Чтение онлайн

– Родители Каролины пригласили меня пойти вместе с ними в аквазоопарк. Мы пробудем там целый день. К обеду меня не ждите.

– Да? – скептическим тоном отзывается госпожа Цайглер. – Пользоваться телефонами и пить какао для них грех, а на пингвинов глазеть – пожалуйста?

– Именно так, – притворно сладким голоском подтверждаю я, влезая в сапоги.

– А как быть с собакой? – бурчит госпожа Цайглер, кивая в сторону Доктора Херкенрата. – Позже приедет Раймунд, и мы отправимся на машине запасаться продуктами. Наверняка часа на два. Я не могу взять с собой собаку – достаточно того, что мне постоянно приходится разыскивать Раймунда, когда он теряется между стеллажами. А один здесь остаться пёс тоже не может. Ты же знаешь: когда он один, на него нападает страх, а когда на него нападет страх – нападает и понос.

Увы, это правда.

– Доктор Херкенрат, ты идёшь со мной, – подумав, говорю я, на что тот, радостно виляя хвостом, принимается вылизывать кухонный пол. Не знаю, будет ли Рори в восторге, если я притащу с собой на практику пугливого кокер-спаниеля, – но я рассчитываю на то, что он слишком застенчив, чтобы всерьёз возражать.

– Тогда нет проблем, – решает довольная госпожа Цайглер. – И не подпускай собаку к бассейну с пираньями.

Снегопад прекратился, но по-прежнему холодно как на Северном полюсе. Тротуары превратились в сплошной каток. Дорога до трамвая напоминает катание с горки. Перед самой остановкой Доктор Херкенрат, не устояв на лапах, плюхается наземь, панически визжа, на крейсерской скорости несётся по тротуару и пролетает лишь в миллиметре от фонарного столба.

На площади мы садимся в трамвай номер семьдесят два, проезжаем пять остановок, пересаживаемся в семьдесят шестой и через пятнадцать минут оказываемся на Зайленцерштрассе. Прямо на остановке есть мини-пекарня – что очень кстати, ведь я обещала принести булочек. А если дал обещание, то держи его.

– Одну булочку с тыквенными семечками, – заказываю я. – И…

Да, глупо, что я не поинтересовалась у Рори, какие булочки у него любимые.

– Когда к вам приходят робкие покупатели, какие булочки они предпочитают? – спрашиваю я у продавщицы. – С маком? С кунжутом? Многозерновые?

– Сдобные с изюмом, – без колебаний выпаливает она. – Робкие всегда покупают сдобные булочки с изюмом.

Про дом Рори Шая по адресу Зайленцерштрассе, 11, прежде всего можно сказать одно: он неброский. Ничто не указывает на то, что здесь находится агентство знаменитого детектива. Он выглядит так же, как и все остальные дома на этой улице: узкий двухэтажный жилой дом с засыпанным снегом палисадником и покрашенной в зелёный цвет входной дверью.

Тем не менее в любое время дня здесь околачиваются несколько фанатов Рори в надежде подкараулить застенчивого сыщика, когда он выйдет из дома, и сделать с ним селфи. Разумеется, Рори слишком вежлив, чтобы отказать. Но на фотографиях, которые потом появляются в Сети, он всегда выглядит так, словно с радостью сделался бы невидимкой. За то, что сегодня никакие фанаты тут не ошиваются, видимо, нужно благодарить холодрыгу.

Входя на участок, я так волнуюсь, что слышу стук собственного сердца: теперь я буду работать со знаменитым застенчивым детективом! Может, придётся по его поручению вести слежку за Лысым. Или незаметно установить где-нибудь «жучок». Или допросить чью-нибудь подозрительную жену. Сгораю от нетерпения поскорее узнать, какие задания приготовил Рори для своей практикантки.

– А ты уж постарайся, чтобы не сложилось впечатления, что ты пугаешься собственной тени, – наставляю я Доктора Херкенрата. – Попробуй сделать вид, будто ты профессиональная ищейка или что-то вроде того. Или хотя бы пёс, который не боится снежинок и божьих коровок.

На маленькой латунной табличке у двери написано:

ДЕТЕКТИВНОЕ АГЕНТСТВО

РОРИ ШАЯ

Просьба в дверь не трезвонить

Я осторожно, кончиком пальца нажимаю на кнопку звонка – и вскоре из домофона раздаётся тихое «Да, кто там?».

– Это я, Матильда Бонд.

С лёгким жужжанием дверь открывается, и я оказываюсь в узкой прихожей, где стоят два велосипеда и электросамокат. Слева узкая лестница ведёт на верхний этаж.

– Э-э-э… поднимайся наверх, Матильда, – слышу я смущённый голос Рори. Он в костюме и надраенных до блеска ботинках стоит у открытой двери на верхней лестничной площадке. Заметив Доктора Херкенрата, он растерянно смотрит на меня.

– Надеюсь, вы не против, что я взяла его с собой. Он может нам пригодиться, – заверяю я. – Доктор Херкенрат – первоклассная ищейка. И очень умён.

Не успеваю я это произнести, как Доктор Херкенрат, наступив себе на одно ухо, кубарем скатывается на три ступеньки вниз и при попытке встать запутывается в собственных передних лапах.

– Э-э-э… ну что ж, если ты утверждаешь… – с сомнением во взгляде заключает Рори, – тогда… э-э-э… заходи, пожалуйста.

Я представляла себе детективное агентство как-то иначе: вроде просторного офиса с мониторами, на которых безостановочно мерцают картинки с каких-нибудь камер видеонаблюдения, со стеллажами, заваленными всевозможной прослушивающей техникой, и ещё, может быть, с доской, увешанной физиономиями опасных преступников. Но агентство Рори Шая выглядит как совершенно обычная квартира.

Из маленькой прихожей узкая дверь слева ведёт, видимо, в ванную комнату. Если идти дальше, по правую руку будет комната, дверь в которую закрыта, а прямо напротив – проход в своего рода кухню-гостиную, которая выглядит хоть и нежилой, но чистой и прибранной. Этот узор на обоях был в моде лет тридцать назад, то же касается внушительного кухонного шкафа и древней плиты с поворотными ручками. Есть два холодильника – большой и маленький, – хромоногий кухонный стол с двумя стульями и старомодная кофеварка. На подоконнике стоит глиняный цветочный горшок, в котором растёт одинокая мимоза. Мой взгляд останавливается на записке, прикреплённой магнитом к одному из холодильников. Подойдя ближе, я вижу изящный, с завитушками почерк.

– Этот афоризм вы получили на крестины? – спрашиваю я. – Во всяком случае, при крещении дают похожие.

Рори краснеет:

– Э-э-э… нет. Это всего лишь… это мне кое-кто… Хочешь кофе?

Госпоже Цайглер не нравится, когда я пью кофе. Но госпожи Цайглер здесь нет.

– Хочу, – говорю я, раскрывая пакет с булочками. – Вам я принесла с изюмом.

– С изюмом? – Рори, кажется, приятно удивлён. – Э-э-э… откуда ты знаешь, что я больше всего лю…

– Просто предположила, – говорю я, направляясь к большому холодильнику. – У вас есть сыр или джем? – Я открываю дверцу – и тут же отступаю на шаг назад.

Из холодильника в нос бьёт жуткое амбре, от которого у меня желудок чуть не выворачивается наизнанку. Доктор Херкенрат, которого облако запаха тоже накрывает по полной, растягивается на полу с видом, будто сейчас лишится чувств. У всего, что хранится в холодильнике, давно истёк срок годности. По некоторым предметам ещё можно догадаться, чем они когда-то были: два покрытых голубоватым пушком спринг-ролла, порция затянутой плесенью лазаньи в алюминиевой коробочке и позеленевший кусок мясного рулета, который – я абсолютно уверена – только что вздрогнул.