Вторая Академия
Шрифт:
Я лишь пожала плечами. Среди семей лордов такое встречалось сплошь и рядом. Выгодный союз для рождения сильных детей – и только. Но я до последнего наивно надеялась, что Ксар и я… что мы избежим такой судьбы.
– Глупость, правда? – тихо спросила я. – То, что мне до сих пор хочется, чтобы было иначе?
Ксар медленно покачал головой, не отрывая от меня взгляда.
– Нет, – так же тихо сказал он. – Не глупость.
Он как-то незаметно оказался совсем рядом. Его рука нашла мою, и я ощутила исходящее от него тепло. Наши лица были близко-близко, как были лишь раз в жизни, когда мы играли в догонялки на морском берегу, мокрые с головы до ног, а потом Ксар споткнулся, полетел на песок, а я наклонилась, протягивая ему руку…
…И когда он рывком встал, почти коснувшись моей щеки губами, он вдруг отвернулся – и до вечера между нами царила неловкость.
Но теперь Ксар не отворачивался.
– Не представляю, как бы я жил, если бы не встретил тебя, – проговорил он с тоской, проводя ладонью по моей щеке. – Как мне было бы одиноко.
Я застыла. Я так хотела услышать от него эти слова… так долго…
– Ксар, я…
– Всего один раз, Фаэль, – прошептал он.
И поцеловал меня.
Я беззвучно ахнула, застывая, и сама не поняла, как ответила, раскрыла губы, позволив Ксару углубить поцелуй. Ночь вокруг нас вдруг сделалась иллюзорной, нереальной, словно мы не стояли в особняке, а парили на платформе среди легендарных императорских садов. Целоваться с Ксаром оказалось так сладко, что у меня закружилась голова. Горячий рот, пьющий моё дыхание, такие мягкие, упругие и податливые губы…
Алая вспышка на мгновение охватила тело Ксара, такая частая для сиддов, не контролирующих эмоции и дар. Он оторвался от моих губ, тяжело дыша.
– Я солгал, – прошептал он. – Я не хочу, чтобы это случилось лишь раз.
– Ты женишься.
– Только через месяц. И это неважно, Фаэль. Я же сказал тебе: это лишь формальный брак ради наследников. Мы можем быть вместе, ты и я. Сидды тебя не примут, но я дам тебе дом, средства – всё, что ты захочешь, если ты останешься со мной. Я дам тебе всё.
В значении его взгляда невозможно было усомниться.
– Ты блистала в своём наряде сегодня вечером, – хрипло произнёс он. – И продолжишь блистать, если станешь моей. Ты не представляешь, как я этого хочу.
– Ксар…
Его взгляд блуждал по моей фигуре, глаза были затуманены желанием.
– Пойдём наверх вместе со мной, – прошептал он. – А утром я найду тебе апартаменты там, где захочешь. И тебе не нужно будет волноваться ни о чём.
Я отступила на шаг.
– Дай я проверю, правильно ли я тебя поняла, – медленно сказала я. – Ты хочешь, чтобы я стала твоей любовницей, но всё равно женишься на моей сестре?
Слова лорда Джавуса зазвенели у меня в ушах:
«Право, будь я на месте Ксара, серьёзно подумал бы о том, чтобы заполучить двух сестёр вместо одной».
Я почувствовала во рту терпкую горечь. Ну конечно же.
Ксар еле слышно вздохнул.
– Тебе правда так хочется это называть? Фаэль… ты же знаешь, что так поступают очень многие. И знаешь, что я не могу жениться на тебе. Мы правящий род, мы не можем выказывать слабость, иначе нас сожрут. Отец и так говорит, что я проявляю недостаточно… жёсткости… к тем, кто это заслужил.
Я молчала.
Разве Ксар был неправ? Если он рискнёт и женится на девушке без дара, что будет с домом Джавус? Они потеряют и позиции, и влияние, и даже расположение императора Сарффа. А это, как известно, фатально. Императорский двор не прощает неудачников. Если другой правящий дом захочет уничтожить дом Джавус, дорога перед ними будет открыта. А если я стану любовницей Ксара, я многое получу. Я буду с ним ночами, буду выслушивать его и медленно, исподволь влиять на его решения, начну помогать ему в делах и со временем сделаюсь его правой рукой. У меня появится влияние. А когда Ксар станет главой своего дома…
Несколько секунд я смотрела на Ксара, оценивая эту мысль. Не как влюблённая девушка, а как агент, оценивающий риски и выгоды будущей операции. Возможности, которые может дать покровитель вроде Ксариона Джавуса, сложно просто взять и выбросить на ветер, зная, что альтернативой будет одинокая жизнь бедной родственницы, а собственное приданое я только что потеряла. Рэй бы меня понял.
На мгновение я представила себе это будущее.
И вздрогнула, разом поняв, что оно значило.
Я – его любовница, Сильвейна – его жена. И я буду знать об этом каждый день и помнить каждую ночь.
…И никогда с этим не смирюсь.
Я любила его. Я беспомощно улыбнулась, глядя ему в глаза. И мне плевать было на любые выгоды: я просто хотела, чтобы он был со мной. Не с Сильвейной – со мной.
Но некоторые вещи просто невозможны.
На меня вдруг сошло ледяное спокойствие. Но даже оно не могло заглушить боль настолько острую, словно в эту минуту я…
…Прощалась с детством. Со своей первой любовью.
Со своей единственной любовью, может быть.
Несколько мгновений мы с Ксаром смотрели друг другу в глаза.
И одновременно невесело улыбнулись.
– Я не хочу тебя терять, Фаэль, – тихо сказал Ксар.
– Я знаю.
– Но ты не останешься со мной, – утвердительно сказал он.
– В роли любовницы? Нет.
– Фаэль… – Ксар покачал головой. – Я не хотел тебя оскорбить. Я просто не могу предложить тебе большего. Не имею права.
Я сглотнула.
– Это я тоже знаю, – глухо сказала я. – Поэтому я сжигаю мосты сейчас. Я отказываюсь ждать и надеяться, поэтому я сразу говорю тебе: нет. Между мной и тобой ничего не может быть.
– Всё ещё может измениться.
Я вскинула руку:
– Нет. Не думай, не надейся, не рискуй, не пытайся что-то менять. Не выйдет. Просто… всё закончилось.
– Не успев начаться.
– Да.
Было чудовищно больно, но именно так я хотела поступить. Сохранить свою любовь, свою мечту, своё светлое воспоминание, уйти и запереть своё сердце. Не ждать, когда надежда мало-помалу сменится отчаянием и злостью, а нежность, объединявшую нас, смоет ядовитой горечью.
– Ксар, это действительно навсегда, – произнесла я, глядя ему в глаза.
– Я знаю, – произнёс Ксар негромко. – Потому что жить надеждой тебе было бы слишком больно. И мне тоже.
Он и впрямь очень хорошо меня понимал.
– Именно так, – прошептала я.
Мы могли бы стать такой потрясающей парой. Я грустно улыбнулась. Ксар… он мог стать кем угодно. Я помогла бы ему в этом, а он бы поддержал меня. И наши дети…
Нет. Довольно. Я закрываю эту дверь навсегда. Потому что позволить себе надеяться, а потом потерять его снова – этого я уже не выдержу.