Чтение онлайн

50. Затем, Сам Господь мира, взяв в свои мощные мышцы порученные Ему виноградники и увидев, что Его лозы распускаются, начальственным взором умеряет для произрастающих плодов дуновение (ветра), как Он Сам свидетельствует словами: «виноград мой предо мною: тысяща Соломону и двести стрегущим плод Его» (Песн. 8:12).

51. Выше он говорит: «шестьдесят сильных вокруг» отрасли [5] его, вооруженных обнажеными мечами и воспитанных в воинских науках [6] (Песн. 3:7–8), а здесь «тысяча» и «двести». Возросло число там, где возрос и плод; ведь кто более свят, тот более и огражден. Так, Елисей пророк показал, что в виде стражи находятся около него воинства ангелов (4Цар. 6:17); так и Иисус Навин узнал вождя небесного воинства (Нав. 5:14). Следовательно, те, которые могут даже сражаться за нас, могут также и оберегать в нас плод. Для вас же, святые девы, которые в непорочном целомудрии сохраняете священное ложе Господне, существует особая стража. И не удивительно, что, при вашей ревности к ангельским нравам, за вас воинствуют ангелы. Девственная непорочность заслуживает помощи со стороны тех, жизни которых она удостоилась (подражать).

52. И к чему мне продолжать восхваление девства? Ведь непорочность (девственная) произвела даже ангелов. В самом деле, кто сохранил ее, тот – ангел; кто погубил, тот – диавол. От нее получила свое имя даже религия. [7] Дева есть та, которая сочетавается с Богом; блудница же – та, которая произвела богов. И что мне сказать о воскресении, награждение которым вы уже имеете? «В воскресение бо, – говорит Писание, – ни женятся, ни посягают, но яко ангели… на небеси суть» (Мф. 22:30). Что нам еще только обещается, у вас, следовательно, уже имеется; нашими обетованиями вы уже наслаждаетесь. Вы от мира сего и в то же время вы пребываете вне сего мира. Мир удостоился вас иметь, но не смог (вас) удержать.

53. А как прекрасно: ангелы за свое невоздержание ниспали с неба в мир, а девы за чистоту перешли из мира на небо. Блаженны девы, которых ни телесная прелесть не соблазняет, ни совокупность страстей не низвергает долу. Умеренная пища, воздержное питие, научая – не знать поводов к порокам, научают не знать (и самых) пороков. Повод ко греху часто улавливал даже святых. Посему, когда народ Божий сел за еду и питье, он отрекся от Бога (Исх. 32:6). Посему и Лот не узнал дочерей (своих) и совершил с ними соитие (Быт. 19:33). Посему некогда и дети Ноя, с обращенными назад стопами, покрыли срам отца (своего) (Быт. 19:23): что увидел бесстыдный, того скромный устыдился, а любящий прикрыл; (ибо) он оскорбил бы (отца), если бы и сам увидел (его наготу). Вот сколь велика сила вина: кого не обнажил потоп, того обнажило вино!

54. А каково это? Какое счастье (в том), что вас не воспламеняет никакая страсть к наживе? Бедный просит (у тебя) того, что ты имеешь, и не ищет от тебя того, чего не имеешь. Плод труда твоего есть сокровище для неимущего; и два асса, если только они случатся, составляют богатство для раздающего.

54. Итак, слушай, сестра, чего у тебя нет. А чего ты должна остерегаться, конечно, не мне тебя учить и не твое дело учиться у меня. Навык в совершенной добродетели не нуждается в наставлении, напротив, он сам создает его. Видишь – как, подобно носилкам в (торжественном) шествии, выступает та, которая убирает себя с целью понравиться и обратить на себя внимание и взоры всех; но через то самое, чем старается понравиться, она делается безобразной; прежде чем ей удается понравиться отдельному мужчине, она делается неприятной для (всего) народа. А у вас: отвергнутая забота о красоте более всего и оказывается привлекательной: для вас служит украшением уже то самое, что вы не украшаетесь.

55. Посмотри на уши, истерзанные ранами, и пожалей о бремени сдавленной шеи. Разница металлов в этом случае не вызывает облегчения мук. Здесь шею сдавливает цепь, а там сковывают ногу ножные путы. И ничуть неважно то, обременяется ли тело золотом, или железом. Важно то, что в од ном случае сдавливается шея, а в другом затрудняется движение. Ценность тут ничего не значит: вы, женщины, как будто бы боитесь только того, как бы вам не лишиться наказания. [8] Есть ли какая разница в том, осуждает ли вас чужое мнение, или ваше собственное. Вот почему вы даже более достойны сожаления, чем осуждаемые по общественным законам: те желают освободиться (от оков), а вы налагаете их на себя.

56. А как достойно сожаления то положение, при котором намеревающаяся вступить в брак продается, как красота продажной рабыни: ее покупает тот, кто предложит большую цену. Впрочем, сравнительно сносно даже продаются те рабыни, которые часто (сами) избирают себе господ; дева же, если изберет (себе жениха), то это оказывается преступлением; и если не изберет, то следует бесчестие. Хотя бы она была прекрасна и стройна, она и боится, и в то же время желает быть увиденной: она желает для того, чтобы дороже продать себя; боится, чтобы не вменилось в неприличие то самое, что ее видят. А сколько насмешек над (ее) желаниями, сколько (подозрительного) страха за исход сватовства касательно женихов, страха – как бы бедняк не обманул, как бы богач не побрезговал, как бы красавец не посмеялся, как бы знатный не отнесся с презрением.

57. Скажет кто-нибудь: ты ежедневно поешь перед нами похвалы девственницам. И какой мне толк, если ежедневно я буду распевать одно и то же и не буду иметь никакого успеха? Но (это) не по моей вине. Но вот приходят для принятия посвящения девы из Плаценции, [9] приходят из Бононии, [10] приходят из Мавритании, [11] (приходят для того), чтобы здесь принять покрывало. Вы видите великое дело. Здесь я действую, а в другом месте убеждаю. Если же это так, (то) с целью вас убедить мы постараемся действовать и в другом месте.

58. Что же это значит, что следуют за мной даже те, которые меня не слушают: ужели же не последуют за мной те, которые слушают? Вот я узнал, что очень многие девы желают (последовать моему совету), но матери препятствуют им даже выходить, [12] и – что еще тяжелее, – (это делают) вдовицы, с которыми у меня идет эта беседа, A ведь если бы ваши дочери захотели полюбить человека, то они по законам могли бы выбрать того, кого они хотят. Итак, неужели нельзя избрать Бога тем, которым позволено выбирать человека?

59 Посмотрите, как сладок плод целомудрия, который возрос даже в варварских сердцах. Из самых отдаленных стран, (лежащих) ниже и по ту сторону Мавритании, приведены сюда девы и здесь они желают посвятиться; и вот в то время, как все их семейства в оковах, целомудрие их не знает оков. Та, которая огорчается несправедливостью рабства, исповедует вечное царство.

60. А что мне сказать об этом богатом целомудрием воинстве – бононских девственницах, которые, отрекшись от мирских утех, населяют святилище девства? Без сожительства с мужчинами (contubernali sexu), с помощью присущего им целомудрия они, достигши двадцатеричной чести (vicenarium numerum) и сторичного плода (centenarium fructum), как неутомимые воины непорочности, оставив родительский кров, стремятся в жилища Христа: то воспевают они духовные песни, то добывают (своими) трудами пищу, а равно снискивают своими руками средства для милостыни.

61. А если появится в них чуткость (odor) к отыскиванию девственниц (ведь они прежде всего жаждут того, как бы им представилась возможность поохотиться за целомудрием), – они по всем следам, заботливо оставляемыми преследуют скрывающуюся жертву до самых логовищ. Если же при этом со стороны которой-нибудь мелькнет более приветливое порхание, то ты можешь видеть, как все они поднимаются во всю прыть (своих) крыльев, начинают шуметь перьями, сверкать взмахами (крыльев), – ты можешь видеть, как они окружат летающую (добычу) непорочным ликом целомудрия до тех пор, пока та, восхитившись блистающим сонмом (девственниц), забыв отцовский дом, не войдет в страну целомудрия и в сети непорочности.

62. Хорошо поэтому, если для девственницы ревность родителей дышит, как веяние целомудрия; но то еще славнее, если огонь нежного возраста да- же без поддержки (со стороны) старых (людей) сам повергает себя в пламень (in fomitem) непорочности. Приданого лишат родители; но ведь ты имеешь богатого жениха, и, довольствуясь его сокровищем, ты не станешь искать прибыли от отцовского наследства. Вот насколько непорочная бедность превосходит выгоды (от) приданого!