Улица Пратер
Шрифт:
— Меня?
— Конечно. Целый день я стоял здесь и ждал, когда ты придешь. Кстати, разреши познакомить тебя с моей сестрой.
И тогда рядом с ним возникла девушка. Сделав книксен, она произнесла:
— Мисс Джизель.
— Очень рад, Энтони.
Джизель выглядела чрезвычайно привлекательно. Ее черные волосы красивыми волнами падали на плечи. Голубые глаза, высокий лоб, правильный нос. Нижняя губка чуточку выдавалась вперед, обнаруживая своенравный характер. Об этом же говорила ее осанка, высоко поднятая голова. Правда, девушка из старинного замка была одета в брюки и короткое клетчатое пальто, но эта одежда была удивительно ей к лицу. Она сказала приятным голосом:
— Быть может, пройдем в замок?
— С удовольствием. У вас великолепный парк, мисс Джизель, сэр Ричард.
Сэр Ричард произнес сочным, низким голосом:
— Что верно, то верно. Красивый. Этот парк старый-престарый. Здесь почти каждому деревцу за сто лет. Собственно говоря, для краткости меня можно звать просто Рик. Хорошо, Энтони?
— Ол-райт! Да-а, вот это парк!
— Ничего, только немного скучный, — сказала Джизель. — Мы все время сидим здесь и никуда не выходим. Знаешь, я рада, что мы познакомились, Энтони!
— Я тоже. У нас в школе есть девочка по имени Джизель, точнее, Гизи. Но она не такая приятная.
Глаза Джизель загорелись от любопытства.
— А какая она?
— О, она такая… вечно нос задирает. Считает себя очень красивой.
— Она красивее меня?
— Нет. Ты гораздо красивее.
Так разговаривая, они пересекли парк.
Трава в парке была ярко-зеленой и от ветерка переливалась, как шелк. Башни крепости вблизи казались высокими до небес. Они вошли в замок, миновали холл, гостиную и оказались в зале для фехтования. Двое высоких мускулистых мужчин как раз вели там ожесточенный бой. Увидев вошедших, они прекратили сражаться и сняли маски.
— Лорд Филипп и лорд Джон, — произнес сэр Ричард, — мои друзья.
Тони представился. Потом сказал, что у него тоже есть друзья: Андраш Чонт и Длинный. Они любят и уважают его за то, что он отличный спортсмен. Возможно, он станет боксером, как его дядя Оскар. Дядя уже умер, и Тони лично не был знаком с ним, но очень много о нем слышал. Дома у него висит дядин портрет, и Тони, разглядывая его, всегда думает, что станет боксером или борцом.
Тони посмотрел на лордов.
— Но, возможно, я стану и фехтовальщиком.
Джизель удивленно воскликнула:
— Ты умеешь фехтовать, Энтони?
— Конечно, хоть сейчас могу продемонстрировать.
Не успел он снять куртку, как ему тут же принесли великолепный фехтовальный костюм и шпагу. И начался поединок с лордами. С Джоном Тони покончил быстро, а лорд Филипп продержался довольно долго. На скрещивающиеся клинки сквозь цветные стекла окон падали лучи солнца, их блики скользили по мраморным плитам пола. Тони внезапно упал на одно колено и попытался нанести удар снизу. Однако Филипп вовремя заметил это обманное движение. Тогда Тони перешел к защитной тактике, а затем, когда противник на мгновение ослабил внимание, ринулся в вихревую контратаку. Клинок Тони отбил шпагу соперника, проскочил вперед — укол. Сэр Ричард закричал:
— Поздравляю, Энтони!
А Джизель сказала просто:
— Я надеюсь, мы станем друзьями. Ты придешь к нам завтра? Если захочешь, вместе поужинаем, а потом устроим фехтовальный турнир или покатаемся на лошадях…
— Возможно, я приду, — сказал Тони. — Даже наверняка. Ну, а пока сенькью, Джизель, Рик, сиюэгейн!
Они стояли в воротах замка и махали на прощание:
— Сиюэгейн, Энтони, ждем, Энтони!..
Как раз в этот момент тетя Вали вошла в комнату, и свет лампы упал на ее лицо. Оно было милым и кротким, а волосы казались совсем серебряными.
— Уже поздно, — сказала она, — ты закончил, Тони?
— Да, только что, — ответил он, закрыл тетрадь и отодвинул от себя книгу.
Его грызла совесть, но когда он лег в постель, то быстро заснул.
5
На другой день классный руководитель господин Гал проверял успеваемость за неделю. И вот тут разразился скандал.
— Кочиш, — медленно проговорил учитель, — что это такое?
Он сдвинул на лоб очки и посмотрел на Тони.
— Пять единиц. И никаких других оценок. Пять единиц! — повторил он.
В классе засмеялись.
— В сумме это как раз пятерка.
— Не остри, Герцог! — прикрикнул учитель Гал.
— А он все время острит, — рассерженно произнес Тони. — Герцог-красавчик!
— Почему это Герцог-красавчик?
— Потому что он трясется за свои чудо-джинсы.
Длинный пробормотал:
— Это верно, не любит он работать. Вчера, когда металлолом собирали… — И тут он проговорил, подражая голосу Герцога: — «Фи, ржавчина»!
— Эй, что ты ко мне привязался! — крикнул Герцог. — Ты сам всегда в грязь садишься? И потом, я-то пришел собирать. А некоторые вообще не пришли. Кочиш, например.
«Вот они какие, — думал про себя Тони. — Предатели несчастные. Герцог не может забыть, что когда-то я дал ему подножку. В тот день он в первый раз появился в своих чудо-джинсах. И так дурацки растянулся, что чуть не разорвал их. В полу был какой-то гвоздь. Но кто виноват, что он на него напоролся? Герцог этого забыть не может…»
— Почему ты не пришел, Кочиш?
Ну и погодка сегодня! Облака на небе — громадины.
— Я жду, — заметил господин учитель Гал, — жду твоего ответа.
И тогда у Тони вырвалось:
— Я не хочу ходить с ними, господин учитель, они мне не друзья! У меня есть свои места, я собираю в одиночку.
Он выпалил все это на одном дыхании и даже раскраснелся от волнения. «И зачем я это сказал? Кому это нужно?» Стало очень тихо. Учитель Гал тоже молчал. Он опустил, потом вновь поднял на лоб очки:
— Что такое?
Тони чувствовал, что его снова заносит.
— У меня нет друзей! Ни одного! — отрезал он гордо.
Герцог не удержался:
— Зато есть колы. Целых пять.
— Вот они какие, — с горечью произнес Тони.
Учитель Гал довольно резко оборвал Герцога:
— Над теми, кто попал в беду, не смеются, им помогают. Русский, математика — сплошные единицы. Кто поможет Кочишу повторить материал?
Обычно, когда заходила речь о помощи, сразу же поднимался целый лес рук. Но сейчас все неподвижно и тихо сидели на своих местах. Тишина все тянулась и тянулась. Тони растерянно улыбался, но к горлу у него подступила тошнота. К счастью, никто не мог этого заметить. А учитель Гал все еще спрашивал: