Чтение онлайн

— А он все это знал? — ткнул Тибо в притихшего мэтра.

— Разумеется. Сама его учила. Но подзабыл, видать. Очень хотелось, да? — в упор уставилась на него Анет. — Забыть?

И, показалось, был в этом вопросе еще какой-то смысл, уже далеко не столь явный и вроде бы только им двоим и понятный.

— Ладно, не суть, перебила она сама себя. — Я не о том, вообще-то. Знаешь, есть и такое мнение, что раньше не было разницы — темная сила, светлая… Сила она сила и есть. Ну вот как твой ножик, к примеру. Можно, конечно, и прибить кого-нибудь, а можно колбаски порезать. Те же, кто по какой-то причине силу не получил, но отношение к магикам имел — это голубая кровь. Потому среди знати больше всего магов и рождается. Наверняка из-за того, что на генетическом уровне что-то там сохранилось, пусть и в латентном виде.

Тибс демонстративно закатил глаза, зато поближе к ней придвинулся Янир:

— Сможешь объяснить понятнее? Это ведь знания из той грани, где ты была, так?

— Ну… — в сомнении протянула она. — Попытаться можно.

Через пять минут этого разговора Тибо нагло уснул. Прямо за столом.

А еще через полчаса выяснилось, что Анет и целитель сидят рядом и, склонившись голова к голове, в четыре руки чиркают что-то на одной салфетке. Причем даже не бумажной.

— Ладно, — вздохнул Янир, с явным сожалением прерывая интересный разговор и устало потирая переносицу. — Закругляться пора с этим недоужином. Обслуга вон третий раз сюда заглядывает, наверняка убрать уже хотят.

— Угу, — спорить Анетте не стала, ей и самой нужно было посидеть сейчас в тишине, обдумать и разложить по полочкам итоги этой беседы. — Поднимай своего неуча и пошли.

На прощание, в качестве благодарности за лекцию, ей опять облобызали пальцы и… не только. Второй поцелуй, почти невесомый, был запечатлен на запястье.

В общем, после такого общения Анетте вдруг захотелось переодеться. Да, зеленое платье ей очень шло, но… скоро ведь ужин. И новый наряд оказался бы весьма кстати. Негоже приличной леди два раза подряд появляться за трапезой в одном и том же. Даже если эта леди — ведьма. Вернее, особенно если эта леди — ведьма. Когда вас где-то сильно не любят, в таких вещах следует быть щепетильным и поводов никому не давать. Ни для чего.

И нет, дело, конечно же, не в Янире! Вообще ни в нем.

Именно поэтому она и подозвала к себе Тибса по дороге в комнату — на этот раз свою собственную и отдельную. Оставаться в одной с целителем было категорически невозможно.

— Вот что, юноша, — начала она без лишних предисловий, — а смотайся-ка ты в ту лавку, к портному, где мы были… Она ж недалеко вроде?

— Рядом, ага.

— Так, вот, смотайся и возьми у него то платье, вишневое, насчет которого я сомневалась. В общем, он поймет, если скажешь.

— Ладно, сделаю, — кивнул тот как-то слишком уж понимающе.

— И все деньги с собой не бери, — разозлилась она непонятно на что. — А то спустишь еще! На запонки для паладина своего бледного.

— Ведьма!

Вместо ответа Анетте лишь дверью шваркнула. Да так и застыла, прислонившись к ней спиной и недоумевая, с чего так взбесилась? А потом вздохнула, собралась с силами и призналась сама себе: да просто потому, что тянет ее к этой аристократичной стоеросине. Всегда тянуло. Знает, что нельзя, что ничего хорошего из этого не выйдет, но… поделать с собой ничего не может. Вот и бесится вечно. А вот с чего светлого иногда клинит так, что тот будто с цепи срывается, не поймешь даже…

И вдруг дошло. А не с того ли самого, с чего клинит и ее?

«Та-ак… Вишневое платье необходимо срочно!»

Глава четырнадцатая

Жена городского главы совсем не хотела, чтобы кто-либо знал о том, что она захаживает в ресторанчик уважаемого Певлита. Потому как ходила она туда вовсе не ради обеда и даже не ради фантастических пирогов его дочери, а ради приятных встреч с одним весьма симпатичным молодым человеком, мечтающим о протекции ее мужа. Дама прекрасно это понимала, но… в удовольствии, вернее, в удовольствиях, отказать себе не могла. Просто старалась тщательно скрывать свои посещения — потерять мужа из-за них было бы слишком опрометчиво.

Вот и сейчас, укутавшись до самых глаз в плащ и опираясь на руку своего столь же замаскированного кавалера, она в нетерпении притопывала ножкой, ожидая пока нерасторопная обслуга распахнет перед ними дверь — они и так сегодня задержались, не хватало еще, чтобы кто-нибудь вышел в коридор и увидел их тут.

И дождалась.

— Прошу, — с поклоном приоткрыли для нее сворку, но даже шага сделать дама не успела.

Первым, заставив ее попятиться, в дверной проем с улицы ворвался длинный вихрастый парень. Ужом скользнув мимо ее кавалера, успевшего вовремя прижаться к стене, тот рванул в сторону лестницы наверх, к гостевым комнатам. Но налетев на некстати подвернувший под ноги жестяной бак, загромыхал по узкому коридору к кухням, соревнуясь с этой посудой в том, кто наделает больше шума. Так что выскакивать туда начали сразу со всех сторон и многие. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как вслед за недорослем в распахнутую дверь один за другим влетают парочка разбойного вида головорезов, чуть не сбив с ног растерянно застывшую в проеме даму и почти сорвав с нее плащ. А заодно и опрокинув ее кавалера, бросившегося было на помощь.

— Ага! — самый шустрый из них в два прыжка подскочил к слегка оглушенному падением парню и, ухватив за шиворот, рывком вздернул на ноги. — Добегался, сучий потрох!

Этот самый потрох, не будь дурак, мигом пришел в себя, вывернулся из рубахи, пожертвовав десятком пуговиц, и на глазах у изумленной публики белкой взлетел по лестнице наверх, вопя во все горло и собирая этим все новых и новых зрителей. Собственно, только тут увлекшиеся догонялками головорезы эту публику и заметили. Немая сцена получилась на славу: пара резво, но тихо попятившихся обратно к двери налетчиков, один со свежеукраденной рубахой в руках; взъерошенная дама, в распахнувшемся и сползшем с плеча плаще; а у ее ног такой же расхристанный молодой человек. Весьма симпатичный.

— Э-э… Рилда, ты? — одна из выскочивших на шум дам нарушила повисшую тишину сладким до приторности тоном. — Дорогая, как-то не ожидала тебя здесь увидеть... И кто-нибудь, помогите душке Пстанру подняться на ноги. Неприлично же…

Немая сцена случилась и когда переставший вопить, но полуголый Тибс влетел в комнату к наставнику, распахнув дверь так, что она с грохотом влепилась в косяк. Пока мэтр пытался прийти в себя и сообразить, что происходит, парень тупо посмотрел на свои пустые руки и сокрушенно выдал:

— Опять нашей ведьме платье не принес. Сожрет, да?

Та оказалась легка на помине, выскочив на шум из соседней комнаты:

— Тибо?! Какого?..

— Потерял я твой сверток с платьем, — покаянно глянул на нее парень, не успев еще отдышаться. — Не соображу даже, где…

— И свое шмотье потерял? — зачем-то, не иначе как от растерянности уточнила та.

— Костюм? — встряхнулся тот. — Не, его тут оставил, в одной рубахе ушел. Сама же сказала, ничего лишнего не брать…

И вот тут целитель видать сообразил, с чего случился очередной переполох:

— Ведьма, ты что, опять подставила его из-за своих тряпок?!

— Какого черта? А до меня вы тут как обходились? — не осталась она в долгу. — Твой ученичок под конвоем в город ходил или вообще из той лачуги носа не высовывал?

Разгорающуюся ссору прервал хозяин, появившийся возле их комнат словно из воздуха:

— Уважаемые, — примиряюще поднял он руку. — Думаю, нам стоит закрыть дверь и поговорить, не привлекая внимания.

— Поговорить? — перевел на него мрачный взгляд Янир.