Чтение онлайн

— Благодарю вас, — она с заметным облегчением отпустила сестру и слабо улыбнулась — возможно, впервые с тех пор, как пришла в себя после нападения.

— Он жив, — вдруг с неожиданной твёрдостью в голосе заявила Инара.

Встретившись с заинтересованными взглядами гвардейцев, служанка смущённо смяла фартук и пояснила:

— Та южанка, Кирис, если она на самом деле хотела защитить госпожу, разве это не означает, что они отправились в безопасное место?

Эйдон поджал губы. Сложно было отказать Инаре в рассудительности, но кто бы поручился, всё было именно так, как он рассказал? Даже если одарённая на самом деле каким-то образом сумела переместиться в другое место, что мешало ей сразу же прикончить Мартона? Что вообще они знали об этой странной девушке кроме того, что она появилась из ниоткуда, когда Сальвийский дух пообещал исполнить желание Его Величества? Не воин и не полководец, не мудрец и не искусный маг — чем её появление в мире на самом деле могло помочь юному королю Эм-Бьялы?

Оставалось только порадоваться, что, помимо прочего, Кирис совсем не походила и на хладнокровную убийцу — однако на бунтовщика до самого последнего момента совершенно не походил и сын управляющего Формо.

Отчего-то именно эта мысль раскалённой спицей засела у Эйдона в голове.

— Ваше сиятельство так не считает?

Сообразив, что Инара по-прежнему ждёт ответа, капитан заставил себя улыбнуться и как можно мягче произнёс:

— Я считаю, у тебя необычайно ясный ум. Искренне надеюсь, что нам всем ещё предстоит убедиться в твоей правоте.

Он уже собирался отпустить девушек, но Инара неожиданно подалась вперёд и с тревогой спросила:

— Ваше сиятельство, а то, что Его степенство так жестоко накажут в столице — это правда, или вы сказали то, что люди должны были услышать? Потому что, если нужно, я где угодно скажу, что он вовсе не хотел делать все эти ужасные вещи, просто… ой!

В этот момент её платье пострадало уже во второй раз. Энара виновато покосилась на Эйдона, и на какое-то мгновение тому даже показалось, что служанка вот-вот беспомощно разведёт руками. Он и сам удивлённо приглаживал усы, не зная, стоит ли хмуриться в ответ на дерзость или похвалить Инару за смелость и предприимчивость.

В конце концов капитан остановился на среднем варианте: нахмуриться, но при этом не оставлять вопрос без ответа:

— Это решение принимать не мне. Скажу лишь, что от желания или нежелания Бравила уже ничего не зависит, не имеют значения и причины, его на этот шаг толкнувшие: мятежное знамя отнимают вместе с руками. Но почему ты спрашиваешь?

Под тяжёлым взглядом Эйдона Инара сжалась и втянула голову в плечи, как будто это позволяло её занимать как можно меньше места. Смущённо потупившись, она едва слышно шепнула сестре:

— Ты расскажи.

— Ах, теперь я?

Энара на мгновение подняла глаза к темнеющему небу, но тут же взяла себя в руки и придала лицу спокойное выражение. С вежливой полуулыбкой она пояснила:

— Мы знакомы с Его степенством с самого детства. В то время мы даже играли вместе, пока господину управляющем Бравилу не позволили отправить сына на учёбу к вельменно Винце. С тех пор многое изменилось. И пусть Его степенству не пристало вспоминать о подобных глупостях, нам всегда казалось, что он не позабыл о нашей прошлой дружбе — как иначе объяснить, что он всегда был с нами добр и обходителен? Кроме того, Его степенство всегда с большим почтением отзывался о вельменно и мечтал получить такой пост, на котором смог бы служить нашим правителям ещё лучше.

— А вчера он и вовсе вёл себя совсем не так, как обычно, — убеждённо добавила Инара, готовая в любой момент спрятаться за спиной сестры. — Стал злым и раздражительным. Заперся в комнатах и прогнал нас, когда мы хотели узнать, не следует ли послать за знахарем — тогда мы ещё не знали, что знахаря… уже нет. А ещё я слышала, как он разговаривает сам с собой — а раньше такого никогда не бывало.

— «Так нельзя», так он сказал, — морща лоб, подтвердила Энара.

— Вот, значит, как, — Эйдон задумчиво поскрёб подбородок. Жаль, он не знал этого раньше — с другой стороны много ли это изменило бы? К тому моменту дело было уже сделано: рах убил жреца и его ученицу вместе с женихом.

— Прошу прощения за дерзость, но я позволю себе присоединиться к вопросу, — вновь заговорила Энара. — Его степенство на самом деле будет наказан так, как вы сказали? Нам… нам важно это знать.

Эйдон сосредоточенно нахмурил брови и потянулся к сумке, однако в самый последний момент спохватился, вспомнив об этикете, и спрятал трубку обратно. Уже во второй раз перед ним заступались за младшего Бравила. И если отца ещё можно было понять, то поведение сестёр, которые пострадали от его действий не меньше, а в чём-то и больше других, заставляло капитана крепко задуматься.

— Разыщите гвардейца Анталя, — приняв решение, приказал Эйдон. — Сообщите ему, что я желаю видеть пленника.

Служанки встретили эти слова совершенно одинаковыми улыбками. Вежливо распрощавшись, девушки взялись под руки и проворно исчезли в сгущающейся за воротами темноте — жители Формо по-прежнему опасались лишний раз показываться на улице, а потому зажечь светильники в тот вечер было некому.

Как только вечер поглотил шелест ткани и мягкий отзвук шагов, в руках капитана вновь появилась трубка, которую он не откладывая принялся набивать табаком. Нильсем, понаблюдав за размеренными движениями Эйдона, отлепился от частокола, расправил плечи и прошёлся по кругу, разминая ноги.

— Всё-таки собираешься поискать способ сохранить торговцу жизнь, капитан?

Эйдон неопределённо пожал плечами.

«Слабый медиум» — так назвала Бравила Её светлость. Человек, которому можно внушить «почтительность, страх, верность или любовь», которого можно заставить пойти на предательство и убийство. Но что, если возможности рахов не ограничиваются только этим? Что, если Её светлость точно так же могла навязать свою волю Кирис?

Бравил — обычный мальчишка, пусть и прошедший обучение у вельменно, а призрак, взявший его под контроль, хоть и оказался весьма силён, напоминал скорее дикого зверя — невероятно хитрого и упрямого, но, судя по всему, неразумного. Но знания и целеустремлённость вельменно, помноженные на упорство и могущество раха, подкреплённые влиянием на Кирис, странные силы которой пока никто не понимал… Такой союз был гораздо опаснее — и куда более непредсказуемым.

Сейчас одарённая просто переместилась в другое место, но что, если бы она смогла использовать «место силы», чтобы с его помощью попросту сравнять Формо с землёй? Или для этого ей оно и не требовалось? Стоило ли обманываться тем, что пока одарённая больше походила на заплутавшую в тёмном лесу девчонку, чем на грозное оружие в руках Сальвийского духа?

Ответа на этот и на многие другие вопросы у Эйдона не было. Поручение Его Величества было с треском провалено, по миру бродит одарённая в компании с чудовищем, чьи намерения ещё предстояло прояснить, — и им ещё повезёт, если в конечном итоге ею не воспользуются враги Эм-Бьялы и Его Величества.

Впрочем, капитану гвардии Его Величества не престало полагаться на удачу. Эйдон решил ещё раз поговорить с Бравилом, чтобы хотя бы попытаться выяснить, что произошло с сыном управляющего Формо и понять как именно рах влияет на разум своей жертвы. И лучше с этим не затягивать: кто знает, какой приказ Бравил получил от своей «хозяйки» последним? С раха бы сталось внушить юноше, что тот при первой же возможности должен перегрызть себе вены или разбить голову о стену — и тогда вместе с ним погибнут и ценные сведения, без которых предсказать поведение Кирис, в случае, если рах всё-таки возьмёт над ней верх, будет весьма проблематично.