Чтение онлайн

Но время уже обнять любезный мне труп и предать его гробу. Валеитиниан мой, возлюбленный мой бел и румян, имей в себе образ Христов! Такими словами Церковь в песнях взывает ко Христу. И это не сочти за обиду: ибо знамением Господним знаменуются рабы, именем же императора запечатлеваются воины. Сам Господь говорит: Не прикасайтеся к помазанным Моим (Пс. 104,15). Вы — свет мира (Мф. 5,14). И Иаков сказал: Иуда! тебя восхлалят братья твои (Быт. 49,8). С этими словами обращался он к сыну и этим открывал Господа. Об Иосифе же сказал: сын возвращен Иосиф, сын возвращен мои ревностный (Быт. 49,22), и этим означал он Христа [  [21] ].

Почему можно и мне знаком Господним запечатлеть раба: возлюбленный мой бед и румян, избран от тем (Песн. 5,10) [  [22] ]. Избран сын мой, когда по смерти отца в малых летах потребован на царство. Голова его — чистое золото; …глаза его — как голуби при потоках вод (Песн. 5,11,12). Там сидели мы и плакали (Пс. 136,1), сказали пришедшие оттуда.

Живот его — как изваяние из слоновой кости (Песн. 5,14), да примет слова Писаний и сможет сказать: Утроба моя! утроба моя! скорблю во глубине сердца моего (Иер. 4,19). Как пророк воскликнул. Ибо это говорит подражатель Христов. Щеки его — цветник ароматный, гряды благовонных растении (Песн. 5,13). Губы его — лилии, источают текучую мирру; руки его — золотые кругляки, усаженные топазами (Песн. 3,13,14). Ибо в словах его сияла правда, в делах же — благотворение и человеколюбие, разговоры его исполнены были добродетели и царской важности, постоянство его не преклонялось перед страхом самой смерти, исправление нравов и дел было непрестанное: ибо всякий добрый делатель есть рука Христова.

Уста его — сладость, и весь он — любезность (Песн. 5,16). Рассуждения его сколь милы были всем! С какой приятностью пересказывают разговоры его! Сколь много народы сожалеют о тебе, дитя! Последние слова, которыми ты требовал меня твоей быть порукой, запечатлены в памяти моей, ими оставил ты обо мне доброе и славное свидетельство. Я не мог оказать тебе своей верности, которую приготовлял, однако заочно ручался, и Христос меня, ручающегося за тебя, слышал. Обещание мое известно на небе, хотя неизвестно на земле; обязался я Богу, хотя не мог обязаться людям.

Говорил я о теле твоем, теперь буду беседовать с твоей душой, достойной пророческих украшений. Почему те же употреблю слова: Кто эта блистающая, как заря, прекрасная, как луна, светлая, как солнце? (Песн. 6,10). Кажется мне, что я вижу тебя, сияющего и говорящего: Ночь прошла, а день приблизился (Рим. 13,12). И так святая твоя душа смотрит на нас с заботой свыше. Ты вышел из тьмы века сего и светишь как луна, блистаешь как солнце; и справедливо сказал я, как луна: ибо хотя прежде в тени тела этого ты сиял и освещал тьму земли, но нынче, заимствуя свет от солнца правды, озаряешь дни наши. Почему кажется мне, что я вижу тебя, выходящего из тела и, прогнав ночной мрак, рано встающего, и как солнце приближающегося к Богу, и как орла, стремительно парящего и оставляющего земное.

Оглянись, оглянись, Суламита; оглянись, оглянись, — и мы посмотрим на тебя (Песн. 7,1). Обратись к нам в мире и покажи славу твою сестрам твоим, чтобы начали они радоваться о твоем покое и благодати. Хоть один раз обратись и всей мыслью поспеши к городу святых Иерусалиму. И воистину, Христос, говоря это благочестивой душе, повелевает ей ненадолго обратиться, чтобы явилась нам слава ее и будущее упокоение со святыми, а потом приказывает ей поспешить к вышнему сообществу святых.

Что вам смотреть на Суламиту, как на хоровод Манаимский (Песн. 7,1), то есть, на такую, которая против многих в теле сражалась. Ибо сражалась против врагов внешних, сражалась против обманчивых перемен века, сражалась против слабостей телесных и многоразличных страстей. Услышав от Господа: оглянись, Суламита, обратилась однажды к миру, обратилась через повторение причащения к благодати Христовой и потому прекрасно обращение ее, прекрасны стоны ее и восхождение к небу.

Почему удостаивается слышать: как прекрасны ноги твои в сандалиях, дщерь именитая (Песн. 7,2), то есть, о царская дочь: ибо имела прекрасные ноги, которыми пользовалась, не обуваясь, хотя и покрывая их, так как возвышенна будучи, стопы свои направляла куда хотела, без всякого вреда или разувалась, как сделал Моисей, которому сказано:сними обувь твою с ног твоих (Исх. 3,5).

Итак, праотец Надав, начальник народа, восклицает, обращаясь к тебе: Слыши, дщерь, и смотри… И возжелает Царь красоты твоей! (Пс. 44,11–12). Как прекрасны ноги твои в сандалиях, дщерь именитая! Округление бедер твоих как ожерелье (Песн. 7,2), то есть, постоянные твои в делах благодушие и умеренность равны великим триумфам. По причине твоей умеренности и миролюбию Галлии не тягостен был враг, и Италия прогнала своего неприятеля, приближавшегося к границам ее. Ведь несомненно, что золотая цепь является наградой за победу: ибо храбро подвизавшимся на войне дается она. Живот твой — круглая чаша, в которой не истощается ароматное вино; чрево твое — ворох пшеницы, обставленный лилиями, Шея твоя, как столп из слоновой кости; глаза твои озерки Есевонские (Песн. 7,3,5). Превосходный пуп души, который принимает все добродетели, как чаша, наполненная самим виновником веры, ибо премудрость в чаше растворила вино свое, говоря: идите, ешьте хлеб мой, и пейте вино, мною растворенное (Притч. 9,5). Ибо этот пуп, украшенный добродетелями, исполнен всякого растворения. Чрево его также наполнено было не только правдой, как пшеницей, но изобиловало, как лилия, приятностью. Шея его покорена была игу Христову. Голова его увенчивалась кровью Господней более, нежели царскими диадемами.

Поэтому справедливо, как царь и победитель греха, в небесной короне восходит, и душе его Бог говорит слово: украсилася еси, и усладилася еси любы в сладостех своих (Песн. 7,6) [  [23] ]. Украсилась красотой добродетели, усладилась же благодатью. Высока как пальмовое дерево, которое наградой бывает побеждающего.

Навстречу этой восходящей душе исходит Грациан и, обняв, говорит ей: Я принадлежу Другу моему, и ко мне обращено желание его (Песн. 7,11). Или желая быть вместе с ним, или как ходатай предстоя, по любви к брату, восклицает, что обращение его должно предпочтено быть самой его благодати.

Прииди, говорит, возлюбленный мой, и выйдем в поде, побудем в селах; Поутру пойдем в виноградники (Песн. 7,12), то есть ты пришел туда, где раздаются плоды разных добродетелей, где изобилуют награды. Выйдем в поле, где труд не тщетен, но приносит плоды благодати. Что посеял на земле, то пожни здесь, что там расточил, то здесь собери. Выйдем в поле, где благовоние Иаковлево, — то есть, приди в недра Иакова, да как убогий Лазарь на лоне Авраамовом, так ты в обиталище праотца Иакова покоишься, ибо лоно праотцов есть жилище некое вечного покоя. Ибо справедливо, что Иаков — поле плодоносное, как праотец Исаак засвидетельствовал следующими словами: вот, запах от сына моего, как запах от поля, которое благословил Господь (Быт. 27,27).

Побудем, говорит, в селах (Песн. 7,11), — показывая, что там есть покой, не смущаемый нападениями века. У дверей наших, говорит, всякие превосходные плоды, новые и старые: это сберегла я для тебя, мой возлюбленный (Песн. 7,14). О, если бы ты был мне брат, сосавший груди матери моей! тогда я, встретив тебя на улице, целовала бы тебя, и меня не осуждали бы. Повела бы я тебя, привела бы тебя в дом матери моей. Ты учил бы меня, а я поила бы тебя ароматным вином, соком гранатовых яблоков моих. Левая рука его у меня под головою, а правая обнимает меня (Песн. 8,1–3). Грациан обещает брату, что будет он иметь плоды разных добродетелей: потому что был верен Господу, благочестив, кроток, чистосердечен и целомудрен телом.

И для того при дверях жилища своего имеет приготовленные и близлежащие плоды. Предлагает брату, что сохранил новые плоды и старые, то есть сохранил таинства Ветхого завета и Нового, и говорит: О, если бы ты был мне брат, сосавший груди матери моей! то есть, не кто другой, но сам Христос просветил тебя духовной благодатью. Он сам тебя окрестил, поскольку недоставало при том человеческого служения. Лишаясь малого, получил ты большее. Какие сосцы у Церкви, ежели не таинство крещения? И хорошо сказано: сосавший, как бы о таком, который, будучи крещен, ищет молока. Встретив тебя на улице, восклицает, целовала бы тебя, то есть, обретя тебя вне тела, обнимаю лобзанием таинственного мира. Никто тебя не будет презирать и не уничижит; введу тебя в покои матери Церкви и в покои таинств, чтобы ты мог пить чашу духовной благодати.