Чтение онлайн

— Миленький хорошенький, — елейно пропела я.

Искры угрожающе вспыхнули на коже, но вреда не причинили. Уже неплохо. А если совсем о нём не говорить?

— Погодка нынче чудесная, — продолжила я напоказ веселиться. — Тёплый ветерок, солнышко над головой, — шар не реагировал, — голубое небо…

Тьфу ты, пропасть! На слово «голубой» искры снова ужалили меня за руку. Кажется, я поняла, как пиликала эта дудочка. Шар зацепил меня магией, когда я заговорила при нём, и теперь следил за каждым словом. Вдруг проболтаюсь? Ух, не зря его Карфакс в подвал запер. С таким ненормальным артефактом никакое мировое господство не нужно. От шара бы отделаться!

Я встала с камней и пошла домой.

Малыши Грета и Клаус играли во дворе. За ними присматривали трое средних братьев, заодно складывая в поленницу нарубленные вчера отцом дрова. А Елену мама учила варить суп.

— Ещё не готово, горох сухой и долго варится. Мередит! Ты сегодня поздно.

— С господином Карфаксом разговаривала, — сказала я почти-правду. — Мама, меня повысили.

Деревянная ложка выпала из её рук и громко звякнула о край котла. На усталом лице матери появилась робкая улыбка. Я видела, как они с отцом не щадили себя ради детей, как тяжело приходилось. Любая хорошая новость считалась чудом, а у меня колени дрожали от страха. Если колдун не смог избавиться от власти шара, то у бедной служанки и подавно не получится. Я приговор себе зачитывала.

— Я теперь в замке работаю. Убираться буду, за двором следить, на кухне готовить…

— Ой, дочка, целый замок!

— …на рынок за продуктами так же ходить…

— Он такой большой, ты не справишься одна!

— …комнату мне выделили.

Мать вскрикнула и тут же зажала рот рукой. От радости её глаза стали огромными, дыхания не хватало.

— Дочка, — простонала она. — Мери. Тебя же… Тебя же экономкой назначили! В замке! Ох, отец на работе, не слышит. Нико, Лука! Бегите сюда, у нас новости!

Братья примчались с улицы, и пол старого дома протяжно заскрипел рассохшимися половицами. Мать умела устраивать вокруг себя вихрь. Её голос звучал на половину улицы. За сбивчивым пересказом пошли указания:

— Перво-наперво набери новых слуг. Сразу же поставь себя главной. Пусть другие на посылках бегают. О, Мередит, это такая удача!

Я слушала, кивала, отбивалась от вопросов любопытных братьев и старалась увернуться от завистливого взгляда Елены. Глупой девочке казалось, что я попала в сказку. Целый замок, важная работа, вся семья в восторге.

— Оденься поприличнее, — выдохнула мать. — Не позорь нас. Давай платье твоей тёти достанем. — Елена окончательно губы надула. За секунду я стала врагом. Тётино платье мама ей в приданное обещала. А теперь, не моргнув глазом, распахнула крышку тяжелого сундука и нырнула в наши скудные богатства по самые локти. — И чепец! У любой уважающей себя экономки должен быть красивый чепец!

— Мама!

— Тише, Елена! Сестра ради всех нас старается. Бери, дочка, бери.

«Знали бы они, — стучало у меня в голове. — Знали бы они!»

Столько планов было на жизнь, столько желаний. Большие дом грезился в большом городе, достойный муж, собственная карета с лошадьми — всё прахом пошло. Сгорело голубым пламенем. Остались тётино платье, чепец экономки и проклятый колдун со своим шаром!

— Спасибо, мама, — прошептала я. — И давайте быстрее. Карфакс ждёт к вечеру. Опаздывать нельзя.

В старомодном платье с оборками на груди я выглядела до ужаса нелепо. Оно пахло сундуком и никак не хотело разглаживаться. А ещё чепец. Кружевное безобразие. «Мечта старой девы». Я выбросила его, стоило выйти из деревни. Скажу, что потеряла. Или ничего не скажу. Вернуться домой мне уже не суждено, а в суете даже попрощаться толком не дали. Клауса поцеловать, Грету. Вместо этого нарядили, нагрузили и вытолкали за порог.

Матушка, казалось, половину нашего добра сложила в мою корзину. Кружку глиняную отдала, ложку, тарелку. «Пусть не думают, что мы совсем нищие, с пустыми руками тебя отправлять». Мешочки с горохом, пшеном и фасолью. «На первое время. Вдруг готовить сейчас не из чего?» Даже книгу, по которой мы с братьями грамоту учили. «Если читать не захочешь, то просто открой перед собой и сиди. Экономка должна выглядеть умной».

Эх, мама, ну какая из меня экономка? Они годами учатся, в толстых учётных книгах что-то пишут. А я читать едва умею и считать до ста. Ошибся Карфакс с помощницей. Хоть тут промахнулся, чем подарил повод вытереть слёзы и злорадно улыбнуться. «Ну что, колдовское жилище, ты готово вздрогнуть? Сейчас бедная и малообразованная служанка Мередит наведёт в тебе порядок».

При свете дня замок выглядел хуже тётушкиного платья. Да, когда-то хозяева им гордились, но я родилась позже, чем он растратил своё величие. Между двумя высокими башнями громоздились остальные постройки, в стене зияла брешь, а к навсегда закрытым воротам я так и не решилась подойти. Но если раньше я лишь вздыхала над унылостью и запустением, то сегодня оглядела новое место работы придирчивым взглядом. Черепица с крыш поотлетала. В верхних комнатах от дождя развелось болото. На нижние тоже протекало. Если в замке имелась библиотека, то книгам конец. Гобеленам и коврам тоже. Эх, столько придётся выбросить, что ничего не останется. Как бы я со своей ложкой и кружкой не оказалась богаче Карфакса.

Кстати, колдун поразил меня в самое сердце. Вышел встречать служанку прямо во двор. Стоял напротив бреши и ждал, сложив руки на груди. И его я тоже как следует рассмотрела только сейчас.

Седую голову скрывал капюшон. Вместо мантии, нарисованной на всех гравюрах в книгах о колдунах, Карфакс носил удлиненный камзол, высокие сапоги и плащ. Святые предки, кто сейчас так одевался? Заезжие господа ржали бы над чудаком в голос, аки кони на конюшне. Лет сто в наших краях не видели настолько «дедулькиного» наряда. Прошла мода на камзолы и бриджи. Может, поэтому Карфакс не снимал плащ? Сейчас вот, правда, распахнул его полы. На дворе стояла не по-весеннему жаркая погода. Взопрел господин наниматель.

— Добрый вечер, — вежливо поздоровалась я и тут же больно прикусила язык.

Шар! Проклятый артефакт не спал и на моей коже мгновенно вспыхнули синие искры. Карфакс скрипнул зубами. Изуродованное морщинами лицо перекосилось и стало ещё безобразнее.

«Всё, всё, поняла, не тупая, буду молчать» — постаралась показать я жестами.

Будет сложно. Исполнять приказы, не высказанные вслух, — самый страшный кошмар любой служанки. Поди догадайся, чего господин хочет и когда. Хоть лоб расшиби, всегда будешь не права, не расторопна и кругом виновата.

«За мной», — жестом пригласил колдун.

Ну вот. Обычная церемония ввода в курс дел началась. Хотя нет, вру. Необычная. Молчаливая. Карфакс привёл меня во внутренний двор, вручил скатанные тугой трубкой свитки и попрощался.

Что? В смысле? Куда он пошёл?

Я, как дура, приготовилась к долгим походам по замку, десяткам крупных поручений «что нужно сделать вообще», сотням мелких из разряда «сейчас и немедленно», больной голове, нервной дрожи, провалам в памяти. А хитрый колдун написал мне кипу длинных писем и отправился сторожить шар дальше. Хорошо устроился, однако. Не придерёшься.