Чтение онлайн

Спустя еще семь дней последовала новая телеграмма – из Бомбея в Индии: “Петля затягивается. Все отлично. Подробности письмом. Сидни Холл”.

Несколько позже пришло из Бомбея и письмо, но оно было написано шифром, которого никто не понял.

Еще через восемь дней из Нагасаки, Япония, прилетел почтовый голубь с записочкой на шее. В записочке значилось: “Приближаюсь к цели. Ждите. Сидни Холл”.

Затем последовала депеша из Сан-Франциско, в Америке: “Поймал насморк. В остальном все в порядке. Запасайтесь грушами. Сидни Холл”.

И, наконец, на тридцать девятый день после объезда пришла телеграмма из города Амстердама, Голландия: “Прибуду завтра вечером в сеть пятнадцать. Приготовьте груши, желательно дюшес. Сидни Холл”.

На сороковой день в семь часов пятнадцать минут поезд загромыхал у платформы. Из вагона выскочил Сидни Холл, а за ним Волшебник – грустный, бледный, с опущенными глазами. Все сыщики ждали на перроне и удивились, что Волшебник был без наручников. Но Сидни Холл только помахал им рукой и сказал:

– Ожидайте меня сегодня вечером в трактире “Синяя собака”. Сначала я должен доставить этого господина в тюрьму.

И он сел вместе с Волшебником на извозчика, но в последний момент вспомнил еще что-то. Он высунулся из экипажа и крикнул:

– Не забудьте захватить груши!

Вечером сыщика Сидни Холла ожидало блюдо превосходнейших груш, окруженное всеми детективами. Они уже думали, что он вообще не придет, когда дверь трактира отворилась и вошел старенький, сгорбленный человечек, один из тех, что разносят по трактирам селедки и соленые огурцы.

– Дедушка, - сказали сыщики, - мы у тебя вряд ли что-нибудь купим.

– Жаль, жаль, - сказал старичок и вдруг задрожал, зашатался, закашлялся, запыхтел, заикал и, поперхнувшись и чуть на подавившись, рухнул на стул.

– Господи! – закричал один из сыщиков. – Чего доброго, старичок еще отдаст тут богу душу!

– Нет, нет, - простонал старик, задыхаясь и продолжая извиваться и корчиться, - но я прямо не могу больше выдержать!

И тут все заметили, что он просто-напросто ужасно хохочет и не может остановиться. Слезы текли у него из глаз, голос прерывался, лицо побагровело, и наконец он простонал:

– Ой, ребята, ребята, мочи моей нет!

– Дедушка, - сказали сыщики, что вам надо?

Тут старичок встал, проковылял к столу, выбрал на блюде лучшую грушу, очистил ее и в одно мгновение съел. И только потом он сорвал с себя фальшивую бороду, фальшивый нос, фальшивые седые волосы и синие очки, и на свет появился гладко выбритый, смеющийся Сидни Холл.

– Ребята, - сказал Сидни Холл, - не обижайтесь на меня, но ведь я сорок дней не мог ни разу громко засмеяться!

– Когда же вы поймали Волшебника? – в один голос спросили все сыщики.

– Только вчера, - сказал знаменитый Сидни Холл, - но с самого начала я мог бы лопнуть со смеху при мысли о том, как я его ловко околпачу.

– А как же, - налегали сыщики, - как же вы его сцапали?

– Это длинная история, - сказал Сидни Холл. – Я вам ее расскажу, ребята, но сперва я должен съесть еще вот эту грушу.

Когда он ее съел, он начал свой рассказ приблизительно так:

– Итак, внимание дорогие коллеги. Прежде всего – самое главное. Вот что я вам скажу: приличный детектив, он же сыщик, не должен быть ослом.

При этом он обвел взглядом круг собравшихся, словно мог между ними найти осла.

– А дальше? – спросили сыщики.

– Дальше? – сказал Сидни Холл. – Во-вторых, он должен быть себе на уме. И в-третьих, - продолжал он, очищая третью грушу, - он должен быть семи пядей во лбу. Вы знаете, на что ловят мышей?

– На сало, - ответили детективы.

– А знаете вы, на что ловят рыбу?

– На мух и червей.

– А знаете вы, на что ловят волшебников?

– Этого мы не знаем, - признались сыщики.

– Волшебника, - поучительно сказал Сидни Холл, - ловят точно также, как и всякого другого человека: на его собственные слабости. Прежде всего надо обязательно выведать, какие это слабости. А знаете ли вы, ребята, какая слабость у нашего волшебника?

– Нет, и этого мы не знаем.

– Любопытство, - объявил Сидни Холл. – Волшебник может сделать все, буквально все на свете, но он любопытен, ужасно любопытен… А теперь я должен съесть вот эту грушу.

Съев ее, он продолжал:

– Вы все думали, что гоняетесь за Волшебником. А на самом деле это Волшебник гонялся за вами, преследовал вас по пятам и не спускал с вас глаз, потому что он был страшно любопытен и хотел знать все, что вы против него задумали. Вот потому-то он от вас и не отставал. И на его любопытстве я построил свой план.

– Какой же план? – нетерпеливо закричали сыщики.

– Очень простой. Путешествие вокруг света, ребята, это была, в сущность, просто увеселительная прогулка. Мне уже давно хотелось как-нибудь совершить кругосветное путешествие. А возможности у меня такой не было. Но, приехав сюда, я сразу смекнул, что Волшебник последует за мной куда угодно, лишь бы поглядеть, что я такое придумал, чтобы его поймать. Отлично, говорю я себе, потащу-ка я его за собой вокруг света! И сам погляжу на белый свет, и его из виду не упущу. Вернее – он меня из виду не упустит. А чтобы разжечь его любопытство, я заключил пари, что сделаю все это в сорок дней. Но теперь я сперва съем эту чудесную грушу.

Сидни Холл съел ее и продолжал:

– Нет ничего на свете лучше груш! Итак, я сунул в карман револьвер и деньги, переоделся шведским купцом и отправился в путь.

Сначала в Геную. Это, ребята, как вы знаете, в Италии, а по дороге ты видишь все Альпы. Ну и высокие эти Альпы! Неслыханно высокие! Если с вершины оторвется камень, он падает так долго, что, пока он вниз упадет, на нем мох вырастет. Из Генуи я решил ехать пароходом в Александрию, в Египет.

Генуя поразительно красивый порт; такой красивый, что уже издали все корабли сами туда бегут. За сотню миль от Генуи в топках пароходов гасят огонь, винты перестают вертеться, паруса убирают, потому что суда до того радуются при виде Генуи, что бегут туда сами собой.

Мой пароход отходил точно в четыре часа дня. В три часа пятьдесят минут я спешу в порт и вдруг по дороге вижу маленькую девочку, которая плачет горькими слезами.

“Лапочка, - говорю я ей, - почему ты плачешь?”

“Да-а-а-а, - хнычет девчонка, - я потерялась”.

“Если ты потерялась, пойди поищи себя” - говорю я

“Да ведь я маму потеряла, - всхлипывает Лапочка, - и я не знаю, где она”.

“Это другое дело”, - говорю я. Буру девчушку за руку и отправляюсь искать ее мамочку.