрясла головой.– Его убила твоя старшая сестренка… Да, да Мия жива, и она снесла одним ударом ему полчерепа. А мы, спустя двадцать лет, так с ним и не успели поговорить по душам. А знаешь что я сделал потом?
– Прекрати пугать ребенка!– прервал его исповедь Барк, но Роберт слегка нажал ему на больную руку, и тот заорал от жуткой боли.
– Заткнись, Барк! Ты теперь всего лишь инвалид! Клон-инвалид! Куда чуднее? А мог оставаться тем, кем был, если бы принял наше предложение…Так слушай, девочка, тех людей, семейную пару, которая заманила моего отца в ловушку, я казнил прямо возле его погребального костра, а перед этим еще и трахнул эту б…дь Лиану!
– Роберт…– простонал Барк. У него опять начинался жар. Его затрясло от высокой температуры и захлестывающего гнева.
– Барк…ты всего лишь клон, хоть и считаешь, что твое сердце…Человеческое! А мы сейчас прямо и проверим!
Он улыбнулся, явно обрадованный своей идеей. Отставил бутылку в сторону, так чтобы она не упала. Обернулся к Асалии. Ты – стала женой моему любовнику, почему бы тебе не стать моей любовницей?
– Роберт, прекрати немедленно!
– Отстань, урод!
Он, пошатываясь, встал с нар. Обошел их кругом, медленно приближаясь к Асалии. Его глаза горели бешенным огнем, с жуткой примесью сумашествия и пьяного бреда. На ходу новый Верховный правитель Этериуса расстегивал рубашку, отвратительно улыбаясь.
– Сейчас мы покажем тебе, что такое взрослая жизнь, дорогуша!
– Роберт!– собрав последние силы, заорал Барк, пытаясь приподняться. Но тело отказывалось слушать. От перенапряжения на лбу вздулись бугристые синие вены.
Но тот уже завелся. Руки тряслись от возбуждения. Он медленно приближался к Асалии, которая все сильнее вжималась в Барка. Схватил девчонку за руку и потянул на себя. Та взвизгнула, отлетела на другую сторону камеры.
– А ты ничего для своего возраста. Мне было примерно столько же, когда в обители…
– Нет!– Барк сделал невозможное. Одним прыжком он преодолел те метры, что разделяли их. Опрокинул Роберта вперед, стараясь ухватить за шею, но тот был здоров и полон сил. Отмахнулся, отвесив бывшему главкому сильную оплеуху. Голова клона мотнулась в сторону, как на шарнире. Из пересохших губ потекла кровь. Барк отбил пару ударов, направленных ему в голову. Использовал свой вес, прижав Роберта к земле, который извивался под ним, словно змея.
– Отомстить!– снова зазвучал у него в голове странный незнакомый голос, и будто силы прибавилось. Мускулы налились мощью. Роберт со всего маху впился зубами клону в плечо. Лопнул волдырь, потекла жидкость, слезла тонкая кожица, и показлось розовое мясо.