Чтение онлайн

– Их ша? – тут же спросил он и удивленно уставился на женщину.

– Та моррас сиар ши, - ответила она и маленький джарганец опустил руку со своим скудным оружием, а затем и вовсе выронил его на землю.

– Вы знаете этот шипящий язык? – удивился Игнат.

– Давай сюда сумки, - вместо ответа велела целительница. – Разделитесь и осмотрите детей.

Игнат сделал, как было велено, я же поспешила к первой девочке, лежавшей у стены. В горле что-то неприятно зачесалось, глаза защипало, и я стиснула зубы, чтобы не заплакать от вида этих несчастных малышей.

– Ис тахат! – раздалось за спиной. Мальчик что-то спросил у Лиры, и она ответила. Я, конечно же, не поняла ни его слов, ни ее ответа. Склонилась над девочкой, заметив, что она лежит и не шевелится. Ее глаза странно поблескивали, и она явно была жива. Вот только на мое появление не отреагировала.

– Тех детей, которым еще можно помочь, надо забрать в крепость, - сообщила Дельмар, то ли сама себе, то ли обращаясь к нам.

Я успела раскрыть на девочке теплую шубку из меха и даже забралась под вязаную кофту, длинную, доходившую ей до колен, но с прорехами на груди и боку. Там, еще ниже, виднелась серая сорочка, а уже под ней белое тело малышки, которой на вид едва ли было больше семи.

Раскрыв ладонь, поднесла ее к открытому участку кожи и выпустила магию, пытаясь понять, что произошло с ребенком. За спиной, со стороны входа в дом, раздались чьи-то шаги. Видимо, кто-то из магов тоже вошел сюда. Я не оглянулась, но услышав уже знакомый голос, невольно вздрогнула.

– Что с ними? – спросил Джурич.

– Не знаю, - немного озадаченно ответила Лира. Она оставила первого ребенка и перешла к следующему. Игнат возился с кем-то из малышей в дальнем противоположном углу, а я, закрыв глаза, принялась осматривать девочку.

– Ка ис тар каш? – проговорил Джурич, по всей видимости обращаясь к единственному здоровому ребенку в этом доме.

Как же я в тот миг жалела, что не знаю джарганский! Нет, у нас его преподавали, но изучение было по желанию. Не могла же я знать, что именно этот, невостребованный язык, пригодился бы мне в будущем. Боги, да я и помыслить когда-то не могла, что отправлюсь на север!

– Дети обессилены, - проговорила Лира. – На них нет ран, они просто ослабели, словно кто-то вытянул жизненную энергию.

Я повернулась к ней и кивнула, соглашаясь со словами старшей целительницы. Лира на меня не смотрела. Она поднялась на ноги и теперь переходила от одного ребенка к другому, приседала, быстро проводила руками прямо над одеждой на груди детей и тут же поднималась и направлялась к следующему маленькому джарганцу.

– Что сказал мальчик? – решилась спросить у Джурича. – Где взрослые? Не могли же их бросить? Что он знает?

Горан встретил мой взгляд, я же запахнула одежду на груди малышки и встала.

– Мальчик не знает. Полагаю, без черной магии здесь не обошлось. Все, что он мне сказал, это то, что в один день все взрослые просто исчезли. Он и его брат, а также все дети, кто жил в деревне, поднялись утром и обнаружили, что никого нет. На снегу было лишь пятно крови, а на следующее утро почти никто из детей уже не смог подняться на ноги – ответил мужчина и, повернувшись к Лире, спросил:

– Вы уже поняли, что на них действует?

Она покачала головой.

– Не знаю. Впервые сталкиваюсь с подобным. Но оставлять здесь детей нельзя.

Джурич согласно кивнул и все же заметил:

– Мы не можем забрать их в замок. Я скажу Воронцову, что требуется отдельное помещение…

Лира сдвинула брови и распрямив спину резко ответила:

– А где предлагаете разместить столько детей? Помимо замка нет ни одного строения, в котором было бы тепло. Нет, Джурич, мы забираем детей и выделим один из залов с камином, где устроим лазарет.

Я удивленно посмотрела сначала на Дельмар, затем на Горана. Он пристально взглянул на Лиру и, кажется, не разделял ее мысли.

– Это может быть опасно, - предупредил он. – Магия севера не игрушка, Дельмар.

– Я в курсе. Но это – дети, - яростно сказала женщина.

Отвернувшись от спорящих магов, я склонилась над еще одной девочкой. На ней были сплошь меховые лохмотья. Малышка казалась спящей, но когда я склонилась над ней и распахнула на груди одежду, чтобы провести над ней ладонями и считать ауру ребенка, девочка открыла глаза и испуганно моргнула.

– Успокойся, - сказала я, но звук моего голоса вкупе с незнакомым языком придал ослабевшей малышке сил, так что она села и отползла от меня, прижавшись спиной к стене дома.

– Иту ас! Иту ас! – крикнул мальчик и подскочил к нам.

Я не понимала, что он сказал, но девочка взглянула сперва на маленького джарганца, затем на меня и будто бы успокоилась.

– Что он ей сказал? – спросила тихо.

Джурич и Дельмар уже не спорили. Горан покинул дом и вышел наружу, а Лира коротко ответила:

– Он сказал: не бойся.

– Иту ас, - повторила я и потянулась к ребенку.

– Надо собираться, - Дельмар вздохнула. – Все наши зелья здесь не помогут. Будут как мертвому припарка. Надо забирать детей в крепость. Там тепло, там еда.

– Но что с ними произошло? – спросила я тихо.

– Не знаю, Туманова. Но очень хотела бы узнать, - прозвучало в ответ.

*************

Детей переносили через портал. Идти сами они почти не могли и для боевиков нашлась непривычная для их профессии, работа.

Когда я поняла, что моя помощь пока не понадобится, шагнула было в портал, чтобы последовать за Лирой, которая сопровождала особенно слабого ребенка, все еще не пришедшего в сознание, я на миг обернулась и успела увидеть, как горец, вместо того, чтобы отправиться вместе со всеми в крепость, ходит по заснеженной деревне и главнокомандующий рядом с ним.

Соколов руководил отправкой маленьких джарганцев. Для этой цели из крепости спустя несколько минут через портал доставили телегу, запряженную крепким низкорослым жеребцом с роскошной гривой. И дело пошло быстрее.

Проследив, как детей уложили на шкуры, я направилась в сторону Воронцова. Было любопытно взглянуть на то, что нашли мужчины.

Они присели на корточки неподалеку от ближайшего здания, спрятанного под сугроб. Я разглядела потемневшее пятно, слишком яркое для белоснежного цвета снега, и подошла ближе, следя за тем, что делает Джурич. Он вынул из голенища длинный нож, ударил несколько раз по утрамбованному снегу, превратившемуся в лед, и зачерпнул ладонью темное месиво.