Чтение онлайн

Потерпев фиаско в цветочном бизнесе, Бонде Нильсен покупает акции крупнейшей датской судостроительной компании "Бурмайстер и Вайн", производившей половину дизельных корабельных моторов в мире, становится её владельцем и директором.

Спустя некоторое время после прихода нового владельца предприятие оказывается на грани разорения. Втайне от других акционеров, не подозревающих о грядущем банкротстве, Нильсен продает свои акции, превратившиеся вскоре в пустые фантики.

В 1981 году прокуратура возбуждает против него уголовное дело. Бонде Нильсена обвиняют в мошенничестве, подделке документов и участии в незаконной сделке. Прокуратура требует возврата денег, полученных бывшим директором при продаже акций. Но тертый калач Нильсен бежит в Великобританию. Датские власти просят англичан задержать беглеца и депортировать на родину. Опасаясь ареста, Бонде Нильсен добровольно возвращается в Копенгаген.

В 1986 году в суде первой инстанции адвокатам Бонде Нильсена удалось убедить судей, что их подзащитный не знал о приближающемся крахе компании и продал акции без всякого злого умысла. Прокуратура не согласилась с оправдательным решением суда и направила апелляцию в Верховный суд страны.

Заподозрив, что прокуратура добьет дело не в его пользу, Нильсен не явился по повестке в суд и снова бежал в Великобританию. Департамент датской полиции по расследованию экономических преступлений выдал ордер на его арест. Этот ордер был аннулирован только спустя много лет, за давностью срока. В то время Бонде Нильсен уже торговал российским лесом.

А тогда, в 1986-м, он жил в Лондоне и открыл очередную компанию "Юнайтед Датч" с адресом в Нидерландах.

Дальше все происходит по накатанной схеме: незадолго до банкротства компании Бонде Нильсен продает свои акции неведомой офшорной фирме, которую, как легко догадаться, сам и контролирует. Остальные акционеры "Юнайтед Датч", поверившие предприимчивому датчанину, остались с дыркой от бублика.

ПАРТНЕРЫ ИЗ МАФИИ

В 1993 году британский журнал "Евро Бизнес" рассказал о расследовании громкого уголовного дела. Речь шла о хищениях нескольких миллиардов долларов в результате махинаций с муниципальным жильем в Париже. Французский банк "Кредит Лионе", предоставлявший кредиты под сделки, понес громадные убытки.

Среди подозреваемых было два итальянца - Флорио Флорини и Джанкарло Паретти (речь шла об их связях с мафией).

Оба - бывшие торговые партнеры Бонде Нильсена. Кстати, компания "Юнайтед Датч" также фигурировала в расследовании, что мне подтвердил занимавшийся этим делом женевский следователь Жан Луи Кроше.

По данным журнала "Евро Бизнес", в список подозреваемых попал и другой партнер Бонде Нильсена - член правления голландской компании датчанина лорд Бивенбрук, бывший казначей Консервативной партии и советник премьер-министра Великобритании Маргарет Тэтчер.

ТУМАННЫЕ АЛЛЕГОРИИ

К 1997 году Бонде Нильсен умудрился задолжать кредиторам - различным компаниям и частным лицам - полмиллиарда датских крон.

Неизвестно, были ли у него деньги для погашения хотя бы части задолженности, но он назвался некредитоспособным. Суд принял решение о списании долга. Благодаря техническим нюансам британского законодательства, Бонде Нильсену удалось избежать формального банкротства, которое закрыло бы для него все пути в бизнес.

Вот тут-то и решил он тряхнуть стариной и "инвестировал" около 50 тысяч долларов в Чубайса. Нет, упаси боже, не наличными. Это была, как выяснили журналисты в норвежской судовой компании, сумма аренды яхты "Грейс", включая зарплату капитана, двух матросов и официантки. Правда, без спиртного и провианта.

С точки зрения западного обывателя, неважно даже, кто оплатил круиз. Важно другое: чиновник такого уровня, как Чубайс, просто не имел права поставить себя в положение, когда могло возникнуть даже подозрение в получении им услуг от бизнесмена, имевшего деловые интересы в России.

После статей о морском круизе Чубайса с Бонде Нильсеном представитель правительства России Игорь Шабдурасулов выступил с заявлением "о будто бы имевших место встречах первого вице-премьера, министра финансов РФ Анатолия Чубайса во время его отпуска с датскими бизнесменами":

"В публикациях нет никаких конкретных фактов. Речь идет лишь о туманных аллегориях и предположительных контактах с тем или иным человеком. Подобные публикации порочат честь и достоинство первого вице-премьера РФ, и по возвращении из отпуска он может предпринять соответствующие меры".

Как говорится, яснее не скажешь.

Представитель правительства РФ нагло лгал. В этом легко убедиться, взглянув на десятки опубликованных фотографий Чубайса на яхте в обществе вышеупомянутых датских бизнесменов. Но ложь давно стала нормой в российском правительстве.

Об обещанных Шабдурасуловым мерах. Их приняли ещё до возвращения Чубайса из отпуска. И меры эти свидетельствовали о подлинном отношении "демократа" Чубайса к свободе печати. Исполнителем мер был, как всегда, друг Трюгвед. Он настрочил моему главному редактору донос, где прозрачно намекал, что я являюсь тайным агентом бывшего начальника Службы безопасности президента генерала Александра Коржакова. Я же с ним и знаком тогда не был.

Откуда, спрашивается, датскому бизнесмену, не говорящему по-русски, могла прийти в голову такая гениальная идея? Может быть, Чубайс подсказал?

ПОЛМИЛЛИОНА ЗА ФОТОГРАФИЮ

Я спешил вернуться в Копенгаген, чтобы успеть сдать в номер статью о морском круизе Чубайса. Пока я ждал рейса в аэропорту Кристиансанда, зазвонил мой мобильный телефон.

– Здравствуйте, Владимир Иванович!
– сказал незнакомый мужской голос.
– Мы предлагаем вам 500 тысяч долларов за фотографии Чубайса на яхте с датчанами и отказ от публикации материала, ну и, естественно, за информацию о связях Анатолия Борисовича за рубежом. Деньги получите через нашего адвоката в Женеве.

Я не знал, кто звонил - шутники, бандиты или посыльные какого-нибудь политика. Какая разница? Но откуда им известно о фотографиях? Наверное, из моих же разговоров по мобильному телефону с Москвой. Я успел проболтаться о своем журналистском "улове" нескольким людям.

Речь шла о целом состоянии. Можно с работы уйти, жить на проценты, купить домик в Испании. Попросив полчаса на размышление, я набрал номер своего главного редактора.

– 500 тысяч долларов - громадные деньги. Журналистикой их за всю жизнь не заработаешь. Решай сам. Ты свободный человек. Но, конечно, из журналистики придется уйти, - спокойно сказал тогдашний главный и мой друг Свен Ове Гэдэ.

– Будем публиковать, - решил я и направился к трапу самолета.

Лишь спустя год Гэдэ вернулся к этой теме:

– Почему ты не согласился взять деньги?

Я честно сказал, как думал:

– Никто бы мне таких денег не заплатил. Забрали бы фотографии и прикончили где-нибудь. Сумму назвали нереальную. Явная ловушка или просто розыгрыш. Предложили бы тысяч пять, я, может быть, и поверил бы, но все равно бы не взял. Пять тысяч мало, что с ними делать?

(Конечно, это шутка, никаких денег я вообще брать не собирался.)