Чтение онлайн

Чеслав со злостью сплюнул и огляделся. Владислава не было видно. Со своими переживаниями Чеслав отстал.

Он перекинул саквояж в другую руку, пора бы и меняться, и сделал шаг к орешнику.

В кустах стоял какой-то долговязый мужик и целился в Чеслава из дробовика. Чеслав качнулся вправо, а затем прыгнул в другую сторону, покатился по земле. Густая листва и стволы деревьев не давали его сопернику увидеть его. Поверху сыпанула крупная дробь…

Чеслав рванулся от тропинки, пока тот, по его расчетам, перезаряжал ружье. Но потом резко свернул и быстро обошел то опасное место.

Почему тот долговязый пропустил молодого паныча, а его попытался задержать?

Впереди затрещало, кто-то приглушенно вскрикнул. Чеслав присел. Осторожно раздвинул ветки. На поляне шла драка. Клубок тел катался по траве. Какие-то люди навалились на Владека.

Сопротивлялся тот недолго. Его скоро подмяли и начали вязать руки.

Судя по одежде – не энкавэдисты и не красные прикордонники. Но кто?

– Второй был! Смотрите туда! – донеслось с поляны. Это появился тот долговязый в поддергайке и с дробовиком за спиной, который стрелял в Чеслава.

Чеслав неслышно придвинулся туда, где кусты были гуще. Голоса приблизились.

«Сволочи, – подумал он о мужиках. – Дерьмо собачье вам искать, а не за мной охотиться. Орут на весь лес, словно ошпаренные».

Он поднял автомат. Кто-то прошел совсем рядом. Чеслав напрягся перед прыжком. Но тут он услышал шум с другой стороны. От деревни продирались еще несколько человек. Чеслав снова затаился, решил выждать.

Вскоре вновь все собрались на поляне.

– Никого…

– Тут крапивы до черта. Пошли назад…

– Погоди, я тут гляну…

– Хоть тут, хоть там. Нет никого. Один он…

Говорившие подошли к Владеку, который уже перестал брыкаться и мычать и просто сидел на земле. Мужики подобрали его оружие, высекли огня, подняли его на ноги. Осветили лицо.

– Вот те на! – хрипло сказал высокий. – Так то паныч! В места родные потянуло. Мало нашей кровушки попил. А, волчье отродье!

Он смачно размахнулся и с разворота врезал своей длинной лапой молодому пану по глазу. Те, что стояли сзади, едва поймали связанного Владека.

Мужикам такой поворот дела понравился, и они придвинулись ближе. Двое засучили рукава, чтоб было сподручнее.

Но кряжистый, наверное, старший, встал перед Владеком, защищая его спиной, и твердо сказал:

– Не тронь!

Мужики слегка опешили.

– Ты что?! Пана защищаешь?

– Не пана. Мы кто есть? Мы есть представители народной власти. Негоже нам самосуд устраивать. А потом разузнать все надо! Раз волчонок здесь, значит, и волк поблизости крутится. На заставу надо сообщить.

Пошли…

«Грязные псы, – выругался про себя Чеслав, – бандиты. Ишь, власть отыскалась!»

Чеслав с трудом отнял онемевший палец от спускового крючка, вытер враз вспотевшую ладонь о брюки.

Мужики, захватившие Владека, в деревню входили гордо. В домах захлопали двери, засуетился народ, собираясь кучками на улице. Стало почти совсем темно.

В деревню Чеславу хода не было. Что же они будут делать? Он нашел высокое раскидистое дерево, скинул сапоги и быстро взобрался на него и стал всматриваться. Вся картина была как на ладони. На улицу люди вышли с огнем, так что наступившая темнота не мешала. Чеслав даже пожалел, что нет винтовки с оптическим прицелом. Попрыгали бы эти деревенские вояки…

А вокруг Владислава собралась уже порядочная толпа. Спорили. О чем, естественно, было не слышно, но по жестам догадывался. Видимо, придя наконец к согласию, вооруженные мужики повели пленного к сараю, что стоял посередине деревни. Повесили большой замок. Двое остались сторожить. Чеслав обрадовался. Эта парочка не серьезное препятствие. Тем более ночью. Только долго они еще колобродить будут? Словно и не собираются расходиться. Ага, пошли. Ну, ну!

Однако к тем двоим, что сидели у сарая, подошли еще три мужика. Уселись поудобнее. Развели костерок.

Это уже хуже. С пятерыми, пусть дураками, но вооруженными, в одиночку не справишься.

Вот и коня подвели к костру. Все ясно. Тот кряжистый, он у них «солтыс» – новый совдеповский староста. Что-то объясняет парню, который взобрался на коня. По какой дороге поедет? Если в город – дело пустое. Не догнать.

Парень пришпорил коня и направился в сторону Чеслава. Точнее, в сторону заставы, по дороге, над которой так удобно устроился Чеслав.

Он соскользнул с дерева, быстро обулся, одним движением снял пояс с тяжелым пистолетом, положил на траву автомат, рядом пристроил саквояж, достал кинжал и затаился…

Конь всхрапывал. Чеслав, успокаивая, похлопывал его рукой по холке, поправлял перекинутое у седла мертвое тело. Наконец он добрался до болот. Спрыгнул с седла. Зайдя в кусты, сбросил наземь мертвого. Конь всхрапнул, но заржать не смог. Чеслав рукой зажал ему ноздри, захватив уздечку, потом быстро выхватил нож, резко и сильно полоснул по шее животного.

Полоснул и едва успел отскочить. Тугая темная струя ударила по веткам. Жеребец сделал шаг, другой и рухнул на колени, с треском подминая молодые ветки кустарника. Кровь уже не хлестала, а вытекала из раны пульсирующим ручейком. Коня было жалко. Но следы оставлять нельзя…

Чеслав подошел к телу, обыскал убитого. Нашел бумагу и, не глядя – чего увидишь в такую темень? – сунул в карман куртки.

Вернулся к деревне и еще полночи бродил у околицы, как голодный волк, выжидая момент. Но горел костер у сарая и стражи не спали.

…Уже под утро, усталый и грязный, он ввалился в землянку. Пан Барковский в накинутой на плечи шинели сидел у стола и читал. В углу рассматривал какие-то бумаги Кравец.

– Что? – глухо спросил пан.

– Там… Владека…

Барковский медленно поднялся, неотрывно глядя на Чеслава. Даже в тусклом свете свечи было видно, что лицо его побледнело, будто покрылось инеем. Кравец встрепенулся и с интересом стал наблюдать за происходящим.

Пану мешал стул. Он отбросил его. Подошел твердым, чересчур твердым шагом к Чеславу, больно взял его за подбородок.

– Жив? – спросил, как выдохнул.

– Да… – быстро ответил Чеслав.

– Где?

– Мужики из Мокрого Бора захватили.

– Мужики, – протянул Барковский. – А ты почему здесь?

В глазах его не было презрения – это бы Чеслав понял и простил. В глазах пана была гадливость. Полковник еще секунду посмотрел на Чеслава, губы его дернулись в брезгливой гримасе, и он оттолкнул своего ординарца, будто выбросил что-то мерзкое и осклизлое.