Чтение онлайн

Но я знаю, что часто думала о том же. Я не представляла, сколько воров работает на Далгарда, но мне было интересно, почему шефу Рунону понадобилась я. Собака, которая умеет находить яйца и перемещаться, — большое преимущество, если у тебя нет других, если ты придерживаешься примитивной тактики, как дом Колбек. Но если у тебя есть все необходимое, включая оружие… почему я?

Я не могу не думать об этом, пока мы идем несколько миль по неровной скале, внимательно высматривая драконов. Иногда один из них пролетает вдали, и мы замираем, затаив дыхание, пока он не исчезает из виду.

Леми пока ничего не учуял, и Андор первым останавливает меня и шепчет:

— Вон там.

Мой взгляд устремляется в ту сторону, куда он указывает. Мы шли по плато, состоящему из песка и камней, ветер с каждым шагом становился все сильнее, из-за спины он приносил запах моря, а впереди — серы. Перед нами плато как будто раскалывается, образуя расщелину в земле, который расширяется по мере продвижения.

— Это начало долины, — говорит он и устремляется туда.

Я бегу за ним, Леми держится рядом, и мы спускаемся по склону. Как только мы поворачиваем, перед нами открывается вся долина. Она такая, как описал Андор и как я ее запомнила. Она узкая в том месте, где мы стоим, ветер со свистом проносится в обоих направлениях, создавая вихри в песке, а затем становится шире, уходя вглубь суши к хребту вулканов, из которых вытекает лава, но они слишком далеко, чтобы представлять для нас угрозу. Вдоль всего верхнего хребта долины тянется ряд пещер, некоторые из которых, как я помню, когда-то были домом для циклодрагов.

Но это не те яйца, ради которых Андор привел меня сюда.

Прямо вдоль одной из трещин, проходящей по центру долины, разбросаны гнезда кроведрагов, похожие на маленькую ферму по разведению.

— Их должно быть не меньше дюжины, — шепчет он мне, когда мы прислоняемся к скале. — И я вижу только две пары родителей на своих гнездах. Остальные улетели на охоту. Он бросает на меня взгляд, его глаза блестят. — Похоже, в прогнозе нет огненных смерчей.

Леми скулит, опустив голову к земле и принюхиваясь, давая мне понять, что хочет переместиться к ближайшим яйцам. Я кладу руку ему на голову, предупреждая, что пока нужно оставаться на месте. Мы должны придумать, как лучше всего это сделать, не привлекая внимания кроведрагов, которые сидят на своих гнездах. По моему опыту, даже если побеспокоить гнездо, которое им не принадлежит, они будут реагировать и защищать его, подобно пчелам, охраняющим улей.

Андор тянется назад и достает из колчана одну из своих стрел, а затем лук.

— Я не могу выстрелить отсюда, но, если мы подойдем ближе, я, возможно, смогу их достать.

— Сколько у тебя стрел? — спрашиваю я, разглядывая колчан и меч у него за спиной. Я знаю, что в высоком ботинке еще спрятан кинжал. — Может, ты отдашь лук и стрелы мне? Так я смогу защитить тебя, а ты сосредоточишься на яйцах.

Он прищуривается, глядя на меня.

— Транквилизатором обработаны только стрелы с зеленым концом. Ты когда-нибудь пробовала стрелять из лука?

— Вообще-то да, — отвечаю я, вздергивая подбородок. — Мой отец научил меня стрелять по мишеням. Мы делали это с помощью фигурок драконов свогеров, которые он украл и расставил вдоль стены вокруг нашего дома.

— А сколько тебе тогда было лет?

Это было до того, как мы переехали в город.

— Шесть, — признаюсь я. — Но я уверена, что это как езда на лошади.

— А ты ездила на лошади?

Я ничего не отвечаю.

— Позволь мне разобраться с этим, — говорит он, направляясь вперед. — Вы с Леми сосредоточьтесь на том, чтобы отвлечь их внимание. И если какие-нибудь драконы направятся ко мне, пока я буду занят, тебе придется с ними разобраться. Какими бы милыми они ни были.

В этом и состоит особенность кроведрагов. Легко решить, что они милые и безобидные, потому что они размером с кошку. Но они быстрые, злобные и любят кровь. Я не знаю, на что они обычно охотятся здесь — уверена, что Штайнер мог бы многое рассказать об их повадках — но это кровь какого-то живого существа, поскольку они в первую очередь впиваются в обнаженную кожу. У них острые когти и длинные, полые зубы, которые пронзят твою кожу и высасывают досуха, если представить им такую возможность. Меня лично они никогда не кусали, но однажды они набросились на меня стаей, и мне повезло, что они решили, что я не стою их усилий.

— Ладно, — говорит Андор. — Иди за мной и держись сзади. Если я останавливаюсь, ты тоже останавливаешься. Думаешь, Леми понял?

— Я сама позабочусь о Леми, — говорю я, жестом приглашая его идти вперед, а сама тянусь за спину и вытаскиваю из ножен оба меча из вулканического стекла. — Пошли.

Андор направляется прямо в долину, а я следую за ним, держась немного сбоку, иначе ничего не увижу из-за его высокой фигуры. В тот момент, когда мы выходим из относительного укрытия стен разлома, жара, кажется, усиливаются, ветер несет ее со стороны вулканического хребта. Я подтягиваю шарф выше, закрывая им рот, и вижу, что Андор делает то же самое, поскольку дышать становится все труднее из-за летящей пыли и песка.

Я доверяю Андору следить за кроведрагами, а сама внимательно осматриваю небо в поисках всего, что может летать, не упуская из вида пещеры, потому что циклодраг в любой момент может высунуть голову из одной из них.

Мы находимся примерно в сотне ярдов от гнезд, когда Леми внезапно замирает.

— Андор, стой, — шепчу я.

Он останавливается передо мной, и мы медленно поворачиваемся.

За нами раздается тяжелое хлопанье крыльев. Звук громче, чем у древнедрага…

— Вниз, быстро, — приказывает Андор, и мы оба падаем на землю, Леми повторяет за нами, как раз в тот момент, когда свет меркнет и над нами пролетает темная тень дракона.

Я не смею пошевелиться, не смею поднять глаза.

Это смертодраг.

Самый большой и грозный дракон из когда-либо существовавших, и которого я видела только издалека.

И прямо сейчас он пролетает над нами.

Песок и пыль поднимаются в воздух, когда его огромные крылья хлопают над нами, и я задерживаю дыхание, молясь, чтобы он нас не заметил. Андору уже слишком поздно доставать свой маскировочный плащ, так что мы — легкая добыча.

— Черт, — шепчу я, не в силах сдержать благоговейный трепет в голосе.

Он такой красивый.

И невероятно страшный. Один только размах его крыльев, кажется, занимает всю долину, а голова размером с конную повозку движется взад-вперед, пролетая над землей.

— Следи за хвостом! — кричит Андор, и прежде чем я успеваю что-то предпринять, он притягивает меня ближе, а затем закрывает собой, как раз в тот момент, когда тяжелый, похожий на хлыст, конец хвоста смертодрага ударяет о землю. Леми исчезает как раз вовремя, и я чувствую, как он появляется позади нас, в целости и сохранности.

— Это было близко, — говорит Андор мне на ухо. Он лежит на мне, крепко обнимая.

Я киваю, из меня вырывается слабый вздох, пока я мгновение позволяю себе насладиться ощущением его веса. Он напряжен, и я уверена, что если бы он полностью расслабился, то раздавил бы меня.

Он отстраняется и пристально смотрит, наши носы касаются друг друга, мы тяжело дышим, и я чувствую, как меня поглощает глубина его взгляда, замечаю, как черные и коричневые линии, словно лучи черного солнца, расходятся во все стороны в янтаре его радужки.