Чтение онлайн

Однажды, когда погода была не для охоты, он ушел гулять с местной россыпью подростков. Были разные игры, гадания, непристойные разговоры. Деян был весел, общителен, но после того, как все кончилось, и ребята разошлись по домам, он ощутил невыносимую усталость и некоторое отвращение. К себе ли или к своему окружению – он не знал. Но все же что-то терзало его, и пригласи его кто снова на подобное гуляние, он бы наверняка отказал. Вдруг Деян почувствовал, что от него, в добавок ко всему, дурно пахнет. Был уже вечер, тетя легла спать пораньше, и он не хотел ее будить. Но и грязным ложиться тоже. И тут он вспомнил про баню. А что, Деян уже был практически взрослый, печь топить умел, дрова таскал; неужто он не сумеет попариться? Так он и поступил. В течение часа баня была растоплена, веники уложены, вода налита в чан. Деян разделся в предбаннике и начал работать веником по своему худощавому телу. Ничего особенного не происходило долгое время. На дворе уже сгустилась ночь, но свет печи расползался по стенам, и давал всю необходимую видимость. Внезапно Деян почувствовал, как что-то влажное коснулось его пяток и потекло к носкам. Он посмотрел под ноги и увидел кровь. Лужу крови, которая медленно вытекала из-под лавки. Он тут же вскочил на ноги, поскользнулся, упал на спину, снова подскочил и бросился к печи. Дрожащими руками он вынул из огня лучину и поднес ее к тому месту, где сидел. Просто вода. Чан был худой и давал течь, вон она и пролилась на пол. Ожидаемого облегчения не последовало. Деян привык доверять своим глазам, и он наверняка видел кровь, пусть и в тени. Желания оставаться в бане не осталось никакого. Он быстро собрался и вышел во двор. Свежий осенний воздух, вернул ему целостность рассудка, и он решил поскорее забыть о произошедшем и вернуться в дом.

Марина все так же мирно спала на лавке. Деян уместился по соседству, потому что на печи было слишком жарко, и тоже предался сну. Проснулся он среди ночи от какого-то шороха. Марина возилась на своей лавке и издавала его. Деян лежал к ней спиной и не видел, чем она занимается. Затем на несколько минут все стихло, но вскоре шорох повторился снова. После этого раздался звук, будто босые ноги опустились на деревянный пол, затем шаркающие шаги. Должно быть нужда, – подумал Деян и снова постарался заснуть. Но сон не хотел возвращаться. Что-то долго Марины нет, – снова подумал он и встал. Из окна, ведущего на задний двор, лился лунный свет и слышался голос. Деян тут же подскочил к нему и вгляделся во тьму. Благо, луна давала хорошую видимость. Вот он двор, нужник, курятник, баня… а у двери бани стоит спиной Марина, и говорит с кем-то. Внезапно она открыла двери и скрылась в предбаннике. Деян почувствовал, как у него по спине пробежали мурашки. Еще мгновение, и из бани донесся истошный крик. Парень тут же бросился, как был, во двор и ринулся к ней. С размаху выбив дверь, он миновал предбанник и открыл парилку. В лицо ударил клуб пара. Света внутри практически не было, но все же Деян различил все до деталей. Марина лежала на полу без чувств, а над ней стояло существо величиной с собаку, обросшее с ног до головы черной шерстью, и тянулось своей кривой лапой к женщине. Вдруг оно подняло желтые глаза на Деяна и тут же растворилось в тени. Мальчик сперва оцепенел от ужаса, но страх за тетю пересилил, и он, прикладывая тяжелейшие усилия, выволок ее на воздух. На крик также прибежали соседи, помогли перетащить женщину в дом, вызвали Тамару. Она обнаружила сильные ожоги на теле и немедленно назначила лечение. Позже народ начал шептаться, дескать Марине взбрело попариться ночью, и та опрокинула на себя ведро с кипятком. Кто-то же говорил, что она тем разозлила банника и это он ее окатил. Деян запомнил новое для себя слово.

Когда зеваки разошлись и осталось их в доме трое: он, Тамара да Марина, которая сейчас спала, перемотанная тряпками, Деян спросил у лекарки:

– Тетя Тамара, что такое банник?

– Банник? Да так, – пожала она плечами, – Выдумка. Якобы дух, который живет в банях, и ревниво относится к своему дому. Есть какие-то правила, чего в бане делать нельзя. Знать твоя тетя нарушила их, вот и получила от духа кипятком, – она легонько толкнула Деяна, который впал в сильную задумчивость, – Не бери в голову, малыш. Это все людские предрассудки. Просто скажи тете на будущее, чтобы по ночам не мылась и все на том.

– Что же это такое: “дух”? – спросил Деян, подняв на Тамару глаза.

– Что? Дух? – лекарка тяжело вздохнула, предвещая долгий разговор, и села на лавку рядом с Деяном, – Духи – это такие существа, обитающие в нашем мире. Они либо не имеют постоянной формы, либо вовсе невидимы человеческому глазу. Эти существа могут быть добрыми и злыми. Впрочем, – Тамара покачала головой, – может тем и другим сразу. Есть много поверий, относительно этих существ. Наверняка ты слышал о леших, русалках, том же баннике. Сама я в такие вещи не верю, но… – она задумалась, – Не может же все это взяться из ниоткуда. Лучше жить и не лезть во всю эту дребедень, добрый ли дух, злой, не трогай их и надейся, что не тронут тебя. Понял меня?

– А если они уже тебя тронули?

– Ты про банника?

– Я… Да.

– Что ж… – Тамара устало помассировала глаза, – Должно быть ему от тебя что-нибудь нужно.

– Что, например?

– Откуда мне знать. Я духов не видела и беседовать мне с ними не доводилось

– Но вы же откуда-то знаете все это? – воскликнул Деян, – Может, знаете людей, которым довелось?

– Н-нет… Не здесь. И знала я про это давно, всего не упомнишь. Деян? – она положила руку ему на плечо, – Ты бы выбросил из головы всю эту чушь. Не по возрасту она тебе. С твоей тетей произошел, конечно, неприятный случай, но она поправится. Не переживай.

Деян на это лишь натянул неправдоподобную улыбку и кивнул головой. Вскоре Тамара ушла. Мальчик занялся мелкими бытовыми делами и все ждал, пока очнется Марина. Это произошло под вечер. Он поднес ей воды и встал рядом на колени.

– Тетя, ты слышишь меня?

Марина резко раскрыла глаза и попыталась вскочить, но незамедлительно скорчилась от боли.

– Где я? – озираясь по сторонам, прохрипела она

– Ты дома, все позади, – Деян передал ей кружку, и женщина лихорадочно припала к холодной воде. Затем она увидела повязки на себе и, похоже, вспомнив все, закрыла лицо руками и зарыдала.

– Тетя скажи мне, что случилось? – умоляюще произнес Деян, на что Марина лишь закачала головой.

– Деянчик, зачем ты лечил меня?

– Лечил? Ты знаешь?

– Я знала все время, – она схватила Деяна за руку и горько прошептала, – Но его нельзя обмануть. Он знает… Он запретил… – она уронила голову обратно и снова закрыла лицо руками.

– Что ему нужно от тебя? Почему он тебя мучает?

Марина зарыдала пуще прежнего и импульсивно замотала головой, – Ты не хочешь этого знать, Деян…

– Почему? Что бы там ни было, я пойму, – он умоляюще посмотрел на нее.

– Деян, я сделала очень плохую вещь. И эта мерзость обозлилась на меня. Я обречена.

Деян почувствовал, как кровь приливает к его голове, а зубы до боли трутся один об другой.

– Почему тогда просто не сжечь эту баню? – выкрикнул он в исступлении.

– Потому что тогда домом ему послужу я! – Марина тут же поникла и тяжело задышала, – От него нельзя спрятаться, нельзя уехать. Он не привязан к бане, он привязан ко мне. И будет терзать меня до самой смерти, – она вдруг задумалась о чем-то и захохотала, сначала тихо, потом все громче и громче, – Знаешь, что самое смешное, Деян, – едва выговорила она, – он запретил мне что-либо делать с собой. Говорит, достанет меня на том свете. Вот же сволочь. Может никакого того света и нет, а все ж таки… – она замолчала, и лишь тихо посмеивалась, точно умалишенная.

Деян опешил от всей этой картины. Ему вдруг тоже захотелось как-нибудь выпустить свои эмоции, но он не знал, рыдать ему или смеяться вместе с теткой. В конце концов на смену двум этим чувствам пришло другое, отчетливое и настойчивое. Это был гнев. Он злился на все и всех: на Марину, Тамару, себя, но больше всего на гадкого карлика, поселившегося у них во дворе. Он машинально кинулся к печи, достал оттуда лучину и побежал с ней во двор.

– Деян, постой! – крикнула ему вслед Марина, и снова истерически засмеялась.

Деян не слышал ее. Он, невысокий тринадцатилетний мальчик, шагал в сторону бани с зажженной лучиной, и в его глазах читалась настоящая ненависть. Он выбил плечом дверь в предбанник и сделал тоже самое со второй, но пока оставил ее приоткрытой.

– Выходи тварь! – заорал Деян, что было силы, и огляделся по сторонам, готовый к нападению. Но нападения не последовало, – Ах, так. Если ты не явишь себя, то я сожгу эту баню до основания. И домом тебе будет груда пепла! Молчишь? Хорошо. Тогда я считаю до трех. Раз… Два… Три! – Деян еще не успел привести в исполнение свой план, как в него тут же прилетела, сорвавшаяся с места кадушка. Вода в ней была холодной, но лучина все же выпала у Деяна из рук и погасла. Сразу за этим захлопнулась дверь, и мальчик остался один в полутьме.

– Глупец… – раздалось в бане, словно эхо, – Ты же знаешь, к чему это приведет…

– Знаю, – произнес Деян, ноги которого подкашивались от страха, но голос звучал твердо, а зубы скрипели, – ты останешься без своего ненаглядного жилища. Меня это вполне устроит.

– Ха-ха-ха, – разразилось, как гром, — Дитя…

– Что Марина сделала тебе? Почему ты ее не оставишь в покое?

Прошло некоторое время прежде, чем дух заговорил снова.