Чтение онлайн

"Нет. Не может быть. Я тебе уже всё сказал" – отчётливым эхом пронеслись в её голове слова Салтыкова из недавнего сна.

Олива бросилась звонить Ане на домашний. Трубку никто не взял.

"Наверное, в институте, или в магазин пошла… – с отчаянием подумала Олива, – Чёрт, когда нужна, её нет… Позвоню ей на мобильный…" Олива не сразу отыскала свой в гневе закинутый сотовый телефон. Дрожащими пальцами отыскала номер Ани, нажала на соединение…

– Абонент не отвечает или временно недоступен. Попробуйте позвонить позднее…

Олива кинулась звонить Кузьке. Он взял трубку.

– Где Салтыков?! – накинулась она на него, – Кузька, миленький, ты не знаешь? Я в Арх ехать собралась, а он аську вырубил, и телефон… У него абонент не отвечает…

– В Арх? Сейчас?!

– Да!!! – крикнула Олива, потеряв самообладание.

– Так его нет в Архе! Он в Питере!

– Что?! Где?!?! Как это нет?!?!

Сеть ловила плохо – приходилось орать в трубку.

– Кузька, ты ничего не путаешь? Какой Питер?

– Блин, Олива, короче, сдавай свой билет и никуда не ехай…

– Что? Алло! Алло! Я не слышу тебя! Говори громче! – надрывалась Олива.

– Я говорю, не ехай никуда! Он тебя не ждёт! Он в Питере сейчас! С Аней!!!

– С кем?!?!?!

– С Аней!!!!!!

Что-то тинькнуло в телефоне и разговор оборвался. На дисплее у Оливы высветились буквы: "Соединение завершено".

"Деньги закончились, – пронеслось в её голове, – Надо срочно кинуть на счёт…" Олива пулей вылетела из квартиры. Платёжный терминал, к счастью, находился недалеко от её дома. Она быстро кинула на свой счёт сто рублей и тут же перезвонила Кузьке.

– Откуда тебе это известно? – уже более спокойно спросила Олива, когда Кузька взял трубку.

– Третьего дня я встретил в автобусе брата Димки Негодяева, и он мне сказал…

– Понятно, – сказала Олива и положила трубку.

"Нет, этого не может быть, может, он чего напутал… – подумала Олива, едва переступив порог своей квартиры, – Надо ещё раз позвонить Аньке домой… Этого не может быть!.." Олива набрала домашний номер Ани. Гудков двадцать, не меньше, настырно пропели ей в ухо, пока трубку не снял Анин дедушка.

– Здрасьте, а Аню можно? – на одном дыхании выпалила Олива.

– А Аня уехала в Ленинград, – ответили ей на другом конце провода, – Что-нибудь передать?

– Нет, спасибо, – и Олива выронила трубку из рук.

"Значит, это правда…" – пронеслось в её голове.

Минут пять она ещё посидела в оцепенении. Потом, прикинув что-то, на автопилоте прошла к компьютеру. Дима Негодяев был онлайн.

– Дима, – написала она ему, – Пообещай, что выполнишь мою просьбу…

– Какую просьбу? – насторожился Дима.

– Ты всё знал, Дима… Ты всё заранее знал… Только я одна ни о чём не догадывалась а вы все всё знали… Расскажи мне всё, Дима. Всё, что он говорил про меня в моё отсутствие… А ещё лучше – пришли мне вашу переписку…

Несколько минут прошло в молчании. Дима не отвечал, словно что-то обдумывая.

– Ты действительно хочешь это знать? – наконец, произнёс он, – Ты действительно хочешь знать то, что он говорил о тебе? А оно тебе надо?

– Надо, – отрезала Олива, – Я должна знать.

Дима колебался.

– Пришли мне вашу переписку, – потребовала она, – Иначе я от тебя не отстану.

– Пришли ей переписку, – сказал Саня, сидящий в этот момент рядом с Димой, – Пришли. Пусть знает. Пора человеку глаза открыть…

Дима только махнул рукой и, психанув, вышел из комнаты. А Саня в это время, подсев к компьютеру, быстро кинул Оливе в аську файл переписки Димы и Салтыкова…

Олива напряжённо всматривалась в текст. По большей части переписка Салтыкова и Негода не содержала в себе ничего интересного – обсуждались в основном какие-то рабочие моменты и прочая неинтересная фигня. Но вот переписка от февраля месяца… таак…

"С Ленкой пять часов подряд из постели не вылезали. У меня аж язык на плече…

Вот это я понимаю – баба! Не то что эта фригидная корова…" – "Олива?" – "Ну а кто ж…" "Да Олива опять начала про свой переезд говорить… Блять, чё делать-то? Если она сюда припрётся, я удавлюсь…" – "А я тебе говорил…" – "Так я ей ещё в январе пытался объяснить – не понимает! Нихуя не понимает…" – "Надо будет шифроваться…" Строки поплыли в глазах у Оливы. И это писал он, он, который ещё летом клялся ей в вечной любви…

"Мало того, что он обманул меня и сбежал в Питер, да не один, а с Анькой, моей лучшей подругой… Мало того, что он с таким цинизмом вешал мне лапшу на уши про любовь, про то что всю жизнь будет меня любить и женится на мне, а в самый последний момент всё оказалось ложью!!!!! Мало этого, но чтоб до ТАКОГО дойти…

Господи, каким же надо быть подлецом!!!!!!!!!!!!!" Кинулась к друзьям. Дима, Дима, за что он так со мной?!?! За что?!?!?! Димы нет, Дима не ответил. Дэн!… Дэн, ему насрать на меня, Дэн, он же меня не любит!!!!!!

Да, тебе не повезло с людьми, ответил он, но что делать… Надо это пережить…

Лис, Лис, как же это так, Лис?!?! Не знаю, Оля, не знаю…. Сам не знаю, как такое может быть. Саня, Саня, я не смогу больше так жить! Постарайся успокоиться…

Пикачу!!! Как получилось так?!?! Крепись… Глад! Глад, помоги мне!!!!!!!!!

Помочь себе можешь только ты сама….

Обезумев от боли, Олива кинулась строчить смску Салтыкову. "Ответь мне, почему ты так поступил со мной???? Почему?!?!?! Я до сих пор не могу поверить, что ты способен на такое. Неужели тебе действительно так насрать на меня?!?!?! Неужели тебе абсолютно похуй?????" Смска доставилась, но он не ответил. Олива бросилась опять звонить ему – через два гудка он её сбросил. Позвонила опять – вышиб телефон. Похуй. Ему похуй. Всем похуй.

Сухие судорожные рыдания сдавили горло Оливы. Она рванула себя за волосы и с нечеловеческим воем повалилась на постель.

Она вопила, рыдала, выла, как истязуемый зверь, в исступлении каталась по полу.

– Господи, что мне сделать, как избавиться от такой боли?!?! Я не могу больше!

Не могу! Аааааааааааааа!!!!!

Острая, как вспышка молнии пронеслась внезапно мысль в её несчастном мозгу.

Олива, кое-как подавив вой, но всё ещё судорожно всхлипывая без слёз, кинулась к ящику стола. Там, в боковом отсеке лежали в бумажных упаковках острые лезвия бритвы. Секунда – и она уже достала бритву. Ещё секунду смотрела на неё, держа лезвие в дрожащих пальцах, и вдруг решительно, отчаянно полоснула бритвой по руке. Боли не почувствовала даже.