Чтение онлайн

— Это не имеет значения, — сдержанно ответила я. — Между нами не может быть ничего серьёзного.

Сказала так, а у самой заныло сердце. Больше всего мечтала, чтобы, вопреки здравому смыслу, это «серьёзное» состоялось!

— И правильно! — горячо поддержала меня мамуля. — Нечего связываться с мальчишкой! Один у тебя уже есть. Я имею в виду Ромку. Не хватало ещё становиться мамкой собственному мужу! Намучаешься с ним, а он потом возьмёт и убежит на сторону…

Да знаю я, знаю! Но от этих справедливых замечаний у меня стали закипать слёзы отчаяния, и появилось неудержимое желание запустить в стену чем-нибудь тяжёленьким.

— Ладно, мам, проехали… — решила я закруглить разговор. — Устала, спать пойду…

— Конечно, дочка, — согласилась мамуля, хотя ей страсть как не терпелось вызнать подробности и, вообще, поговорить на эту тему.

Но дудки! Не стану больше сыпать соль себе же на свежую рану.

Ещё через пару дней я столкнулась во дворе с мамой Тимура. Они все сговорились, что ли?

— Здравствуйте… — рядом со мной притормозила немолодая женщина.

Я даже не сразу догадалась, кто это. Мы, хотя и были соседями, никогда не общались — вроде как незачем.

— Я — мама Тимура Кольцова… — между тем представилась она, изучая меня пристальным взглядом, в котором читались и интерес, и настороженность.

— Очень приятно… — мне пришлось тоже остановиться.

Ни фига мне не приятно! То есть могло бы быть, но при других обстоятельствах. А сейчас хотелось поскорее прошмыгнуть мимо.

— А вы Наташа? — уточнила она, продолжая буравить меня такими же, как у сына глазами-льдинками.

Вот, оказывается, от кого ему достались эти необычные глаза.

— Наталья Владимировна, — нарочито официально поправила я, тем самым подчёркивая дистанцию.

— Лилия Васильевна, — кивнула она. — Рада знакомству.

Ой, да и ты нисколько не рада! Это читается по твоему лицу. Просто хочешь понять, кто же осмелился захомутать ненаглядного сыночка.

— Мне известно, Наташа, что вы с Тимуром встречаетесь… — вдруг мягко проговорила она, проигнорировав моё отчество. — Он изменился, скажу я вам, и в лучшую сторону…

Я замерла, не ожидая такого поворота. Смотрела на неё во все глаза. Видно, на этот раз подвела меня моя интуиция.

— Но в последние дни, словно сам не свой… — продолжала она. — Что случилось?

А я-то полагала, что Тимур и думать обо мне забыл… Хотя, попробуй догадайся, отчего он ходит «сам не свой». Может, у него какие-то проблемы.

— Даже не знаю, — сдержанно ответила я. — Вам, наверное, лучше спросить у сына… А что касается нас, то мы уже не встречаемся.

— Отчего же? — подалась вперёд Лилия Васильевна.

— Ну, скажем так — мы с Тимуром не подходим друг другу по возрасту, — объяснила я. — Я — взрослая женщина, у меня сын-подросток… Вы же, наверное, в курсе…

— Да, у вас славный мальчик… — она просветлела лицом. — Вежливый такой, всегда здоровается…

Это Ромка-то? Что-то не замечала его особой вежливости. Наоборот, мне приходится постоянно корректировать поведение своего отпрыска. А, впрочем, может, я не слишком внимательно к нему приглядывалась? Но неожиданная похвала в адрес Ромки из уст Лилии Васильевны мне была приятна.

— Вы не беспокойтесь, я всё понимаю, — заверила её я. — Сама бы переживала, если бы мой сын — конечно, когда подрастёт! — встречался с женщиной много старше по возрасту…

— Отчего же? — снова спросила Лилия Васильевна. — По-моему, это не главный повод для переживаний… Знаете, ведь бывает по-разному. И возраст тут не помеха. А, впрочем, решать вам. Не буду вмешиваться. Всего доброго.

Она приветливо мне кивнула и направилась к подъезду.

— Всего доброго… — как эхо, ошарашенно проговорила я уже ей в спину.

Просто в голове не укладывалось — получается, мать Тимура не против наших отношений?! И её не смущает ни мой возраст, ни наличие у меня взрослого сына? Чудеса!

А дома Ромка поинтересовался издалека:

— Мам, а тебе что, разонравилось кататься на байке?

Вот жук! Вся его хитрость шита белыми нитками. Ведь ему хочется узнать о Тимуре? Ну так пусть выйдет на стоянку перед домом — он наверняка там. Сама я теперь пересекаю двор почти бегом, чтобы не столкнуться с ним нос к носу. И даже машиной стала редко пользоваться по той же причине, ведь наши парковочные места рядом. Такая вот пошла жизнь. Поворачиваюсь, словно вор на ярмарке.

— Надоело что-то… — соврала я, делая вид, что не понимаю Ромкиного захода. — Да и опасно это…

— А Тим к нам что, больше не придёт? — с грустью спросил мой отпрыск.

— А почему он должен к нам прийти? — ответила я вопросом на вопрос.

— Ну, у вас же с ним… — начал было Ромка и замолчал.

— У нас с ним — что? — строго спросила я, изо всех сил изображая возмущение. — У нас с ним ничего. Заруби это себе на носу. И хватит болтать глупости! Ты уроки сделал?

— Так ведь каникулы же… — напомнил сын. — Ты что, забыла?

Действительно, что-то меня понесло не в ту степь.

— Давай ужинать! — решительно заявила я, убегая от скользкой темы.

И, правда, что ли, все сговорились? Я стараюсь забыть Тимура, а мне напоминают о нём из каждого утюга!

Однажды после проливного дождя я от парковки пересекала наш двор, пытаясь подобраться к собственному подъезду. Но не тут-то было! Прошлым летом ремонтная бригада умудрилась положить асфальт так, что во время дождей туда, как в чашу, набиралась огромная лужа, которую ни обойти, ни объехать. Разве что на вездеходе пересечь. Видите ли, никто не удосужился подумать о том, куда будет сливаться дождевая вода. Подумаешь, какой пустяк! А жильцам теперь мучиться.

Так вот. Решила я подобраться к подъезду с другой стороны, но вдруг мимо на большой скорости промчался байк. Да так, что смачно окатил меня из лужи. Я и глазом не успела моргнуть, как уже стояла на пешеходной дорожке, с ног до головы облитая грязной водой, а по лицу сбегали проворные струйки. Наверное, со стороны выглядела весьма комично — мокрая курица с нелепо растопыренными руками, в каждой из которых висело по объёмистой авоське. К ни го ед . нет

— Ах ты паразит! — умудрилась я погрозить вслед обидчику, перехватив авоськи одной рукой.