Чтение онлайн

Нет.

Всё, как обычно, ничего нового.

И я, вздохнув, открыла глаза.

— Доброе утро, сладкая моя, — Кирьян сидел в кресле, плотно придвинутом к кровати, и что-то сосредоточенно черкал на листе, обложившись книгами. — Как себя чувствуешь?

Нахмурилась, потому что происходящее показалось мне как минимум неправильным, особенно когда ловчий поднял на меня глаза и повторил вопрос взглядом.

— В порядке, — протянула, впрочем, без особой уверенности. — Что вчера произошло?

— Эмоциональное истощение, нервный срыв, обморок, — виновато поморщился демон, потерев кончик носа костяшками. — Прости. Отец тоже извиняется и очень сильно надеется, что ты не держишь на него зла.

Скептично хмыкнула, не поверив, но Кирьян глядел на меня кристально честным взглядом, и я не стала ничего говорить вслух. В смысле, ничего по этой теме.

— И что теперь со мной будет? — Медленно села, начав озираться в поисках одежды, потому что лежала под одеялом лишь в одних трусиках. Из принципа сделала вид, что для меня это в порядке вещей, и небрежно уточнила: — Отдадите своим ученым на опыты?

— Нет.

— Сразу убьете? — хмыкнула, зло кривя губы.

— Есения, не говори ерунды! — тон Кирьяна стал жестче. — Никто тебя не тронет. Мы искали разумное дерево, а ты…

— А я разумное дерево! — взглянула на него прямо и с вызовом подняла руку, которую он мог рассмотреть во всей красе. — Я! Дерево! Что не так?!

— Всё не так, Есения… — устало выдохнул ловчий, откладывая книги в сторону на чайный столик, и я увидела, что он корпел над тетрадью архимага. — Ты не просто существо и результат безумного эксперимента, а абсолютно разумное существо с полноценной аурой. Не животное. Не растение. Да, не классическая форма жизни, но и не монстр. И судя по тому, как ты на меня сейчас смотришь, ты не изучала труды архимага Роберта Прайса, где он как раз разбирает разницу между живущими в нашем мире разумными расами и открытыми видами животных и растений, в том числе измененных магически. Так вот, сладкая моя, согласно этим самым трудам и межрасовой конвенции, ты — полноценный член общества. Более того — самая чистокровная эльфийка из ныне живущих. Легендарное священное дитя эльфов, чья мать арутта. Тронуть тебя — всё равно что покуситься на самое святое. Понимаешь?

— А… — У меня едва новый приступ не случился, причем чего, я еще не определилась. Но трясти уже начало. Пока только внутри… Но что-то мне подсказывало, что это только начало. И поэтому я подняла руку-ветку и глухо договорила: — Это?

— Вылечим, — уверенно кивнул демон и пересел ко мне, крепко обняв, словно отлично видел, что мне это надо. Очень… Очень надо! — Ну всё, всё… Всё будет хорошо. Обещаю. Веришь?

— Выходит, я зря боялась, да? — всхлипнула, чувствуя, как разжимается в груди тугая пружина, которую я почти не замечала, но она оказалась невероятно огромной и болезненной. — Всё это время… Было зря?!

— Не зря, — возразил ловчий, нежно поглаживая меня по волосам и спине. — Ты правильно делала, что никому не доверяла. Может, стоило рассказать всё эльфам, но…

Я протестующе вскинулась, а Кирьян понимающе хмыкнул и покачал головой.

— Вот и я так же думаю. Большинство обычных людей и впрямь посчитали бы тебя за монстра, и могли причинить вред, просто в силу своей необразованности. Но видишь ли, мало кто знает, что первые эльфы могли становиться деревьями. Сами эльфы это старательно скрывают, но у них для этого свои причины. Причем самое смешное, не стыд за свое происхождение, а досада на то, что нынешнему поколению это недоступно. Давно уже недоступно, если уж совсем честно… В общем, всё сложно.

— Ого… — пробормотала растерянно, когда Кирьян сделал паузу. — Тибальд не говорил… И в учебниках этого нет!

— Ещё бы, — пренебрежительно хмыкнул ловчий. — В учебниках этого нет, только в закрытых архивах со спецдоступом. Для эльфов это позор — лишиться былого всемогущества. Думаешь, просто так одна из ветвей практически выродилась? Нет, сладкая моя, всё взаимосвязано.

— Каким образом?

— Родственные браки никому на пользу не идут, — цыкнул демон. — И если у людей это выражается прежде всего в телесных уродствах, то у прочих рас, сильных магически, все немного иначе. Да, вначале будет всплеск магически одаренных детей, но следом всё равно придет угасание. Причем куда более сильное и неминуемое. Отклонения в магии, отклонения в психике, бездетность — эти уродства могут быть не видны внешне, но от этого не перестанут быть уродствами. А итог всё равно один — гибель расы, как таковой.

— Хочешь сказать… — прошептала, не веря в дикость собственных слов, — что родоначальниками целой расы действительно были всего двое? Одна эльфийка-арутта и один эльф-мэллорн?

— Честно? Не знаю, — Кирьян пожал плечами. — Может и нет, но факт остается фактом, эльфы вырождаются. Чистокровных всё меньше, а из-за своей идеологии и нетерпимости к прочим расам им приходится вступать в родственные браки между собой. Элементарная биология, Есения. Нынешний Владыка пытается переломить ситуацию, собирая ко двору полукровок, но опять же далеко не всех, а лишь «избранных». Но что-то мы увлеклись… Как себя чувствуешь?

— Есть хочу, — призналась пару секунд спустя, после того, как прислушалась к своему организму. — В остальном всё нормально. И мне… — вздохнула, — не по себе от всего этого. Всё равно что выйти на улицу голой и вдруг обнаружить, что это никому не интересно.

— О, тут ты не права, — ухмыльнулся Кирьян, ловко разворачивая меня к себе так, что я оказалась лежащей у него на коленях, причем ни капельки не прикрытая одеялом. — Как минимум это интересно мне! Оч-чень интересно!

— А ты вообще извращенец, — рассмеялась, потому что просто не смогла оставаться серьезной, когда он так себя вел. — Древофил!

— Кто-кто? — не понял слово, которое я сама придумала только что. Объяснять я не спешила, предпочтя гнусно хихикнуть, и демон снова ухмыльнулся: — Ладно, сочту за комплимент. Тебе завтрак в постель или как?

— В постель!

А что? Мне надо! У меня, можно сказать, мир с ног на голову перевернулся только что! Причем, судя по тому, как нервно трясутся руки и капельку губы, он ещё не закончил свои кульбиты.

— А возьми-ка вот это, — Кирьян сунул мне в руки крупный камень силы, заряженный под завязку, и только после этого бережно переложил обратно на подушки. — Держи, не отпускай.

— Зачем? — удивилась, потому что куда охотнее подержалась бы за него, но ловчий уже отошел к двери, чтобы крикнуть кого-нибудь из прислуги.

— Есть идея, — туманно отозвался демон и немного отвлекся, давая распоряжение подошедшей Лоре. Вернулся ко мне и только после этого продолжил: — Судя по этой тетради и твоим собственным рассказам, твоё развитие застопорилось три года назад. А так как арутта всё же магическое дерево, то нуждается не только в правильном поливе и подкормке, но и своевременном магическом вливании. Вот скажи мне, как часто ты ходила в лес, когда жила в Одмуне?

— Ну… — Я мысленно прикинула и пожала плечами. — По-разному. Иногда пару раз в неделю, иногда раз. Большие перерывы были редкостью.

— А всё почему? — уточнил демон, словно подталкивая меня к верному выводу.

Но мне было не до разгадывания загадок, поэтому я просто спросила:

— Почему?

— Потому что ты инстинктивно тянулась к магической аномалии, впитывая магию кожей, — Кирьян с умным видом наставил на меня палец. — А может и не только кожей, да? Признавайся, что ты обычно делала в Гиблой Пади кроме сбора трав?