Подари мне веру
Шрифт:
– Нет, нет, что вы! – застеснявшись произнесла Лена. – Мне понравится!
– Хорошо, – ободряюще кивнув, хозяйка продолжала говорить: – Печь топить не надо, мы на газе, подключённые. Готовить себе будешь сама. Я работаю, мне розготавливать некогда. Посудой пользуйся. Вещей лишних не покупай, и так тесно, нечего захламлять мне дом. Шкафа у меня для тебя отдельного нет, так что, если надобность будет, выделю полку в своём шифоньере. Вещи весь на гвозди, там, в ногах кровати в стене набито. Тебе хватит. Больше не колоти, а то штукатурка осыплется. Ходить будешь, дверями шибко не стукай, я не люблю шума. Жила чтобы тихо! Я потому и согласилась тебя взять, что ты учителка. Будешь вечерами тихо, как мышка, корпеть над тетрадками. Так, что ещё? Поздно не шляйся, не люблю. Я веду жизнь тихую и распутства не потерплю! Ложусь спать рано, мне на работу в пять вставать. Потому планируй засветло успевать все дела. Дверей меж нами с тобой нет, чтобы отгородиться, только шторка, поэтому сама понимаешь, какая слышимость. Уразумела?
Лена кивнула, не в силах что-то сказать, уж очень нерадостная картина представлялась ей в её нынешней жизни.
– Ну и хорошо! – помолчав, обдумывая свои слова, закончила Валентина Васильевна. – Раз поняла, тогда иди устраивайся, чё надо спросишь.
Лена прошла по кухне в ту сторону, куда ей показала хозяйка. Отодвинув занавеску, вошла в удлинённую комнату. Остановившись, огляделась по сторонам. У стены стояли узкая кровать и небольшой столик, приткнутый к окну между стеной и кроватью. В комнате был полумрак из-за того, что на маленьком окне стояли три больших горшка с высокими, цветущими разными цветами геранями. Лена помнила эти цветы, у мамы в её спальне на окнах стояли такие же. Она остановилась посередине комнаты и, глубоко вздохнув, знакомый с детства аромат, закрыла глаза.
– Как в детстве! – подумала Лена. – Странное чувство, я как будто вернулась домой!
Первое впечатление о строгости или даже суровости квартирной хозяйки прошло сразу же после того, как менее чем через час, та позвала Лену к чаю.
– Что, уже почти разобрала вещи? – заглянув в комнату и бросив взгляд на полупустой чемодан, стоявший на стуле, спросила Валентина Васильевна. – Что-то не густо у тебя. Ладно, потом доделаешь, пошли к столу, будем пить чай.
Лена удивилась, ведь ей объявили, что питаться они будут раздельно. Но, не говоря ни слова, молча пошла за хозяйкой. В кухне на столе стояла тарелка с пирогами и два бокала с горячим чаем. Опустившись на стул, который ей предложила Валентина Васильевна, она молча ждала, понимая, что это чаепитие организовано неспроста, планировался вечер вопросов и ответов.
– Кушай, – пододвинув к ней тарелку с приятно пахнущими пирогами, сказала хозяйка, – а то решишь, что я злюка какая-нибудь! Да и поздно уже, столовок у нас тут нет, да и магазин уже давно закрыт. Что ж я тебя голодной оставлю, самой кусок в горло не полезет.
– Спасибо! Я завтра куплю продуктов.
– Купишь, всё купишь! – не глядя на неё, ответила хозяйка.
Они ели пироги, запивая чаем, только изредка поглядывая друг на друга. Хозяйка, съев три больших пирога, отодвинула от себя бокал с ещё не допитым чаем и, пристально посмотрела на свою жиличку.
– Ты, что ж, не местная? – с интересом спросила она. – Из другого города приехала к нам, раз квартиру снимаешь у чужих людей?
Лена поняла, что нужно отвечать, ведь хозяйка впускает к себе в дом, в свою жизнь, совершено постороннего человека. Она была готова ответить на любой вопрос, но сильно откровенно рассказывать о себе совсем не хотелось.
– Не местная, – кратко ответила она. – Я из областного городка «Междулесье».
– Странное название!
– Да, все так считают.
– Почему так называется ваш городок?
– Раньше, очень давно, это была деревня. У неё не было названия, и её называли просто «деревня между лесами». Позже, когда она переросла в городок, название осталось, вот и получилось Междулесье. Городок расположен в большой лощине, как на огромной поляне в густом лесу.
– А что, у вас там работы в школе нет?
– Я здесь, в вашем городе, в институте училась, здесь и распределилась.
– И ты выбрала нашу школу?
– Я без особых претензий, мне не за что держаться, как другим ребятам, поэтому куда распределили, туда и пошла работать.
– Надолго планируешь?
– Не знаю, не думала об этом.
Валентина Васильевна замолчала, чувствуя, что приходится из Лены вытягивать каждое слово. Ей это надоело, и она встала из-за стола.
– Ну что, наелась? – спросила хозяйка.
– Да, спасибо! Давайте я вам помогу, помою посуду.
– Сама управлюсь, чё здесь две кружки помыть. Иди лучше вещи разбирай, а то уже темнеет, скоро спать ложиться.
Лена поднялась из-за стола, почему-то виновато улыбнулась хозяйке, поблагодарила за угощение и пошла в свою комнату. Валентина Васильевна, недолго погремев посудой, потушила на кухне свет и ушла к себе. Из её комнаты начал доноситься звук работающего телевизора. Лена развесила вещи на большие гвозди, осмотрелась и начала составлять список самого необходимого. Надо было начинать обживаться.
До школы было всего несколько остановок, магазин рядом, в доме всегда тепло и тихо. Хозяйка оказалась уравновешенной и спокойной женщиной, хотя на первый взгляд показалась строгой, даже сердитой. Лена не была особо требовательной, поэтому очень быстро приспособилась к новым условиям.
Вот так и жила она в маленькой, но ставшей для неё за это время родной комнатке. Ей уже давно всё нравилось в её нынешней жизни. С Валентиной Васильевной она быстро нашла общий язык, и жили они спокойно, не ссорясь и не предъявляя друг другу никаких претензий.
Хотя если бы что-то и не нравилось Лене в данной ситуации, она бы не стала предъявлять никаких претензий, тем более что-то выяснять. Она просто собрала бы свои вещи и ушла. Зачем что-то доказывать, если тебя не понимают или ты просто мешаешь?
В силу своего характера Лена никогда ни с кем не ссорилась. Родители всегда воспитывали её так, чтобы при любом конфликте она вела себя очень сдержанно и спокойно, никогда не споря и не доказывая, что она права. Самое лучшее в такой ситуации – просто отойти в сторону. Лена всегда поступала именно так, как её учили родители.
Иногда это было очень трудно! Она понимала, что человек должен подстраиваться под окружающий мир, находящихся рядом людей, но это должно быть обоюдно и в равных долях от всех. У каждого человека по любым жизненным вопросам есть своё мнение, но нужно уметь не навязать его другим, а доходчиво и, самое главное, спокойно объяснить свою точку зрения. Нужно в первую очередь попробовать разъяснить, попытаться обосновать правильность своих взглядов, но это должно происходить спокойно и мирно.
В споре люди обмениваются своими мнениями и пытаются найти точки соприкосновения, найти истину. Но это должно происходить уравновешенно и спокойно. Вместе и только вместе! Иначе при столкновении разных мнений и активном отстаивании своей позиции спор может выйти за пределы учтивого отношения друг к другу, а этого нужно избегать. Если это не получается сделать, но не из-за тебя, а из-за того, что собеседник просто не хочет тебя услышать, то, не споря и не доказывая ничего, нужно просто отойти в сторону.
Ругаться и спорить Лена не могла и не умела. Она выросла в доброте и душевности. В её семье никогда никто не ругался и не повышал голоса. Всегда все вопросы решались с пониманием и улыбкой на лице. Поэтому она считала, что, ругаясь, человек принижает в первую очередь себя и свои принципы. Она никогда не спорила, а уходила от конфликта и не думала, что совершает ошибку. Поэтому, придерживаясь именно такого отношения к людям, Лена считалась среди знакомых и друзей очень доброй и душевной девушкой.