Чтение онлайн

До сих пор Рейзо не трогался с места, оставляя стычку более умелым спорщикам, но теперь у тирианца был кинжал, и Энна могла выжечь его из руки хозяина и раскрыть себя как мастера огня, а то и учинить что похуже.

Рейзо бросился вперед.

— Вдохните-ка поглубже, вы все, — потребовал он, втиснувшись между Энной и тирианцем. — Давайте просто…

В боку кольнуло, как будто кто-то ущипнул его. Рейзо опустил глаза и увидел рукоятку кинжала, торчащую из его тела.

Звуки, образы и ощущения начали смешиваться, выворачиваться наизнанку: Энна, твердящая «Рейзо, Рейзо»; убегающий прочь тирианец повыше; скорый на расправу громила, уставившийся на собственную ладонь; боль в боку, пронизывающая Рейзо насквозь; илистый, словно речное дно, воздух у него в легких. Он увидел кровь, собственную кровь, и перед тем, как потерять сознание, успел подумать: «Хорошо, что здесь нет моих братьев, — вот бы они посмеялись».

Еще несколько дней все казалось смутным, хотя, возможно, это было как-то связано с травянистой кашицей, которую лагерный повар и врач упорно запихивали ему в рот. Горечь накрепко застряла в глотке, и все, что Рейзо ел, на вкус напоминало пепел.

— Шрам останется? — спросил он повара, когда достаточно оправился и смог сесть в повозке.

— Наверняка, — ответил тот.

— Еще даже не в Ингридане, а уже при шраме, — пожаловался Рейзо Энне и Финну, подъехавшим к повозке. — Не лучшее предзнаменование, на мой взгляд. И вы двое на очереди.

— Мы не такие счастливчики, — заметил Финн.

— По крайней мере, тебе не придется больше тревожиться о парне с кинжалом, — сообщила Энна. — Капитан Ледел разжаловал его, лишил оружия и одежды и оставил умирать от голода в нескольких днях пути от ближайшей деревни. По-моему, чересчур сурово лишь за то, что он тебя пощекотал.

— Ха.

К тому времени, когда Рейзо опять смог ехать верхом на своей Пчелке, Восходная река рассыпалась в устье на множество рукавов, и на длинных просветах между их берегами босоногие крестьяне возделывали поля на столь черной земле, что она прямо-таки сочилась зеленью. По мере того как они продвигались вперед, Ингридан вырастал над горизонтом все выше и выше. Все здания были белыми, а крыши — красными, и это единообразие напоминало Рейзо либо армию в военной форме, либо какое-то взбитое, покрытое глазурью лакомство. Сравнение с лакомством нравилось ему больше.

— А где океан? — полюбопытствовал он вслух.

— Отсюда его не увидишь, — отозвался тирианский воин со светлыми, почти белыми волосами, едущий рядом с ним.

Он скинул синюю форменную куртку и закатал рукава рубахи. Рейзо подумал, что капитан Ледел, большой поборник порядка, наверняка заметит это нарушение и отчитает подчиненного, но воина это, похоже, не беспокоило.

— Я Виктар, — представился он, протянув руку. — Третий сын советника Рогиса.

Рейзо чуть помешкал, но все же пожал протянутую ладонь:

— Я Рейзо. — Этого явно было недостаточно. — Шестой сын.

Виктар, похоже, ожидал продолжения.

— Моей мамы из Леса.

— При стольких братьях неудивительно, что ты выбрал карьеру военного, — с любезной улыбкой сказал Виктар. — Мне тоже, скорее всего, не достанется большое наследство, вот и приходится самому устраивать свою жизнь.

— Наследство? — рассмеялся Рейзо. — Слишком громко сказано. В Лесу каждый ровно так же беден, как и все остальные.

— Ты очень рискуешь, откровенничая о подобных делах. В городе семи рек только мертвые способны держать язык за зубами. Если мне взбредет в голову, я ведь смогу повторить твои слова в любой таверне или казарме.

— Да пожалуйста, — пожал плечами Рейзо, — хотя не представляю, кому до этого есть дело.

Дальше Виктар поехал рядом с ним. Он явно был расположен поболтать, и Рейзо узнал, что для того, чтобы претендовать на место в совете, человек должен иметь благородное происхождение и земли стоимостью по меньшей мере четыреста тысяч золотых монет. Когда Рейзо поинтересовался, где в Ингридане разместят байернских личных, Виктар упомянул о Тысячелетии.

— Это дворец принца. Полностью он именуется Дворец Могущества, Который Простоит Тысячелетие, — так его назвал построивший его принц.

— И как он? — спросил Рейзо. — Простоял тысячу лет?

— Увидим лет через семьсот.

— Виктар! — позвал тирианский воин с искаженным от гнева лицом.

Рейзо узнал типа, сбежавшего, когда его пырнули в бок, и прижал руку к животу.

— Это Тумас, — пояснил Виктар, понизив голос и едва шевеля губами. — Он близко дружил с тем опозоренным воином, который тебя ранил, и я слышал, как он жаловался, что ты сам был виноват в том происшествии и намеренно бросился на клинок.

— Ха, как мило. Надеюсь, я все же не настолько безумен.

— Но человек вроде Тумаса не станет прислушиваться к доводам здравого смысла. Это не лучший враг, Рейзо. У него много друзей, и они попытаются… Просто избегай их, если ты понял, о чем я.

— Чудно! Тирианцы уже хотят моей смерти.

— Не все из нас. Удачи, Рейзо.

Виктар помахал ему на прощание и уехал вперед, и Рейзо махнул рукой ему вслед, а затем устыдился собственного простодушного дружелюбия. Всего лишь год назад Виктар был среди Тех, кого Рейзо попытался бы убить в бою. Что за причудливое стечение обстоятельств и каким ненадежным из-за этого кажется путь! Рейзо потрепал Пчелку по шее.

Дорога влилась в широкую мощеную улицу, проходящую через центр города. Половина тирианских воинов указывала путь, а оставшийся десяток замыкал процессию, словно тюремщики, сопровождающие осужденных на лобное место. Ингриданцы высыпали из дверей лавок и высовывались из окон, воинственно скрестив на груди руки и посылая яростные взгляды гостям из Байерна.

Вместе с улицей они пересекли по мосту вторую реку, на этот раз в четыре коня шириной. Рейзо нравились эти реки с берегами, облицованными голубой плиткой, которая придавала им аккуратный, чистый вид.

Каждые несколько кварталов переполненные доходные дома и величественные дворцы расступались, освобождая место для мощеных площадей. Часто встречались деревья, хотя и не имеющие ничего общего с диким глухим Лесом, привычным для Рейзо. Эти деревья стройно возвышались над кадками, их кроны были округло подстрижены снизу и заострялись кверху, формой напоминая пламя свечи. Другие образовывали опрятный шар из глянцевой листвы и крохотных белых цветов, чей аромат казался одновременно пряным и сладковатым.

Рейзо разглядывал облицованный бирюзовой плиткой фонтан во внутреннем дворике, мимо которого они проезжали, когда что-то ударило его по щеке.

— Убирайтесь домой!

Стайка мальчишек лишь на несколько лет младше самого Рейзо собралась на площади, с их рук капал сок раскисших оранжевых фруктов. Рейзо стер с лица мякоть и щелчком сбросил ее на тыльную сторону кисти Энны.

— Фу, — поморщилась та, стряхивая грязь.

Мимо их голов просвистел еще один кусочек фрукта, и Энна насторожилась. Третья долька могла бы попасть в Финна, но порыв ветра странным образом отклонил ее полет, и она угодила в нос Тумасу, ехавшему сразу следом за ними. Энна сдержала улыбку, глядя в сторону с благопристойным выражением лица.